Только восточный мужчина, в котором с детства культивируются консервативные семейные традиции, может так максимально нежно и по-женски тонко экранизировать любовный роман о женской доле, любви и семье. Французский режиссёр вьетнамского происхождения Чан Ань Хунг чисто-женскую книгу французской писательницы Алисы Ферне "Элегантность вдов" о жизни женщины в браке и после смерти мужа превращает в киноисторию «Вечность» о женском начале, её сущности, её счастье и неповторимой жизни. И в полной мере идеализирует собственные восточные представления о семье: одна любовь, один брак, много детей и упокой в счастье. Три поколения женщин на протяжении 100 лет – с конца XIX до конца XX века – инстинктивно выполняют свою одну и ту же функцию: строят семьи и рожают детей. Однако их любовь, жизнь в ней и даже те испытания, через которые им приходится пройти, необходимы им, чтобы себя и свой род растворить в «Вечности» через следующие поколения. После провала у зрителей одноимённой экранизации небесспорного романа Харуки Мураками «Норвежский лес» режиссёр Чан Ань Хунг теперь как будто более осторожен. Основной сюжет он развивает в закадровом тексте женским голосом, который ведёт зрителя по красной нити Ариадны в лабиринте переживаний и мыслей героинь, прерываясь только на редкие и скудные диалоги. Настолько медлительны и интимны некоторые мысли или ощущения героев этим голосом со стороны, из небытия, а кадры статичны, что создаётся иллюзия чтения книги. Словно переворачиваешь страницы со слишком реалистичными иллюстрациями. На них Одри Тоту, Беренис Бежо и Мелани Лоран – такие разные в юности и старости, но статичные в зрелости – как будто оживают и ставят сцены, которые бы возникали в воображении из строк. И все этапы семейной жизни, радостные до умилительной улыбки или горестные до щедрых слез, они поступательно отображают в антураже XX века. Времени, когда женщины и мужчины не были столько озабочены финансовыми вопросами и могли позволить себе блаженство ленивого наслаждения жизнью в роскоши. Времени, когда их мысли занимали не домашние дела и уборка, а внутренние чувства и раздумья о вечном. Времени, когда одна улыбка влюбляла мужчин до дрожи в коленках без каких-либо пошлых помыслов и действий. В совокупности эта эпоха из бабушкиного сундука позволяет актрисам в кадре и сюжете быть максимально неторопливыми и счастливыми в своей неторопливости под соло фортепиано или гитары. Часто всякое музыкальное сопровождение кадра пропадает, и мгновение на экране, как на настоящей картинке в книге, останавливается. Также останавливаются в нашей памяти самые значимые моменты жизни: встреча украдкой с будущим супругом в саду под шелест деревьев, поцелуи детей или последний вздох родного человека на смертном одре. Эти мгновения переживаешь вместе с героями в реальном времени, «один к одному», секунда к секунде. Но, к сожалению, такая красивая на словах формула в действительности почти два часа ленты превращает в невыносимо долгие и томительные. А собственный интерес в скуку. Удерживают или возвращают гуляющее по собственным заботам внимание операторы, что играют с зеркалами. Масса постоянно сменяющихся детей, которых пытаешься разобрать на поколения. Клубок из нитей воспоминаний и реальности, где нет чёткой грани и плавных переходов. А также необременённые красивые лица актёров, какие с удовольствием рассматриваешь с разных ракурсов и в разных масштабах. Долгожданный финал кольцевая композиция замыкает на начале. Подобно тому, как природа продолжает жизнь через вечный круговорот. И эту экранную «Вечность» – по смыслу и времени – режиссёр посвящает в титрах своим детям. Наверное, желая сказать, что его «Вечность» в них: в жизни, в любви, через любовь и продолжение своего поколения. Но фильм не детский, не мужской, а женский в самом узком понимании. Потому как любая может представить боль утраты мужа или ребёнка, радость беременности и счастье в отпрысках. Но только настоящая жена и мать, любящая и вдохновляющаяся этим, прочувствует силу фильма в его паузах на кормлении грудью, ласках с мужем или чтении книг бок о бок. А пока рядом нет мужа, перед глазами и под сердцем ребёнка этот фильм торопишь и подгоняешь, как торопишь жизнь, с нетерпением ожидая следующего витка. Но на заключительных минутах, будто человек в конце своего жизненного пути,всё равно оглядываешься на всё за плечами и недоумённо спрашиваешь: «И это всё? Так мало?» Картина «Вечность» такая же утомительная, как фильм длиною в жизнь. Но такая же важная, как жизнь длиною в фильм.

Abadiyat filmi treylerlari