Фильм «Рай» можно обозначить меткой «не для всех». Но не из-за каких-то тяжестей происходящего, хотя позиционируется фильм как очень тяжелый. Не из-за какой-то чернухи – ее там нет. Фильм очень сложно воспринимать именно вследствие его структуры, ведь из двух с лишним часов хронометража половину времени занимает разговор персонажа с камерой. Обычные разговоры – человек, стол, белая стена сзади. Он или она могут говорить о своих чувствах и переживаниях, могут рыдать, могут рассказывать очередную историю или вовсе молчать. И справляться с этими монологами не очень просто, так как разбавляющие их вставки игрового кино поначалу не имеют никакого смысла, ведь непонятно, куда движется сюжет, события просто происходят.
Да, есть темы, которые освещает режиссер Андрей Кончаловский – тема Второй Мировой, тема нацистов, русских, тема евреев и их сжигания в концлагерях. Показаны сами лагеря и жизнь в них – во что превращаются люди, кем нужно стать, чтобы можно было существовать там. Слова Кончаловского: «Жизнь в колонии – это жизнь обычного поселения со своими законами и порядками, отличие лишь в том, что тут в каждую минуту ты можешь умереть». И в этом сюжете, и в моментах с монологами персонажей актеры блистают. Нет даже намека на игру или фальшь – у Андрея Сергеевича этот пункт на первом месте. В картине он использовал новую для себя технику взаимодействия с актерами: актер не играет персонажа, а становится им. Каждый, и Юлия Высоцкая, и Кристиан Клаус, и Филип Дюкен, сдавал режиссеру экзамен на знание своих новых личностей. И далее все три месяца жил этими ролями. И справились они на все сто процентов.
Среди этой невероятной игры и непонятного направления сюжета вдруг в одной короткой сцене режиссер вбрасывает глубочайшую мысль, да не одну. Все эти мысли всколыхнут зрителя и моментально заставят задуматься – настолько они неоднозначны и глубоки. И сразу станет понятно, что под покровом тем войны и мрака, сопровождающего ее, Кончаловский копнул глубже, он задумался о сути идеологии, о том, кто есть на самом деле тот человек, который может проникнуться мыслями Гитлера. Что может быть раем для угнетенной женщины, содержащейся в концлагере? На что она готова для обретения этого рая, и может ли этот рай изменить человека? И есть ли, в конце концов, Бог?
Ответы на все вопросы окончательно приведут к логичному и эмоционально финалу, который оправдает все: и сцены монологов, и начинающийся лишь на втором часу картины сюжет. Все длинное начало фильма будет лишь подготовкой зрителя к самой главной мысли режиссера, к мысли о Рае и о том, каков он у разных людей. А что Рай для вас? И уверены ли вы, что он останется таким навсегда в вашем сознании?
Фильм «Рай» можно обозначить меткой «не для всех». Но не из-за каких-то тяжестей происходящего, хотя позиционируется фильм как очень тяжелый. Не из-за какой-то чернухи – ее там нет. Фильм очень сложно воспринимать именно вследствие его структуры, ведь из двух с лишним часов хронометража половину времени занимает разговор персонажа с камерой. Обычные разговоры – человек, стол, белая стена сзади. Он или она могут говорить о своих чувствах и переживаниях, могут рыдать, могут рассказывать очередную историю или вовсе молчать. И справляться с этими монологами не очень просто, так как разбавляющие их вставки игрового кино поначалу не имеют никакого смысла, ведь непонятно, куда движется сюжет, события просто происходят. Да, есть темы, которые освещает режиссер Андрей Кончаловский – тема Второй Мировой, тема нацистов, русских, тема евреев и их сжигания в концлагерях. Показаны сами лагеря и жизнь в них – во что превращаются люди, кем нужно стать, чтобы можно было существовать там. Слова Кончаловского: «Жизнь в колонии – это жизнь обычного поселения со своими законами и порядками, отличие лишь в том, что тут в каждую минуту ты можешь умереть». И в этом сюжете, и в моментах с монологами персонажей актеры блистают. Нет даже намека на игру или фальшь – у Андрея Сергеевича этот пункт на первом месте. В картине он использовал новую для себя технику взаимодействия с актерами: актер не играет персонажа, а становится им. Каждый, и Юлия Высоцкая, и Кристиан Клаус, и Филип Дюкен, сдавал режиссеру экзамен на знание своих новых личностей. И далее все три месяца жил этими ролями. И справились они на все сто процентов. Среди этой невероятной игры и непонятного направления сюжета вдруг в одной короткой сцене режиссер вбрасывает глубочайшую мысль, да не одну. Все эти мысли всколыхнут зрителя и моментально заставят задуматься – настолько они неоднозначны и глубоки. И сразу станет понятно, что под покровом тем войны и мрака, сопровождающего ее, Кончаловский копнул глубже, он задумался о сути идеологии, о том, кто есть на самом деле тот человек, который может проникнуться мыслями Гитлера. Что может быть раем для угнетенной женщины, содержащейся в концлагере? На что она готова для обретения этого рая, и может ли этот рай изменить человека? И есть ли, в конце концов, Бог? Ответы на все вопросы окончательно приведут к логичному и эмоционально финалу, который оправдает все: и сцены монологов, и начинающийся лишь на втором часу картины сюжет. Все длинное начало фильма будет лишь подготовкой зрителя к самой главной мысли режиссера, к мысли о Рае и о том, каков он у разных людей. А что Рай для вас? И уверены ли вы, что он останется таким навсегда в вашем сознании?