Через 27 лет после того, как дети из «Клуба Неудачников» закидали страшного клоуна Пеннивайза тухлыми помидорами, каждый из них благополучно пережил пубертат, покинул проклятый родной Дерри и нашёл себе применение в большом мире. Зло, однако, задремало лишь на время, и, когда нашим героям стукнуло под сорок, феерично вышло из нокаута – всё такое же голодное, уродливое и хитрое. Семеро изменившихся до неузнаваемости персонажей вынуждены вспомнить о клятве, данной на берегу реки Кендускиг, и заново столкнуться со своими детскими страхами.
Среди традиционного осеннего засилья хорроров «Оно 2» был самым ожидаемым и внушающим наибольшие надежды. После успеха первой части авторам не нужно было прилагать особых усилий, чтобы заманить зрителя в кинотеатры. По сути, у них была полная творческая свобода и возможность сделать по-настоящему хорошее кино, а не просто очередную кузницу по отбиванию вложенного бюджета. Однако, интересные идеи кончились у авторов на первом фильме, и второй делали по набившему оскомину принципу «быстрее-выше-сильнее».
Общая сюжетная схема с точностью повторяет предшествующую картину: по 10-15 минут отведено на знакомство с каждым персонажем, дальше первая схватка со злом, заканчивающаяся неизменным поражением, и в финале масштабная битва. Рецепт успеха воспроизведён практически дословно, но «секретного ингредиента» здесь отсыпали куда меньше, чем два года назад. Предыдущая часть «Оно» брала, прежде всего, обаянием юных актёров, осязаемым ощущением лета и потрясающей операторской работой. Корейца Чона Джон-хуна на этот раз заменил непримечательный Чекко Варезе, до этого работавший преимущественно с сериалами. Визуальная часть фильма от этого сильно потеряла в качестве: на первый взгляд, всё гладко и прилично, на второй – слишком гладко. Глазу не за что зацепиться, и о каком-то эстетическом удовольствии говорить не приходится.
Чрезмерно раздутый хронометраж фильма обусловлен наличием длительных флэшбэков из детства, и они-то, по иронии судьбы, - лучшее, что есть в «Оно 2». Несмотря на то, что взрослых актёров подобрали по принципу максимального физического сходства (за исключением Джеймса МакЭвой, ни грамма не похожего на Билла), сорокалетним дяденькам и тётенькам всё-таки требуется приложить усилия, чтобы влюбить в себя зрителя. Когда спадает эйфория узнавания («Это же Бен! Сколько лет, сколько зим!»), внезапно обнаруживается, что персонажи – пустые и бледные тени самих себя в детстве. Биллу Хейдеру (Ричи) и Джеймсу Рэнсону (Эдди) отводятся роли комиков, МакЭвой (Билл) заламывает руки и мучается картинным чувством вины, Айзая Мустафа (Майк) объясняет зрителям, что происходит, а Джессика Честейн (Беверли) и Джей Райан (Бен) и вовсе нужны для массовки. Никому из них толком не сочувствуешь, и на протяжении всего повествования преследует стойкое желание половину из них выпилить и сделать историю куда более ёмкой.
Впрочем, главная проблема картины не столько в излишнем объёме (от этого, в конце концов, страдал и первоисточник), а в том, что происходящее ни разу не пугает. Создатели вбрасывают скримеры буквально на каждом шагу, но забывают о правдоподобной атмосфере. Если в первой части ещё можно было поверить, что детское воображение способно нарисовать и клоунов, и прокажённых, и оживающие картины, то к сорока годам герои уже должны были научиться отличать реальность от вымысла. Да, они борются со страхами из прошлого, но почему бы не показать их в более мистическом, загадочном виде? Зачем превращать всё в истерический, абсурдный цирк? Зачем копировать сцену из недавного «Мы» с зеркальными лабиринтами? Зачем столько резких движений и гипертрофированных монстров?
На три часа хронометража в фильме ровно два волнительных момента: Пеннивайз, втирающийся в доверие маленькой девочке под трибунами спортивного стадиона, и Пеннивайз во флэшбэке, раскрашивающий себе лицо. К сожалению, остальное время «гвоздь программы» прячется в канализации или пытается напугать своим костюмом, а не мимикой и не разговорами. Билл Скарсгард, по сути, был не нужен, могли вместо него взять любого статиста или аниматора.
В качестве вишенок на торте создатели приготовили фанатам, как минимум, два сюрприза: камео-появление самого Стивена Кинга и яркая, хоть не такая уж и важная, роль Ксавье Долана (он играет Эдриана Мэллона). Вишенки, признаться, получились сладкие и сочные, однако, они не спасают остальной торт от прискорбной судьбы быть выброшенным в мусорное ведро. Фильм получился неоправданно затянутым, с щедрой порцией бессмысленной отсебятины, и абсолютно не страшным. Вместо того, чтобы подпрыгивать в кресле кинотеатра или покрываться мурашками, зритель вынужден – от нечего делать – смеяться над глупыми шуточками Ричи и подавлять зевки во время очередного скримера.
