Не секрет, что современная Россия – помимо экономических и социальных проблем – страдает от недостатка «героев нашего времени». С момента распада СССР обычным делом стало преклонение перед западом. У «них» всё лучше: и жвачки вкуснее, и джинсы голубее. Сейчас вряд ли найдётся хоть один человек, который предпочтёт батон дачный хрустящему круассану; вряд ли кто-то с таким же благоговением будет держать в руках российский yotaphone, как американский iphone. Мало кто назовёт отечественных деятелей науки/искусства, которые за последние пятьдесят лет внесли значительный вклад в историю и вызвали искреннюю гордость за нашу страну.
Поправлять ситуацию с помощью кино – затея более чем здравая. Нам уже успели рассказать о Юрии Гагарине, о Валерии Харламове, о новгородском князе Владимире, о подвиге панфиловцев и о нескольких безымянных героях («Экипаж», «Территория»). Вопрос лишь в том, останется ли хоть один из этих фильмов в сердцах нового поколения? Будем ли мы пересматривать, скажем, «Легенду №17» через десять, через двадцать лет? Будем ли накладывать новогодний салат «Оливье» под вступительные титры «Викинга»? Будут ли «Гагарин. Первый в космосе» показывать в школах? Скорее нет, чем да.
У всех российских героических фильмов последнего времени одна и та же проблема – отвратительно однобокие персонажи. Герой, чтобы по-настоящему вдохновлять, должен казаться живым, а это значит – разноплановым, сложным. Какими же нам показывают первых космонавтов, вышедших в открытый космос, в данной ленте? Алексей Леонов удостоился лишь нескольких штрихов: флешбэка о птичке, демонстрирующего его пытливый ум и своенравие, и буквально пары кадров на фоне семьи, характеризующих его как заботливого отца. О Павле Беляеве же неизвестно вообще ничего, кроме того, что он был староват для выхода на орбиту и пережил травму ноги. Создание человеческих образов во многом было доверено ведущим актёрам, и, хотя Евгению Миронову явно досталась первая скрипка, придираться к работе актёров здесь в принципе не имеет смысла. Да, экранный Леонов вышел живым по мимике, по поведению; да, Беляев выглядит беспричинным пессимистом на фоне своего неунывающего коллеги. Но проблема здесь не в том, что Хабенский меньше выкладывался. И Леонову, и Беляеву недостаёт мотивации в действиях, нюансов и каких-то черт характера, которые бы им пришлось в течение истории преодолевать. Они не меняются от начала повествования к концу, и наблюдать за ними, соответственно, неинтересно. Все их особенности преподносятся как сами собой разумеющиеся: Леонов любил рисовать, а Беляев был вечно суров просто потому, что все фломастеры на вкус разные. Сценаристы слишком мало внимания уделили развитию персонажей и сконцентрировались на сюжете, отчего история потеряла главное – человеческий смысл. Сложно проникнуться значением подвига, когда герои были изначально на него способны, когда они так мало похожи на обычных людей, в чём-то гениальных и выдающихся, а в чём-то сомневающихся, ошибающихся, приземлённых.
Развитие действия в фильме также нельзя назвать идеальным. Вступление вполне можно сократить в два раза, так как оно не служит ни раскрытию характеров, ни объяснению дружбы между Леоновым и Беляевым (она тоже как бы сама собой разумеется). Середина, где показан непосредственно выход в открытый космос, смотрится бодро и вполне зрелищно, а вот финал, где герои приземляются в глухую тайгу и ждут спасения, снова затянут. Учитывая, что отвлекаться в картине не на что (ни сложных персонажей, ни запоминающихся диалогов, ни оригинальной визуальной составляющей здесь нет), сюжетные огрехи становятся слишком очевидны и не дают увлечься происходящим.
Что по-настоящему обидно, в картине всё как-то слишком прозрачно, известно наперёд. Пафос начинает звучать уже с самого начала, торжественная музыка заполняет собой даже самый бытовой диалог. Нам с порога, прямо в лоб заявляют, что это фильм о героях и ни о чём кроме. Однако, наивно ожидать, что открытое признание задумки фильма мгновенно вызовет у зрителя прилив патриотизма. Как правило, для этого нужны более хитрые, ненавязчивые средства, о которых создатели «Времени первых» не знают. Всё, чем лента казалась ещё до просмотра, к сожалению, сбывается. Режиссёры (коих за время съёмок сменилось аж три) ничем не удивляют, актёры стараются почём зря, и ещё одна история из великого прошлого обретает посредственную иллюстрацию, которая забудется уже через год.
