Только массовые расстрелы спасут Родину (вечная истина, не уточняющая, однако, кого нужно расстреливать)
Предупреждение: Данный текст сравнивает фильм с аниме 2006-2007 года выпуска (условно назовём его первоисточником) по старой памяти. Знатоки оригинальной манги могут вносить свои поправки отдельно, а незнакомые с сериалом люди — просто посочувствовать. Итак, приступим.
Ягами Лайт/Лайт Тернёр. Они же — Кира. В оригинале (аниме, как было условлено) — крутой мажор, интеллектуал-надомник с термальной стадией снобизма. Умён не по годам, а по сценарию, носитель идей Ницше, право имеет, а посему помешан на идее всеобщей справедливости. В ремейке — якобы ботаник-неудачник, за деньгу решающий контрольные для всех желающих, и переживающий семейный кризис. Жажда справедливости надиктована случайным синяком и правовым беспределом власть имеющих. Порицает систему правосудия, но не на идейном уровне, а потом что с ним она обошлась несправедливо. Уровень интеллектуального развития разнится соответственно, зато американский Лайт не вызывает раздражения и близок к рядовому зрителю.
L. Сперва худосочный, бледнокожий неврастеник-хикикомори с замашками социопатичного гения. Любит сладкое и головоломки. Не любит людей, за что любим людьми, которые тоже не любят людей. Лайт-версия доктора Хауса, только без хромоты, наркозависимости и оскорбления людей. В ремейке — тощий афроамериканский диабетик, перебирающий длинными пальцами всё, что не похоже на баскетбольный мяч. Как бы гений, но не по ходу повествования, а по сценарию. Всё свои гениальные уловки оставил в мультике, в полном метре на них просто нет времени. Не чурается лично замарать руки автомобильной погоней и перестрелками. Неканоничное воплощение того, что ремейкоделы в погоне за популярностью готовы на всё, кроме хорошего сценария. Возможно, внучатый племянник Роланда из Гилеада, но это не точно.
Миса/Мия. Японская фу-ты-модель, спортсменка, космомолка и просто красавица. Фанатичная поклонница Киры ака Лайт. Глупая и преданная, появляется в середине сериала и используется ушлым японским школьником как дополнительный инструмент. Чем и полезна. В ремейке — один из центральных персонажей, объект томного воздыхания и источник непредвиденных осложнений. Нагло смещает акцент конфликта на себя, вместо L. Есть подозрение, что сделано это с целью привлечения свежей крови в лице молодежи. Характер скверный, не проработанный. Не жената.
Рюк. Один из японских богов смерти — синигами. Аналог мрачного жнеца из западной культуры. Любит яблоки и не любит скучать. В связи с чем «случайно» роняет краденую титульную тетрадь в мир смертных, чтобы устроить себе командировку. Персонаж второго плана, не слишком влияющий на сюжет. Чем обусловлено появление в ремейке — неизвестно. Чуждая культурная среда никак не отреагировала на него. В кадре крайне размыт (дабы скрыть технические огрехи CGI) и харизматичен. Мотивы поступков непонятны, досье отсутствует, является троллем и провокатором, чем и интересен. Бытует мнение, и я его полностью разделяю, что является самой большой (и единственной) удачей ремейка.
Прочие персонажи. Интереса не вызывают.
Сюжет. В аниме растянут благодаря хронометражу. Полон интересных находок в плане противостояния L и Киры. В ремейке куц и сжат, опять же по вине хронометража. Подавляющее большинство элегантных твистов L оказалось за бортом, а внимание сконцентрировано на Лайте и Мие. Опять же — в угоду подросткам, которым проще себя ассоциировать с ними, нежели с гениальным детективом. И это печально От былого противостояния двух не самых средних умов осталось всего да ничего, да и то по большей части вынесено за кадр.
Вердикт. Эпоха великого упрощения не вывозит шедевры. Психологизм и интеллектуальные уловки по-прежнему удел небольшой прослойки электората, а массам подавай хлеба и зрелищ. И чтоб попроще. Иначе кассу не сделают. Проработка сценариев продюсеров нынче не интересует, маразм крепчает, а уровень падает. Вдвойне обидно, когда в адаптации мелькают неплохие идеи, раскрытие которых в принципе обосновало бы сам факт. Так что предлагаю вписать имена виновных в оную тетрадь и надеяться, что дальше будет лучше.
