Джонни — британский нелегал, затерявшийся в чаще Манхэттена. Руби — опрятная девушка, добившаяся места в хореографической академии. Место встречи — метро, остальное снаружи: огромный город, танцевальный ритм, поэтическая музыка. Романтическая ночь, тихая грусть и неукротимая одержимость — всего лишь дань традиции, являющейся вдохновляющим мотивом этой истории, на деле далёкой от классических драматических образцов, что лежит на поверхности отношений главных героев, а также их друзей и соперников, являющихся не фигурами в игре, а объектами художественной инсталляции.
Весь фильм — комбинация ярких постеров, иллюстраций глянцевых журналов и картинок, сошедших со страниц дорогих настенных календарей — такова внешняя оболочка этой картины, представляющей портфолио фотогеничного Нью-Йорка, охотно позирующего со всех своих блестящих сторон, распахивая двери старинных домов с шикарно обставленными лофтами, гордясь обшарпанными стенами и сияющими золотом залами — приманка успеха, у которого есть вполне весомый денежный эквивалент.
Том Форд, конечно, сделал бы это лучше, но и Майкл Дамиан знает толк в своём деле, подчиняя драматургию теме визуальной отделки, превращающей ленту в собрание яркой цветной рекламы, наполненной красивыми людьми, одетыми в дорогие штучные шмотки, демонстрируя дизайнерские интерьеры и завершая историю танцевальным шоу, смешав в нём формы разных искусств, выражая тем предпочтение стилистическому разнообразию творчества, имея единственной целью созерцание красоты людей, предметов, движений и их композиций, не напрягающее мыслью, а просто доставляющее радость для глаз.
Джонни — британский нелегал, затерявшийся в чаще Манхэттена. Руби — опрятная девушка, добившаяся места в хореографической академии. Место встречи — метро, остальное снаружи: огромный город, танцевальный ритм, поэтическая музыка. Романтическая ночь, тихая грусть и неукротимая одержимость — всего лишь дань традиции, являющейся вдохновляющим мотивом этой истории, на деле далёкой от классических драматических образцов, что лежит на поверхности отношений главных героев, а также их друзей и соперников, являющихся не фигурами в игре, а объектами художественной инсталляции. Весь фильм — комбинация ярких постеров, иллюстраций глянцевых журналов и картинок, сошедших со страниц дорогих настенных календарей — такова внешняя оболочка этой картины, представляющей портфолио фотогеничного Нью-Йорка, охотно позирующего со всех своих блестящих сторон, распахивая двери старинных домов с шикарно обставленными лофтами, гордясь обшарпанными стенами и сияющими золотом залами — приманка успеха, у которого есть вполне весомый денежный эквивалент. Том Форд, конечно, сделал бы это лучше, но и Майкл Дамиан знает толк в своём деле, подчиняя драматургию теме визуальной отделки, превращающей ленту в собрание яркой цветной рекламы, наполненной красивыми людьми, одетыми в дорогие штучные шмотки, демонстрируя дизайнерские интерьеры и завершая историю танцевальным шоу, смешав в нём формы разных искусств, выражая тем предпочтение стилистическому разнообразию творчества, имея единственной целью созерцание красоты людей, предметов, движений и их композиций, не напрягающее мыслью, а просто доставляющее радость для глаз.