Патерсон (Адам Драйвер) живет в городе Патерсон, каждый будний день просыпается по молчаливому будильнику, целует свою возлюбленную Лору (Голшифте Фарахани) и отправляется на работу, где повернув ключ зажигания, выезжает на городском автобусе на свой неизменный маршрут. В обеденный перерыв он наблюдает за водопадом, возле которого впитывает каждую мелочь окружающего мира. Его вечера напоминают ритуал, он прогуливается с домашним питомцем Марвином до окрестного бара, где с барменом по имени Док (удивительный Бэрри Шебака Хенли), он обсуждает одноразовые темы. На следующий день все повторяется вновь.
Спокойная жизнь и ее неспешный ритм, определяющие рутинный быт главного героя с понедельника по пятницу, похожи на рабочую неделю большинства людей. Это может выглядеть как штамп, например, Стэнли Кубрик вставлял название дней в «Сиянии», но в новой работе Джима Джармуша марш дней объявлен как регламентация обязательств, создающих структуру картины. Он создает своего рода медитативный поток из рутинных обязательств персонажа, из которых рождается поэзия. Стихи скользят через экран, словно витиеватые узоры, не прописываясь ручкой или карандашом и не появляясь от стука клавиш клавиатуры или пишущей машинки, а прочитываются вслух их автором, будто показывая нам изнанку душевного водителя автобуса и подвального поэта. Этот фильм об искусстве, его создании и о том, как образы превращаются в слова (и наоборот). В связи с этим выглядит он довольно сдержанно, даже для стандартных приемов режиссера.
Лора, в исполнении Голшифте Фарахани, является необходимой для поэта музой. Она выглядит более легкомысленной, чем Патерсон, со всеми своими занятиями, которые больше напоминают хобби. Если он пишет стихи, то она печет кексы, покупает гитару, попутно объявив, что всегда мечтала стать катри-певицей, или украшает поверхности (стены, шторы и даже одежду) необычными узорами. Она привлекательна, слегка комична, и не только является поваром, болельщиком и музой, но и окрашивает жизнь мужа хаосом смуты, так ему порой необходимой. Адам Драйвер соответствующим образом переносит на экран своего сдержанного героя. Выразительные внешние черты вкупе с долговязой фигурой актера делают его идеальным для вселенной Джармуша, помимо очевидного поразительного сходства с Джоном Лури, снявшегося в его полнометражном дебюте «Более странно, чем в раю». Оставив в стороне его игру в сериале «Девочки», это, безусловно, лучший перфоманс актера на сегодняшний день.
В целом, однако, «Патерсон» целиком и полностью принадлежит его создателю (Джармуш выступил как автор сценария и режиссер), который наиболее отчетливо выделяется при показе спокойствия повседневной жизни и нахождении глубокого смысла в происхождении ее моментов. Наиболее ярко это видно в сценах вождения автобуса, в которых главный герой подслушивает разговоры случайных пассажиров на самые разные темы от анархии до социальных пикников. Они словно утерянная виньетка из, пожалуй, его самого популярного фильма «Кофе и сигареты».
Режиссер не превращает жизнь главного героя в драму. Жизни достаточно. Вместо этого он с визуальной точностью и эмоциональной сдержанностью создает редчайший портрет человека, у которого пролетают дни и накапливаются детали, превращающиеся в поэзию. Картина напоминает смесь теплоты и меланхолии. «Патерсон», возможно, является самым поглощающим исследованием характера со времен «Сломанных цветов», но гораздо более приближенным к реальной жизни. В нем нет никакого особого контекста для признания фильма в качестве самой личной работы. Блестящий загадочный финал исследует, что значит начать работать после личных неудач и как найти новый источник вдохновения. Это удачное заявление от Джармуша, который продолжает удивлять, оставаясь верным своему сингулярному голосу, который здесь, кажется, создал его чистейшее проявление.
Патерсон (Адам Драйвер) живет в городе Патерсон, каждый будний день просыпается по молчаливому будильнику, целует свою возлюбленную Лору (Голшифте Фарахани) и отправляется на работу, где повернув ключ зажигания, выезжает на городском автобусе на свой неизменный маршрут. В обеденный перерыв он наблюдает за водопадом, возле которого впитывает каждую мелочь окружающего мира. Его вечера напоминают ритуал, он прогуливается с домашним питомцем Марвином до окрестного бара, где с барменом по имени Док (удивительный Бэрри Шебака Хенли), он обсуждает одноразовые темы. На следующий день все повторяется вновь. Спокойная жизнь и ее неспешный ритм, определяющие рутинный быт главного героя с понедельника по пятницу, похожи на рабочую неделю большинства людей. Это может выглядеть как штамп, например, Стэнли Кубрик вставлял название дней в «Сиянии», но в новой работе Джима Джармуша марш дней объявлен как регламентация обязательств, создающих структуру картины. Он создает своего рода медитативный поток из рутинных обязательств персонажа, из которых рождается поэзия. Стихи скользят через экран, словно витиеватые узоры, не прописываясь ручкой или карандашом и не появляясь от стука клавиш клавиатуры или пишущей машинки, а прочитываются вслух их автором, будто показывая нам изнанку душевного водителя автобуса и подвального поэта. Этот фильм об искусстве, его создании и о том, как образы превращаются в слова (и наоборот). В связи с этим выглядит он довольно сдержанно, даже для стандартных приемов режиссера. Лора, в исполнении Голшифте Фарахани, является необходимой для поэта музой. Она выглядит более легкомысленной, чем Патерсон, со всеми своими занятиями, которые больше напоминают хобби. Если он пишет стихи, то она печет кексы, покупает гитару, попутно объявив, что всегда мечтала стать катри-певицей, или украшает поверхности (стены, шторы и даже одежду) необычными узорами. Она привлекательна, слегка комична, и не только является поваром, болельщиком и музой, но и окрашивает жизнь мужа хаосом смуты, так ему порой необходимой. Адам Драйвер соответствующим образом переносит на экран своего сдержанного героя. Выразительные внешние черты вкупе с долговязой фигурой актера делают его идеальным для вселенной Джармуша, помимо очевидного поразительного сходства с Джоном Лури, снявшегося в его полнометражном дебюте «Более странно, чем в раю». Оставив в стороне его игру в сериале «Девочки», это, безусловно, лучший перфоманс актера на сегодняшний день. В целом, однако, «Патерсон» целиком и полностью принадлежит его создателю (Джармуш выступил как автор сценария и режиссер), который наиболее отчетливо выделяется при показе спокойствия повседневной жизни и нахождении глубокого смысла в происхождении ее моментов. Наиболее ярко это видно в сценах вождения автобуса, в которых главный герой подслушивает разговоры случайных пассажиров на самые разные темы от анархии до социальных пикников. Они словно утерянная виньетка из, пожалуй, его самого популярного фильма «Кофе и сигареты». Режиссер не превращает жизнь главного героя в драму. Жизни достаточно. Вместо этого он с визуальной точностью и эмоциональной сдержанностью создает редчайший портрет человека, у которого пролетают дни и накапливаются детали, превращающиеся в поэзию. Картина напоминает смесь теплоты и меланхолии. «Патерсон», возможно, является самым поглощающим исследованием характера со времен «Сломанных цветов», но гораздо более приближенным к реальной жизни. В нем нет никакого особого контекста для признания фильма в качестве самой личной работы. Блестящий загадочный финал исследует, что значит начать работать после личных неудач и как найти новый источник вдохновения. Это удачное заявление от Джармуша, который продолжает удивлять, оставаясь верным своему сингулярному голосу, который здесь, кажется, создал его чистейшее проявление.