Только массовые расстрелы спасут Родину (вечная истина, не уточняющая, однако, кого нужно расстреливать) Предупреждение: Данный текст сравнивает фильм с аниме 2006-2007 года выпуска (условно назовём его первоисточником) по старой памяти. Знатоки оригинальной манги могут вносить свои поправки отдельно, а незнакомые с сериалом люди — просто посочувствовать. Итак, приступим. Ягами Лайт/Лайт Тернёр. Они же — Кира. В оригинале (аниме, как было условлено) — крутой мажор, интеллектуал-надомник с термальной стадией снобизма. Умён не по годам, а по сценарию, носитель идей Ницше, право имеет, а посему помешан на идее всеобщей справедливости. В ремейке — якобы ботаник-неудачник, за деньгу решающий контрольные для всех желающих, и переживающий семейный кризис. Жажда справедливости надиктована случайным синяком и правовым беспределом власть имеющих. Порицает систему правосудия, но не на идейном уровне, а потом что с ним она обошлась несправедливо. Уровень интеллектуального развития разнится соответственно, зато американский Лайт не вызывает раздражения и близок к рядовому зрителю. L. Сперва худосочный, бледнокожий неврастеник-хикикомори с замашками социопатичного гения. Любит сладкое и головоломки. Не любит людей, за что любим людьми, которые тоже не любят людей. Лайт-версия доктора Хауса, только без хромоты, наркозависимости и оскорбления людей. В ремейке — тощий афроамериканский диабетик, перебирающий длинными пальцами всё, что не похоже на баскетбольный мяч. Как бы гений, но не по ходу повествования, а по сценарию. Всё свои гениальные уловки оставил в мультике, в полном метре на них просто нет времени. Не чурается лично замарать руки автомобильной погоней и перестрелками. Неканоничное воплощение того, что ремейкоделы в погоне за популярностью готовы на всё, кроме хорошего сценария. Возможно, внучатый племянник Роланда из Гилеада, но это не точно. Миса/Мия. Японская фу-ты-модель, спортсменка, космомолка и просто красавица. Фанатичная поклонница Киры ака Лайт. Глупая и преданная, появляется в середине сериала и используется ушлым японским школьником как дополнительный инструмент. Чем и полезна. В ремейке — один из центральных персонажей, объект томного воздыхания и источник непредвиденных осложнений. Нагло смещает акцент конфликта на себя, вместо L. Есть подозрение, что сделано это с целью привлечения свежей крови в лице молодежи. Характер скверный, не проработанный. Не жената. Рюк. Один из японских богов смерти — синигами. Аналог мрачного жнеца из западной культуры. Любит яблоки и не любит скучать. В связи с чем «случайно» роняет краденую титульную тетрадь в мир смертных, чтобы устроить себе командировку. Персонаж второго плана, не слишком влияющий на сюжет. Чем обусловлено появление в ремейке — неизвестно. Чуждая культурная среда никак не отреагировала на него. В кадре крайне размыт (дабы скрыть технические огрехи CGI) и харизматичен. Мотивы поступков непонятны, досье отсутствует, является троллем и провокатором, чем и интересен. Бытует мнение, и я его полностью разделяю, что является самой большой (и единственной) удачей ремейка. Прочие персонажи. Интереса не вызывают. Сюжет. В аниме растянут благодаря хронометражу. Полон интересных находок в плане противостояния L и Киры. В ремейке куц и сжат, опять же по вине хронометража. Подавляющее большинство элегантных твистов L оказалось за бортом, а внимание сконцентрировано на Лайте и Мие. Опять же — в угоду подросткам, которым проще себя ассоциировать с ними, нежели с гениальным детективом. И это печально От былого противостояния двух не самых средних умов осталось всего да ничего, да и то по большей части вынесено за кадр. Вердикт. Эпоха великого упрощения не вывозит шедевры. Психологизм и интеллектуальные уловки по-прежнему удел небольшой прослойки электората, а массам подавай хлеба и зрелищ. И чтоб попроще. Иначе кассу не сделают. Проработка сценариев продюсеров нынче не интересует, маразм крепчает, а уровень падает. Вдвойне обидно, когда в адаптации мелькают неплохие идеи, раскрытие которых в принципе обосновало бы сам факт. Так что предлагаю вписать имена виновных в оную тетрадь и надеяться, что дальше будет лучше.