Жизнь театр, а люди в нём актеры. Очевидно, именно этим принципом руководствовался британский режиссёр Джо Райт, когда приступил к 29 в мировом кинематографе экранизации романа Льва Толстого "Анна Каренина" (2012). С Кирой Найтли в главной роли. Сложный сюжет о семейных перипетиях, вере и любви русского писателя и мыслителя XIX-XX веков Джо Райт, иностранец с раскрепощённым мировоззрением на уровне генов, упрощает до фабулы. Страстная любовь с первого взгляда между молодым офицером графом Вронским и очаровательной женой влиятельного петербургского чиновника Анной Карениной не находит одобрения в консервативном высшем свете. Разум Анны указывает ей на мужа и сына, но сердце велит иное… В 2002 году британский историк Орландо Файджес опубликовал широкое исследование под названием «Natasha`s Dance» или «Танец Наташи». В нём, начиная с крестьянского танца юной графини Наташи Ростовой из романа-эпопеи Льва Толстого «Война и Мир», выявляются противоречия между европейскими и народными элементами русской культуры: то, как миф о «русской душе» и идея «русскости» выражаются русскими писателями, художниками, композиторами и философами. И Джо Райт, вдохновившись взглядами Орландо Файджеса, после классической экранизации «Гордость и предубеждение» (2005) по мотивам книги соотечественницы Джейн Остин решается на экспериментальный подход к русской «Карениной». Большая часть фильма проходит в закрытом театре, построенном с нуля в Шеппертоне, Великобритания. Гостиные, залы, каток, скачки, город, деревня, зима и лето изображаются в пределах одного театра с огромной сценой и пустым зрительным залом. Героям стоит только сделать несколько шагов в сторону, повернуться в отточенных «па» и пируэтах, кивнуть, открыть дверь, подняться по лестнице или моргнуть. И вот уже совершенно другое окружение, комната, город, месяц или даже год. Непрерывность кадра, «перетекание» одного времени, одного действия в другое и схематичность движений героев, напоминающая старое немое кино, на первой четверти фильма увлекают: это напоминает игру на внимание. Но потом связь с Джо Райтом прерывается помехами из-за его быстрых и весьма поверхностных скачков по сюжету и второстепенным героям. И тут игра на внимание превращается в игру в воспоминание. Лишь недавно прочитанный роман Льва Толстого позволяет остаться «на одной волне» с режиссером. Потому как редкие, но нетронутые реплики из книги, которые чередуются с упрощёнными диалогами от сценариста Тома Стоппарда, оскароносца за сценарий к «Влюблённому Шекспиру» (1999), помогают ориентироваться во времени действия и отношениях героев. Узнать же действующих лиц легко как читающему зрителю, так и только созерцающему. Их появление в кадре обязательно сопровождается приветственным возгласом или обращением, например: «Левин!» Тем временем экстравагантность актёрского состава затмевает даже театральность фильма, граничащую с шапито. Величественная, изящная, с округлыми формами и чёрным пушком над верхней губой Анна Каренина в лице худосочной и истеричной любимицы Джо Райта Киры Найтли (по фильмам «Гордость и предубеждение» и «Искупление» (2007)) узнаётся только по чёрным кудрям и реалистичной ревности героини. В чувственном стройном белокуром блондине с аккуратно уложенными кудрями и расчесанными усами Аарона Тейлора-Джонсона невозможно узнать толстовского Алексея Вронского: «невысокого, плотно сложенного брюнета, с добродушно-красивым, чрезвычайно спокойным и твердым лицом». Тридцатилетний деревенский барин Константин Левин – смелый охотник, строгий помещик и справедливый хозяин, который косит траву наравне с «мужиками» – представлен щупленьким робким юнцом с рыжими до плеч волосами и густой бородой в исполнении Донала Глисона. И только менее чопорный, нежели в книге, из-за природной внешней привлекательности и шарма Джуда Лоу Каренин наиболее приближен к печатному прототипу в вере, любви и прощении. Это вкупе с новаторским отображением России XIX века: берёзками, растущими из пола трактира, закадровыми русскими народными песнями, белыми конфетти, что изображают снег, и захламлённой деревенской усадьбой, – искореняет всякие русские гены в фильме и превращает всё русское в грубую и поверхностную стилизацию. И то ли по-иностранному вычурные и затейливые декорации убивают в героях ту самую «русскость». То ли актёры не могут разговорить безмолвную символичность Джо Райта, которую режиссёр вкладывает в кадр: как он разъяснял зрителям после премьеры, только Левин может выходить за пределы театра, потому что он единственный, кто отражает реальный мир. То ли актёры и декорации взаимоисключают друг друга. «Анну Каренину» Джо Райта в 2013 году наградили «Оскаром» и премией Британской академии за лучший дизайн костюмов. Картина также номинировалась на «Оскар» за лучшую работу художника-постановщика, лучшую операторскую работу и лучшую музыку. Но отличилась только Европейской киноакадемией (2013) за работу оператора-постановщика. И фильм действительно интересно смотреть впервые исключительно из-за невиданной ранее оригинальности в исполнении: заигрывающих декораций и диковинных костюмов. Но не из-за того, что хотел сказать Джо Райт. Современных зрителей до сих пор смущает многоразовый презерватив, доступный только богачам, из кишечника или мочевых пузырей крупных животных, который Каренин, герой Лоу, несколько раз в течение фильма вынимает из маленькой продолговатой коробки в спальне. Однако более возмутительной видится затянутая и подробная, даже кульминационная в фильме сцена измены Анны с Вронским. Характерные движения, недвусмысленное оголение, опошленные восклицания и монолог Анны. За подобными стараниями нестандартно экранизировать русскую классику Джо Райт теряет основную мысль произведения, которую ставит во главу угла Толстой и с которой он начинает своё произведение: «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». И оттого на экране серьёзный роман о семье, семейных ценностях, вере, человеческом достоинстве, поиске гармонии между мужем и женой, любви превращается в банальную историю об адюльтер. Или попросту в пустышку.