Фильм «Стокгольм» (в российском прокате - «Однажды в Стокгольме») 44-летнего канадского режиссёра Робера Бюдро, который, судя по возрасту, появился на свет уже после получившего широкую известность во всём мире захвата заложников в здании «Кредитбанкен» в шведской столице в августе 1973 года, далеко не во всём придерживается имевших место драматических событий. Однако предваряющий титр «Основано на абсурдной, но подлинной истории» задаёт верный тон, что вообще не следует искать соблюдения абсолютной точности в изложении случившегося (например, это продолжалось не два, а шесть дней, и женщин-заложниц было трое). Лучше воспринимать экранный рассказ о возникновении такого понятия, как «стокгольмский синдром» (кстати, именно это выражение, ныне ставшее часто употребляемым, упоминается уже в прологе картины), чуть в гиперболизированном и экстравагантном плане, словно ещё одно проявление подлинной абсурдности бытия, порою превосходящей по своему странному и причудливому тону любой невероятный вымысел.
Сам Бюдро гораздо чаще выступает в кино и на телевидении в качестве продюсера (например, был также причастен в 2018 году к созданию фильма-концерта Мартина Скорсезе о Бобе Дилане, песни которого звучат из радиоприёмника и ещё напеваются персонажами «Стокгольма»), а его три полнометражных ленты весьма отличаются одна от другой по манере и содержанию. И всё-таки в картинах «Это прекрасное где-то», «Рождённый быть грустным» (об известном белом трубаче-джазисте Чете Бейкере, кстати, сыгранном американским актёром Итэном Хоком, который потом перевоплотился в захватившего заложников Яна-Эрика Улльсона, несмотря на то, что был в жизни вдвое старше) и «Стокгольм» можно обнаружить нечто общее - как раз в необычности и подчас парадоксальности поведения героев, кем-то считаемых людьми почти не от мира сего.
Элементы игры и некоего лицедейского существования в окружающей действительности поневоле превращают в последней работе Робера Бюдро реальную историю криминального толка в своеобразное шоу, эстрадный дивертисмент, комическое ревю - и это не вступает в противоречие с истинным драматизмом событий. Мода и антураж начала 70-х годов, воспроизведённые на экране непосредственно в Стокгольме, будто дополняют эстетику стихийного карнавала, где даже полицейские выглядят и ведут себя как непредумышленные клоуны. А намеренное упоминание популярных американских фильмов той эпохи («Буллит», «Буч Кэссиди и Сандэнс Кид» и т.п.) создаёт нужный контекст, так что и современная лента о минувшем происшествии видится сквозь призму различных ассоциаций - очевиднее всего перекличка с картиной «Жарким пополудни» (чаще она называется как «Собачий полдень») американца Сидни Ламета и «Миллион - не деньги» француза Эдуара Молинаро.
Возможно, из-за излишнего ограничения времени развития событий в фильме Будро не получила должного отражения тема возникновения симпатии и вообще дружеских чувств между заложниками и теми, кто вынужденно захватил их в стокгольмском банке. Хотя и то, что обозначено в ряде сцен, позволяет понять, почему захваченные оказались настроенными против полиции и правительства во главе с Улофом Пальме, тоже представленном на экране. Между прочим, о его трагически абсурдной гибели на одной из улиц Стокгольма в конце февраля 1986 года тоже вспоминаешь почему-то, когда следишь за случившимся в шведской столице на 12,5 лет ранее.
Фильм «Стокгольм» (в российском прокате - «Однажды в Стокгольме») 44-летнего канадского режиссёра Робера Бюдро, который, судя по возрасту, появился на свет уже после получившего широкую известность во всём мире захвата заложников в здании «Кредитбанкен» в шведской столице в августе 1973 года, далеко не во всём придерживается имевших место драматических событий. Однако предваряющий титр «Основано на абсурдной, но подлинной истории» задаёт верный тон, что вообще не следует искать соблюдения абсолютной точности в изложении случившегося (например, это продолжалось не два, а шесть дней, и женщин-заложниц было трое). Лучше воспринимать экранный рассказ о возникновении такого понятия, как «стокгольмский синдром» (кстати, именно это выражение, ныне ставшее часто употребляемым, упоминается уже в прологе картины), чуть в гиперболизированном и экстравагантном плане, словно ещё одно проявление подлинной абсурдности бытия, порою превосходящей по своему странному и причудливому тону любой невероятный вымысел. Сам Бюдро гораздо чаще выступает в кино и на телевидении в качестве продюсера (например, был также причастен в 2018 году к созданию фильма-концерта Мартина Скорсезе о Бобе Дилане, песни которого звучат из радиоприёмника и ещё напеваются персонажами «Стокгольма»), а его три полнометражных ленты весьма отличаются одна от другой по манере и содержанию. И всё-таки в картинах «Это прекрасное где-то», «Рождённый быть грустным» (об известном белом трубаче-джазисте Чете Бейкере, кстати, сыгранном американским актёром Итэном Хоком, который потом перевоплотился в захватившего заложников Яна-Эрика Улльсона, несмотря на то, что был в жизни вдвое старше) и «Стокгольм» можно обнаружить нечто общее - как раз в необычности и подчас парадоксальности поведения героев, кем-то считаемых людьми почти не от мира сего. Элементы игры и некоего лицедейского существования в окружающей действительности поневоле превращают в последней работе Робера Бюдро реальную историю криминального толка в своеобразное шоу, эстрадный дивертисмент, комическое ревю - и это не вступает в противоречие с истинным драматизмом событий. Мода и антураж начала 70-х годов, воспроизведённые на экране непосредственно в Стокгольме, будто дополняют эстетику стихийного карнавала, где даже полицейские выглядят и ведут себя как непредумышленные клоуны. А намеренное упоминание популярных американских фильмов той эпохи («Буллит», «Буч Кэссиди и Сандэнс Кид» и т.п.) создаёт нужный контекст, так что и современная лента о минувшем происшествии видится сквозь призму различных ассоциаций - очевиднее всего перекличка с картиной «Жарким пополудни» (чаще она называется как «Собачий полдень») американца Сидни Ламета и «Миллион - не деньги» француза Эдуара Молинаро. Возможно, из-за излишнего ограничения времени развития событий в фильме Будро не получила должного отражения тема возникновения симпатии и вообще дружеских чувств между заложниками и теми, кто вынужденно захватил их в стокгольмском банке. Хотя и то, что обозначено в ряде сцен, позволяет понять, почему захваченные оказались настроенными против полиции и правительства во главе с Улофом Пальме, тоже представленном на экране. Между прочим, о его трагически абсурдной гибели на одной из улиц Стокгольма в конце февраля 1986 года тоже вспоминаешь почему-то, когда следишь за случившимся в шведской столице на 12,5 лет ранее.