Через 27 лет после того, как дети из «Клуба Неудачников» закидали страшного клоуна Пеннивайза тухлыми помидорами, каждый из них благополучно пережил пубертат, покинул проклятый родной Дерри и нашёл себе применение в большом мире. Зло, однако, задремало лишь на время, и, когда нашим героям стукнуло под сорок, феерично вышло из нокаута – всё такое же голодное, уродливое и хитрое. Семеро изменившихся до неузнаваемости персонажей вынуждены вспомнить о клятве, данной на берегу реки Кендускиг, и заново столкнуться со своими детскими страхами. Среди традиционного осеннего засилья хорроров «Оно 2» был самым ожидаемым и внушающим наибольшие надежды. После успеха первой части авторам не нужно было прилагать особых усилий, чтобы заманить зрителя в кинотеатры. По сути, у них была полная творческая свобода и возможность сделать по-настоящему хорошее кино, а не просто очередную кузницу по отбиванию вложенного бюджета. Однако, интересные идеи кончились у авторов на первом фильме, и второй делали по набившему оскомину принципу «быстрее-выше-сильнее». Общая сюжетная схема с точностью повторяет предшествующую картину: по 10-15 минут отведено на знакомство с каждым персонажем, дальше первая схватка со злом, заканчивающаяся неизменным поражением, и в финале масштабная битва. Рецепт успеха воспроизведён практически дословно, но «секретного ингредиента» здесь отсыпали куда меньше, чем два года назад. Предыдущая часть «Оно» брала, прежде всего, обаянием юных актёров, осязаемым ощущением лета и потрясающей операторской работой. Корейца Чона Джон-хуна на этот раз заменил непримечательный Чекко Варезе, до этого работавший преимущественно с сериалами. Визуальная часть фильма от этого сильно потеряла в качестве: на первый взгляд, всё гладко и прилично, на второй – слишком гладко. Глазу не за что зацепиться, и о каком-то эстетическом удовольствии говорить не приходится. Чрезмерно раздутый хронометраж фильма обусловлен наличием длительных флэшбэков из детства, и они-то, по иронии судьбы, - лучшее, что есть в «Оно 2». Несмотря на то, что взрослых актёров подобрали по принципу максимального физического сходства (за исключением Джеймса МакЭвой, ни грамма не похожего на Билла), сорокалетним дяденькам и тётенькам всё-таки требуется приложить усилия, чтобы влюбить в себя зрителя. Когда спадает эйфория узнавания («Это же Бен! Сколько лет, сколько зим!»), внезапно обнаруживается, что персонажи – пустые и бледные тени самих себя в детстве. Биллу Хейдеру (Ричи) и Джеймсу Рэнсону (Эдди) отводятся роли комиков, МакЭвой (Билл) заламывает руки и мучается картинным чувством вины, Айзая Мустафа (Майк) объясняет зрителям, что происходит, а Джессика Честейн (Беверли) и Джей Райан (Бен) и вовсе нужны для массовки. Никому из них толком не сочувствуешь, и на протяжении всего повествования преследует стойкое желание половину из них выпилить и сделать историю куда более ёмкой. Впрочем, главная проблема картины не столько в излишнем объёме (от этого, в конце концов, страдал и первоисточник), а в том, что происходящее ни разу не пугает. Создатели вбрасывают скримеры буквально на каждом шагу, но забывают о правдоподобной атмосфере. Если в первой части ещё можно было поверить, что детское воображение способно нарисовать и клоунов, и прокажённых, и оживающие картины, то к сорока годам герои уже должны были научиться отличать реальность от вымысла. Да, они борются со страхами из прошлого, но почему бы не показать их в более мистическом, загадочном виде? Зачем превращать всё в истерический, абсурдный цирк? Зачем копировать сцену из недавного «Мы» с зеркальными лабиринтами? Зачем столько резких движений и гипертрофированных монстров? На три часа хронометража в фильме ровно два волнительных момента: Пеннивайз, втирающийся в доверие маленькой девочке под трибунами спортивного стадиона, и Пеннивайз во флэшбэке, раскрашивающий себе лицо. К сожалению, остальное время «гвоздь программы» прячется в канализации или пытается напугать своим костюмом, а не мимикой и не разговорами. Билл Скарсгард, по сути, был не нужен, могли вместо него взять любого статиста или аниматора. В качестве вишенок на торте создатели приготовили фанатам, как минимум, два сюрприза: камео-появление самого Стивена Кинга и яркая, хоть не такая уж и важная, роль Ксавье Долана (он играет Эдриана Мэллона). Вишенки, признаться, получились сладкие и сочные, однако, они не спасают остальной торт от прискорбной судьбы быть выброшенным в мусорное ведро. Фильм получился неоправданно затянутым, с щедрой порцией бессмысленной отсебятины, и абсолютно не страшным. Вместо того, чтобы подпрыгивать в кресле кинотеатра или покрываться мурашками, зритель вынужден – от нечего делать – смеяться над глупыми шуточками Ричи и подавлять зевки во время очередного скримера.