На некоторых ресурсах в Интернете всё-таки успела мелькнуть информация о том, что новая полнометражная постановка Дани Буна является продолжением его самого громкого достижения, известного в России под ехидным названием «Бобро поржаловать» /2008/. А ведь режиссёр-кинодраматург и – в первую очередь – знаменитый (1) артист сразу, как только приступил к съёмкам, предупреждал, что речь о сиквеле не идёт; вот и Кад Мерад ограничился появлением в кратком эпизоде, причём в качестве себя, неповторимого Када Мерада. Не исключено даже, что именно близость фабулы тематике той феноменально популярной лирической комедии не позволила реализовать проект раньше, притом что первая версия сценария была написана ещё в 2011-м. Но что поделаешь, если кинематографист не представляет творчества да и, пожалуй, бытования в целом без своей малой родины, над которой можно потешаться от души (точнее, беззлобно подтрунивать), но воспоминания о которой по-прежнему служат неиссякаемым источником вдохновения. К счастью, пристрастия художника неизменно находят горячий отклик у широкой публики – и картина «От семьи не убежишь» легко собрала во Франции аудиторию свыше 5,5 млн. человек, уступая в национальном кинопрокате (на текущий момент, задолго до окончания сезона) лишь другому юмористическому кинопроизведению, третьей части «100 миллионов евро» /2011/ Оливье Бару. Проблем с окупаемостью солидного (€27,8 млн.) производственного бюджета возникнуть, думается, не должно.
Конечно, при дублировании ленты на другие языки, включая русский, чрезвычайно сложно (увы, практически невозможно) передать специфику многих шуток, построенных на своеобразии пикардского диалекта, распространённого в Нор – Па-де-Кале, а в других регионах страны слывущего жутко провинциальным. Особенно над «забавным» произношением и лексиконом склонны глумиться парижане, с заносчивостью столичных жителей считающие говор безнадёжно деревенским. Как-никак отождествлять манеру изъясняться обитателей севера страны с молодёжным жаргоном – большое упрощение, хотя по сюжету Валентин, оклемавшись после приключившегося на проезжей части несчастного случая (зятя нечаянно сбил тесть), действительно ощущает себя подростком. Считает, что ему семнадцать лет, что по-прежнему живёт в доме родителей и что попал в аварию, катаясь на мопеде без шлема. И Констанс Брандт, дражайшей половине именитого дизайнера мебели, приходится не только заново учить мужа нормам поведения и правилам общения, принятым в приличном обществе, но и… постигать дворовый сленг. А как ещё прикажете наладить контакт?!
Бун вновь не упускает шанса язвительно пройтись по нравам соотечественников, на сей раз – сосредоточившись на представителях экономической и политической элиты и просто на состоятельных людях. Они, как обычно, бездумно поддаются веяниям моды, немилосердно переплачивая за красивые, но непрактичные предметы интерьера и… получая серьёзные проблемы со здоровьем. Мало того, папа Констанс (Франсуа Берлеан, как всегда, очень точен), малодушно пытающийся скрыть вину за дорожно-транспортное происшествие, вдобавок – решает от греха подальше перевести бизнес на себя и дочь. И тем не менее сатирический аспект не является превалирующим. Авторы сосредотачиваются на отношениях родственников, от которых Валентин из меркантильных (карьерных) соображений поспешил откреститься – и которые сваливаются как снег на голову прямо в разгар персональной выставки. Он готов провалиться со стыда сквозь землю, но… братец, намеревающийся попросить в долг крупную сумму денег, прибегает к хитрой уловке – нагло врёт о том, что мама-юбилярша якобы неизлечимо больна. Ничего святого!
Дани с партнёрами (и партнёршами) по съёмочной площадке обыгрывают ситуацию с выдумкой и задором, стараясь по максимуму извлечь комический эффект. Выясняется, в частности, что начинающий художник, прежде чем укатил учиться и работать в Париж, крутил роман с будущей невесткой, что провоцирует жгучую ревность у мадам Брандт. Да и вообще мужчине с сознанием тинэйджера, заливающегося горючими слезами из-за утраты… любимого двухколёсного транспортного средства, сложно адаптироваться к взрослой жизни. И всё же главным сюрпризом стала игра Пьера Ришара, специально под которого постановщик расширил и углубил роль дедушки Жака, принципиально оставшегося дома, когда близкие отправились к неблагодарному отпрыску. Поначалу его гэги кажутся грубоватыми, но легендарный комик быстро доходит до нужной кондиции, и действие даже завершается феерическим выступлением на импровизированной сцене престарелого главы фамилии с проникновенной песней – признанием в любви супруге. А под занавес, пока идут финальные титры, неутомимый Пьер радует ещё одной уморительной репризой (с высыпавшимся на голову сахаром). Вот уж воистину – не стареют душой ветераны.
