Знаменитый гонконгский триллер о противостоянии двух «засланных казачков», один из которых информирует главаря мафии, а другой «сливает» сведения в полицию – вышел за пределы сугубо китайской истории и стал мировым явлением. Да, во многом благодаря ремейку Мартина Скорсезе «Отступники», но и в отрыве от американской версии того же сюжета «Двойная рокировка» смотрится как лихая криминальная драма с извилистыми сценарными поворотами. Перенос событий в Бостон, как это сделал Скорсезе, сработал в пользу размаха действия и большего внимания к «крёстному отцу», сыгранному Джеком Николсоном, зато оригинальная лента гораздо более «центрична» в отношении к главным персонажам, сыгранным суперзвёздами азиатского кино – Тони Люном и Энди Лау. Нерв «Двойной рокировки» во многом обеспечивает их блистательная игра. Противостояние умов двух «кротов», их затяжная партия в кошки-мышки, в ходе которой регулярно кто-то погибает – истинное наслаждение киномана. Не всегда понятно, что замышляют герои, и поэтому зрителю приходится быть предельно внимательным, чтобы уловить подсказки, оставленные создателями. В картине хватает остроумных и напряжённых сцен, где один шпион едва не попадается на том, как пересылает сообщения одному шефу, общаясь при этом с другим, или где другого агента едва случайно не разоблачает соратник по банде. Каскад предательств и закрученных перипетий создаёт натуральную полосу препятствий для двух регенатов, балансирующих на грани в своих отношениях к противоборствующим сферам закона и беззакония.
Истоки «Рокировки» уходят в 90-е, когда чуть ли не самый модный гонконгский режиссёр тех лет, Джон Ву, представил свой самый успешный фильм в Голливуде – «Без лица». Как раз той картиной о смене личностей копа и террориста вдохновился сценарист Алан Мак, решив сделать акцент на реализме будущей постановки, без вплетения фантастики. Зато Алан Мак не отказал себе в удовольствии углубиться в тему мрачного символизма, что особенно явно выражено в американском названии ленты – Infernal Affairs. «Адские дела» то есть. Основание для сравнения с преисподней плавает на поверхности. Жизнь обоих героев полна тревоги, опасности и дичайшего стресса, поскольку они живут под тяжестью своей изнурительной работы, что только усугубляется, когда начальство узнает о наличии предателя в рядах полиции. Фильм подробно показывает и осмысливает психологические последствия двойной жизни для этих мужчин-близнецов, хотя настоящий полицейский вызывает гораздо больше сочувствия, чем предатель. Ну а наследие Джона Ву мелькает, в том числе, и при выборе актёров, поскольку тот же Тони Люн снимался у него в «Круто сваренных».
Персонаж Люна, Чан, борется с огромной жертвой, которую ему приходится приносить, работая десять лет под прикрытием в непосредственной опасности в окружении вспыльчивого криминального авторитета, тайно предоставляя информацию полиции. Он изолирован и несчастен, жаждет быть самим собой. Небольшая сцена с бывшей девушкой добавляет важный штрих к картине его мучений. Персонаж Лау, напротив, преуспевает в полицейской работе и ведёт комфортную жизнь, но задаётся вопросом, не предпочёл бы он, чтобы его официальная должность была единственной его личностью, поскольку он наслаждается атрибутами успеха и всё чаще раздражается необходимостью скрывать свои истинные связи с триадой. Интриги Лау, направленные на спасение собственной шкуры, одновременно стравливая стороны конфликта, приводят к разрушительным последствиям, давящим на него, омрачая его победы чувством вины и усиливая паранойю. Отсутствие принципов также обрекает Лау на вечное наказание.
Захватывающий сюжет, многогранное исполнение актёров, чьи герои переживают кризис идентичности, а также глубокие размышления о состоянии души, живущей жизнью, полной ложной честности, делают «Двойную рокировку» отличным образцом своего жанра. Психологизм фильма в части раскола личности не имеют себе равных, но не отстаёт и зрелищная часть постановки. Одна сцена с разговором по душам двух кротов вошла в истории кино – как пример блистательно показанной дуэли оппонентов, склонных полагаться на оружие в меньшей степени, чем на искусство убеждать. Кроме того, финал ленты делает её значительно более неоднозначной в определении победителя, чем ремейк Скорсезе, и это оставило почву для развития эпопеи. «Двойная рокировка» породила у себя на родине сразу два продолжения, одно из которых – приквел первой части, и сделала Эндрю Лау с Аланом Маком сильной командой кинематографистов, но ничто из того, что они создали до или после, не сравнится по успеху и интересу с этим масштабным взрывом гонконгского криминального кино.