Не секрет, что современная Россия – помимо экономических и социальных проблем – страдает от недостатка «героев нашего времени». С момента распада СССР обычным делом стало преклонение перед западом. У «них» всё лучше: и жвачки вкуснее, и джинсы голубее. Сейчас вряд ли найдётся хоть один человек, который предпочтёт батон дачный хрустящему круассану; вряд ли кто-то с таким же благоговением будет держать в руках российский yotaphone, как американский iphone. Мало кто назовёт отечественных деятелей науки/искусства, которые за последние пятьдесят лет внесли значительный вклад в историю и вызвали искреннюю гордость за нашу страну. Поправлять ситуацию с помощью кино – затея более чем здравая. Нам уже успели рассказать о Юрии Гагарине, о Валерии Харламове, о новгородском князе Владимире, о подвиге панфиловцев и о нескольких безымянных героях («Экипаж», «Территория»). Вопрос лишь в том, останется ли хоть один из этих фильмов в сердцах нового поколения? Будем ли мы пересматривать, скажем, «Легенду №17» через десять, через двадцать лет? Будем ли накладывать новогодний салат «Оливье» под вступительные титры «Викинга»? Будут ли «Гагарин. Первый в космосе» показывать в школах? Скорее нет, чем да. У всех российских героических фильмов последнего времени одна и та же проблема – отвратительно однобокие персонажи. Герой, чтобы по-настоящему вдохновлять, должен казаться живым, а это значит – разноплановым, сложным. Какими же нам показывают первых космонавтов, вышедших в открытый космос, в данной ленте? Алексей Леонов удостоился лишь нескольких штрихов: флешбэка о птичке, демонстрирующего его пытливый ум и своенравие, и буквально пары кадров на фоне семьи, характеризующих его как заботливого отца. О Павле Беляеве же неизвестно вообще ничего, кроме того, что он был староват для выхода на орбиту и пережил травму ноги. Создание человеческих образов во многом было доверено ведущим актёрам, и, хотя Евгению Миронову явно досталась первая скрипка, придираться к работе актёров здесь в принципе не имеет смысла. Да, экранный Леонов вышел живым по мимике, по поведению; да, Беляев выглядит беспричинным пессимистом на фоне своего неунывающего коллеги. Но проблема здесь не в том, что Хабенский меньше выкладывался. И Леонову, и Беляеву недостаёт мотивации в действиях, нюансов и каких-то черт характера, которые бы им пришлось в течение истории преодолевать. Они не меняются от начала повествования к концу, и наблюдать за ними, соответственно, неинтересно. Все их особенности преподносятся как сами собой разумеющиеся: Леонов любил рисовать, а Беляев был вечно суров просто потому, что все фломастеры на вкус разные. Сценаристы слишком мало внимания уделили развитию персонажей и сконцентрировались на сюжете, отчего история потеряла главное – человеческий смысл. Сложно проникнуться значением подвига, когда герои были изначально на него способны, когда они так мало похожи на обычных людей, в чём-то гениальных и выдающихся, а в чём-то сомневающихся, ошибающихся, приземлённых. Развитие действия в фильме также нельзя назвать идеальным. Вступление вполне можно сократить в два раза, так как оно не служит ни раскрытию характеров, ни объяснению дружбы между Леоновым и Беляевым (она тоже как бы сама собой разумеется). Середина, где показан непосредственно выход в открытый космос, смотрится бодро и вполне зрелищно, а вот финал, где герои приземляются в глухую тайгу и ждут спасения, снова затянут. Учитывая, что отвлекаться в картине не на что (ни сложных персонажей, ни запоминающихся диалогов, ни оригинальной визуальной составляющей здесь нет), сюжетные огрехи становятся слишком очевидны и не дают увлечься происходящим. Что по-настоящему обидно, в картине всё как-то слишком прозрачно, известно наперёд. Пафос начинает звучать уже с самого начала, торжественная музыка заполняет собой даже самый бытовой диалог. Нам с порога, прямо в лоб заявляют, что это фильм о героях и ни о чём кроме. Однако, наивно ожидать, что открытое признание задумки фильма мгновенно вызовет у зрителя прилив патриотизма. Как правило, для этого нужны более хитрые, ненавязчивые средства, о которых создатели «Времени первых» не знают. Всё, чем лента казалась ещё до просмотра, к сожалению, сбывается. Режиссёры (коих за время съёмок сменилось аж три) ничем не удивляют, актёры стараются почём зря, и ещё одна история из великого прошлого обретает посредственную иллюстрацию, которая забудется уже через год.