Рецензия на фильм Прочь от Евгений Нефёдов 08.05.2017

Рецензия на фильм Прочь от Евгений Нефёдов

Get Out
Оценка фильма
8 из 10

Угадай, кого приведут к обеду?

В 1950-е и в первой половине 1960-х Стэнли Крамер по праву принадлежал к числу ярчайших фигур прогрессивной части Голливуда – властителей дум либерально настроенных соотечественников (не только интеллигенции). Однако к концу бунтарского десятилетия его взгляды на ключевые проблемы заокеанского общества начали казаться заскорузлыми. Так, трагикомедия «Угадай, кто придёт к обеду?» /1967/, несмотря на коммерческий успех и две премии «Оскар», заслужила массу язвительных комментариев. Слишком наивной и умилительной представлялась картина на фоне шумных негритянских протестов, вылившихся, в частности, в беспорядки в Детройте в июле 1967-го… Джордан Пил, правда, уверял, что источником вдохновения стал один из скетчей Эдди Мерфи, рассказавшего со сцены о трудностях похожей ситуации. Тем не менее не покидает ощущение, что, сочиняя сценарий своего режиссёрского дебюта, он держал в уме сюжет именно крамеровской постановки – и спровоцированную кинопроизведением неоднозначную реакцию. Речь не о буквальном или даже вольном (1) римейке, но по мере того, как Крис знакомится с мистером и миссис Армитейдж, открывает для себя царящие в доме порядки и т.д., знакомые экранные перипетии не случайно всплывают в памяти.

Нет, серьёзных поводов для беспокойства не возникает. Папа Дин, как и предупреждала Роуз, поёт осанну Бараку Обаме, за которого бы обязательно проголосовал в третий раз. И он прекрасно отдаёт себе отчёт в том, что со стороны выглядит не слишком красиво, кого зажиточная семья наняла домохозяйкой и садовником. Возможно, попахивает закоснелыми стереотипами, но ведь данное объяснение звучит правдоподобно… Да и съехавшиеся по заведённой традиции гости семейной четы, сплошь люди уважаемые и богатые, пытаются всячески подчеркнуть своё благожелательное отношение к избраннику дочери хозяев. Другое дело, что факт невольного, сугубо из вежливости заострения внимания на деликатном вопросе, упоминания о знакомых знаменитостях с тёмным цветом кожи (например, о гольфисте Тайгере Вудсе) и т.п., как раз выдают наличие соответствующих предубеждений. И всё это видится крайне, крайне подозрительным.

Пил, получивший широкую известность в качестве комика (на телевидении, а затем и в кинематографе), раскрывается на удивление тонким, наблюдательным сатириком. Никакая политкорректность не способна, по его мнению, вытравить из «стопроцентных» (зачастую характеризуемых при помощи акронима WASP, то есть White Anglo-Saxon Protestants) граждан США культивировавшийся веками, засевший глубоко в подсознании расизм. Скорее, наоборот. Странное, заторможенное, совершенно неестественное поведение Уолтера, Джорджины, а затем и Андре Хейворта, встреченного среди гостей в компании белой женщины гораздо старше, наводит Вашингтона на крамольные мысли. Мисси сразу не скрывала, что является опытным психиатром – и что безукоризненно владеет техникой гипноза, которую не преминула применить к молодому человеку якобы во благо (чтобы помочь избавиться от никотиновой зависимости). Неужели Род Уильямс, нелепый приятель Криса, прав? Неужто добропорядочная на вид семейка занимается тем, что заманивает цветных юношей в расцвете сил и превращает их в послушных, точно роботы или зомби, рабов для богатых заказчиков?.. Звучит безумно – и предсказуемо вызывает дикий хохот у полицейских, к которым тот обратился с заявлением о пропаже товарища. Вот только опасность – куда как реальна.

Поразительно, как быстро Джордан овладел нюансами профессии. Антирасистские выпады и сатирический окрас на поверку оборачиваются… ложными приманками для зрителя, попавшегося – вместе с персонажем – в хитроумно расставленные ловушки. «Прочь» продолжает традиции обманчиво паранойяльных триллеров вроде «Ребёнка Розмари» /1968/ и «Степфордских жён» /1975/, в которых предположения, уместные разве что в ночных кошмарах, внезапно оказывались подлинными. Причём на сей раз даже обходится без мистики! Не выдавая главный секрет авторов, всё же отмечу: заключительная часть повествования не просто приоткрывает завесу страшной тайны, заставляя увидеть историю в новом свете, переосмыслив предшествовавшие события. Если вдуматься, развязка, формально – перечеркнувшая социально-критический пафос, подталкивает к ещё более страшным выводам. Прежний расизм покажется детской забавой по сравнению с негласно принятой элитой (финансовой, политической, культурной) философской установкой гностического толка. Армитейджи (кстати, фамилия служит отсылкой к классическому рассказу «Данвичский ужас» Говарда Филлипса Лавкрафта, впервые опубликованному в 1929-м) всего лишь ловко приспособились к новому мировому порядку. Поставили науку (достижения в области психиатрии и нейрохирургии) на службу тем, кто обладает внушительным состоянием и, подав заявку на вступление в клуб избранных, способен избавиться от «предрассудков» – от внутренних ограничений гуманистического характера. Раса как таковая уже не столь существенна…

Странно, что режиссёр-дебютант не пожелал отметиться в роли на втором плане или – на манер Альфреда Хичкока – в камео. Он бы, допустим, отлично воплотил образ Рода, тем более что действия сотрудников Администрации транспортной безопасности не раз становились поводом для хлёсткого вышучивания в юмористических номерах Джордана. Тем не менее остаётся искренне порадоваться за кинематографиста, чьё детище нашло горячий отклик как у публики, так и у критиков. Причём в данном случае важно и показательно, что картина, обошедшаяся в производстве в скромную по меркам «фабрики грёз» сумму (порядка $4,5-5 млн.), вызвала ажиотаж прежде всего в национальном кинопрокате.

__________
1 – Как в случае с фильмом «Угадай, кто?» /2007/, где ситуация вывернута наизнанку: белый парень едет знакомиться с родителями своей чернокожей девушки.
1

Все комментарии

Оформить подписку