Нарэ разделяет боль сожаления с Санджаром, который выставил ее годами ранее, и трепетно прижимает его к груди. Две души, плача вместе, кровоточат. Но ни Нарэ простит Санджара, ни Саджар Эфе простит самого себя. На судебном заседании совести Санджар ломает и свой карандаш, и карандаш Акына. Он начинает отчаянные поиски Акына, в то время как Акын в руках Мюге переживает самые страшные из всех пыток.