Знаменитый гонконгский триллер о противостоянии двух «засланных казачков», один из которых информирует главаря мафии, а другой «сливает» сведения в полицию – вышел за пределы сугубо китайской истории и стал мировым явлением. Да, во многом благодаря ремейку Мартина Скорсезе «Отступники», но и в отрыве от американской версии того же сюжета «Двойная рокировка» смотрится как лихая криминальная драма с извилистыми сценарными поворотами. Перенос событий в Бостон, как это сделал Скорсезе, сработал в пользу размаха действия и большего внимания к «крёстному отцу», сыгранному Джеком Николсоном, зато оригинальная лента гораздо более «центрична» в отношении к главным персонажам, сыгранным суперзвёздами азиатского кино – Тони Люном и Энди Лау. Нерв «Двойной рокировки» во многом обеспечивает их блистательная игра. Противостояние умов двух «кротов», их затяжная партия в кошки-мышки, в ходе которой регулярно кто-то погибает – истинное наслаждение киномана. Не всегда понятно, что замышляют герои, и поэтому зрителю приходится быть предельно внимательным, чтобы уловить подсказки, оставленные создателями. В картине хватает остроумных и напряжённых сцен, где один шпион едва не попадается на том, как пересылает сообщения одному шефу, общаясь при этом с другим, или где другого агента едва случайно не разоблачает соратник по банде. Каскад предательств и закрученных перипетий создаёт натуральную полосу препятствий для двух регенатов, балансирующих на грани в своих отношениях к противоборствующим сферам закона и беззакония. Истоки «Рокировки» уходят в 90-е, когда чуть ли не самый модный гонконгский режиссёр тех лет, Джон Ву, представил свой самый успешный фильм в Голливуде – «Без лица». Как раз той картиной о смене личностей копа и террориста вдохновился сценарист Алан Мак, решив сделать акцент на реализме будущей постановки, без вплетения фантастики. Зато Алан Мак не отказал себе в удовольствии углубиться в тему мрачного символизма, что особенно явно выражено в американском названии ленты – Infernal Affairs. «Адские дела» то есть. Основание для сравнения с преисподней плавает на поверхности. Жизнь обоих героев полна тревоги, опасности и дичайшего стресса, поскольку они живут под тяжестью своей изнурительной работы, что только усугубляется, когда начальство узнает о наличии предателя в рядах полиции. Фильм подробно показывает и осмысливает психологические последствия двойной жизни для этих мужчин-близнецов, хотя настоящий полицейский вызывает гораздо больше сочувствия, чем предатель. Ну а наследие Джона Ву мелькает, в том числе, и при выборе актёров, поскольку тот же Тони Люн снимался у него в «Круто сваренных». Персонаж Люна, Чан, борется с огромной жертвой, которую ему приходится приносить, работая десять лет под прикрытием в непосредственной опасности в окружении вспыльчивого криминального авторитета, тайно предоставляя информацию полиции. Он изолирован и несчастен, жаждет быть самим собой. Небольшая сцена с бывшей девушкой добавляет важный штрих к картине его мучений. Персонаж Лау, напротив, преуспевает в полицейской работе и ведёт комфортную жизнь, но задаётся вопросом, не предпочёл бы он, чтобы его официальная должность была единственной его личностью, поскольку он наслаждается атрибутами успеха и всё чаще раздражается необходимостью скрывать свои истинные связи с триадой. Интриги Лау, направленные на спасение собственной шкуры, одновременно стравливая стороны конфликта, приводят к разрушительным последствиям, давящим на него, омрачая его победы чувством вины и усиливая паранойю. Отсутствие принципов также обрекает Лау на вечное наказание. Захватывающий сюжет, многогранное исполнение актёров, чьи герои переживают кризис идентичности, а также глубокие размышления о состоянии души, живущей жизнью, полной ложной честности, делают «Двойную рокировку» отличным образцом своего жанра. Психологизм фильма в части раскола личности не имеют себе равных, но не отстаёт и зрелищная часть постановки. Одна сцена с разговором по душам двух кротов вошла в истории кино – как пример блистательно показанной дуэли оппонентов, склонных полагаться на оружие в меньшей степени, чем на искусство убеждать. Кроме того, финал ленты делает её значительно более неоднозначной в определении победителя, чем ремейк Скорсезе, и это оставило почву для развития эпопеи. «Двойная рокировка» породила у себя на родине сразу два продолжения, одно из которых – приквел первой части, и сделала Эндрю Лау с Аланом Маком сильной командой кинематографистов, но ничто из того, что они создали до или после, не сравнится по успеху и интересу с этим масштабным взрывом гонконгского криминального кино.