Рецензия на фильм Лунный свет от Сергей Кудрявцев

Moonlight
Оценка фильма
7 из 10

«Не прикасайся ко Мне»

При восприятии многими американского фильма «Лунный свет» происходит непростительная подмена, заставляющая кого-то даже заранее относиться с большим предубеждением к рассказываемой истории или непременно выискивать то, чего в ней всё-таки нет или преподано лишь тонким намёком. Извращённое сознание поневоле обнаруживает в неудачно составленной аннотации на дебютную ленту «Лекарство от меланхолии» афро-американского режиссёра Бэрри Дженкинса, снятую ещё в 2008 году, приметы гомосексуального кино («Романтическая история двух афроамериканцев. Случайно познакомившись наутро после вечеринки, они проводят вместе один день в стремительно меняющемся в сторону элитарности Сан-Франциско»). Не так ли это возникает при вольной трактовке часто цитируемых в отзывах проникновенных слов взрослого героя, наркодилера Хуана, которые он произносит для гонимого сверстниками семилетнего мальчишки по прозвищу Мелкий. «Ты сам должен решить, кем тебе стать, никто за тебя этого не сделает». Но никакого призыва добровольно выбрать «путь гея» в его речи вовсе не содержится. И blue по-английски - отнюдь не термин «голубой» в применении к лицам нетрадиционной ориентации. Напротив, это «грустный», а не «весёлый», как в понимании схожего слова gay. Фраза «Чернокожие под лунным светом становятся голубыми» должна бы звучать так: «Чернокожие под лунным светом становятся грустными».

Именно грусть (или меланхолия, как в первой картине Дженкинса) является определяющим настроением в новой работе 36-летнего режиссёра, который невероятно вырос в профессиональном и человеческом плане, набравшись мудрости за восемь лет и уже отказавшись от прямолинейного и ложно пафосного социально-политического экстремизма, что роднило его с таким бунтарём в афро-американском кино, как Спайк Ли. И теперь вынужденный выбор в антитезе Мартин Лютер Кинг и Малколм Х будет, скорее всего, на стороне первого из них. Гораздо интереснее вести генеалогию «Лунного света», например, от «Забойщика овец» Чарльза Бёрнетта или «Ребят с улицы» Джона Синглтона, поскольку мотив трудного детства и не менее опасной для становления юной души поры отрочества и молодости в негритянских кварталах, безусловно, присутствует в изначальном замысле драматурга Тарелла Элвина МакКрейни и в фильме Бэрри Дженкинса, тем более что оба испытали в какой-то степени схожие этапы мучительного взросления. Однако среди достоинств «Лунного света» непременно следует отметить удивительный такт постановщика, который не педалирует ни одну из тем, а старается максимально тонко и доверительно поведать о «страданиях юного Широна», вынужденного ответить на «четыреста ударов» судьбы и внешне стать вроде как двойником своего первого наставника Хуана, новоявленного Иоанна Крестителя (если вспомнить впечатляющую сцену обучения Мелкого плаванию в водах залива Бискейн).

Но вот внутренне этот накачанный мачо, толкающий наркоту, остаётся по-прежнему душевно незащищённым и невыносимо одиноким, как выясняется ближе к финалу, вообще не позволяющим никому прикасаться к себе. Кстати, в самом слове «неприкасаемый» содержатся два значения: одно отсылает к понятию неприкосновенности, то есть важности и крутости данной персоны, а другое свидетельствует о своего рода «касте отверженных», к представителям которой никто не осмеливается дотронуться, чтобы не заразиться чем-либо или не унизить себя в глазах окружающих. И своего рода «гомосексуальное проклятие», которое без каких-то весомых оснований приклеено к Широну с самого детства, оказывается более понятным не только для травящих соучеников, но и для однобоко мыслящих зрителей и критиков, неспособных увидеть в ленте Дженкинса драму робкого и застенчивого интроверта, немножко не от мира сего, словно инакового и внеположного для этой жестокой действительности, всё равно касающейся его, как он ни пытается избежать любых прикосновений. Что позволяет по некой прихотливой ассоциации вспомнить слова уже воскресшего Иисуса, обращённые к Марии Магдалине: «Не прикасайся ко Мне, ибо Я ещё не восшёл к Отцу Моему; а иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему».

В данном расширительном контексте практически библейского свойства (между прочим, далеко идущие аналогии прочитывались и в «Забойщике овец», где было схвачено как будто скрытой камерой, что столь беспощадный мир существует в отсутствие «пастыря человецех») нетрудно увидеть в Кевине, единственном школьном приятеле Широна, знаменательно сопровождающем его на протяжении трёх глав о детстве, отрочестве и юности выходца из бедных районов Майами, словно образ Иуды, антипода Иисуса. Ведь и предательство друга во дворе перед школой так напоминает момент опознания Христа в Гефсиманском саду. Правда, «поцелуй Иуды» приходится на совсем иную сцену своеобразного соблазнения Чёрного (так его зовут во второй из рассказанных историй) на пляже, примерно там, где Малого «крестил» Хуан. И судя по тому, что именно Кевину признаётся Широн в третьей новелле по поводу собственной «неприкосновенности», этого повара-официанта в одном лице из кафе в Атланте, штат Джорджия, вполне можно принять также за… покаявшуюся Марию Магдалину.

Но всё-таки про современный крестный путь Широна-Христа додумываешь уже потом, прицепившись к его фразе: «Ко мне никто не прикасался». А во время просмотра «Лунного света» оцениваешь, помимо живых и убедительных характеров в исполнении настроенных на верный камертон актёров, а также весьма естественного и как бы импровизационного воспроизведения на экране среды обитания персонажей непосредственно там, где некогда жили сценарист и режиссёр этой картины, такое летучее и редко когда улавливаемое «чувство кино». Ведь никогда не можешь толком и обоснованно сказать, где оно конкретно появляется и насколько долго присутствует - в филигранно продлённом кадре или вообще между кадрами. Вероятно, лишь под лунным светом реальность становится кинематографом.
20

Все комментарии

  • Keith 0
    Невероятно точная рецензия!
  • Сергей 0
    Тонкая и проникновенная рецензия. Как, собственно, всегда у СВК)
Оформить подписку