Задержавшись по окончании премьерного показа фильма в Москве, чтобы ответить на вопросы зрителей и журналистов, месье Бун с удовольствием поведал о том, что служило источником вдохновения, как проходили съёмки и т.д. Режиссёр особо подчеркнул, что многое в сюжете носит автобиографический характер. Слова подтвердили догадку, что Валентину привиты черты постановщика, а пожилой, но по-прежнему бодрой и неунывающей Сюзанне – черты мадам Даниэле Дюкатель, которая, оказывается, тоже не церемонилась с избранницами своего ребёнка. От семьи – и вправду не убежишь, сколько ни внушай себе, что давно повзрослел и не нуждаешься в опеке. Скажем торжественнее. Состоялось возвращение блудного сына – пусть это и стало следствием кратковременного помрачения рассудка и частичной утраты памяти. Зато благодаря не слишком приятному стечению обстоятельств тот может быть абсолютно уверен в чувствах благоверной Констанс, отнюдь не поддержавшей корыстные устремления собственного отца.
__________
1 – Получив в 2008-м году доходов на общую сумму €26 млн., он завоевал титул самого высокооплачиваемого актёра в истории Европы.
На некоторых ресурсах в Интернете всё-таки успела мелькнуть информация о том, что новая полнометражная постановка Дани Буна является продолжением его самого громкого достижения, известного в России под ехидным названием «Бобро поржаловать» /2008/. А ведь режиссёр-кинодраматург и – в первую очередь – знаменитый (1) артист сразу, как только приступил к съёмкам, предупреждал, что речь о сиквеле не идёт; вот и Кад Мерад ограничился появлением в кратком эпизоде, причём в качестве себя, неповторимого Када Мерада. Не исключено даже, что именно близость фабулы тематике той феноменально популярной лирической комедии не позволила реализовать проект раньше, притом что первая версия сценария была написана ещё в 2011-м. Но что поделаешь, если кинематографист не представляет творчества да и, пожалуй, бытования в целом без своей малой родины, над которой можно потешаться от души (точнее, беззлобно подтрунивать), но воспоминания о которой по-прежнему служат неиссякаемым источником вдохновения. К счастью, пристрастия художника неизменно находят горячий отклик у широкой публики – и картина «От семьи не убежишь» легко собрала во Франции аудиторию свыше 5,5 млн. человек, уступая в национальном кинопрокате (на текущий момент, задолго до окончания сезона) лишь другому юмористическому кинопроизведению, третьей части «100 миллионов евро» /2011/ Оливье Бару. Проблем с окупаемостью солидного (€27,8 млн.) производственного бюджета возникнуть, думается, не должно. Конечно, при дублировании ленты на другие языки, включая русский, чрезвычайно сложно (увы, практически невозможно) передать специфику многих шуток, построенных на своеобразии пикардского диалекта, распространённого в Нор – Па-де-Кале, а в других регионах страны слывущего жутко провинциальным. Особенно над «забавным» произношением и лексиконом склонны глумиться парижане, с заносчивостью столичных жителей считающие говор безнадёжно деревенским. Как-никак отождествлять манеру изъясняться обитателей севера страны с молодёжным жаргоном – большое упрощение, хотя по сюжету Валентин, оклемавшись после приключившегося на проезжей части несчастного случая (зятя нечаянно сбил тесть), действительно ощущает себя подростком. Считает, что ему семнадцать лет, что по-прежнему живёт в доме родителей и что попал в аварию, катаясь на мопеде без шлема. И Констанс Брандт, дражайшей половине именитого дизайнера мебели, приходится не только заново учить мужа нормам поведения и правилам общения, принятым в приличном обществе, но и… постигать дворовый сленг. А как ещё прикажете наладить контакт?! Бун вновь не упускает шанса язвительно пройтись по нравам соотечественников, на сей раз – сосредоточившись на представителях экономической и политической элиты и просто на состоятельных людях. Они, как обычно, бездумно поддаются веяниям моды, немилосердно переплачивая за красивые, но непрактичные предметы интерьера и… получая серьёзные проблемы со здоровьем. Мало того, папа Констанс (Франсуа Берлеан, как всегда, очень точен), малодушно пытающийся скрыть вину за дорожно-транспортное происшествие, вдобавок – решает от греха подальше перевести бизнес на себя и дочь. И тем не менее сатирический аспект не является превалирующим. Авторы сосредотачиваются на отношениях родственников, от которых Валентин из меркантильных (карьерных) соображений поспешил откреститься – и которые сваливаются как снег на голову прямо в разгар персональной выставки. Он готов провалиться со стыда сквозь землю, но… братец, намеревающийся попросить в долг крупную сумму денег, прибегает к хитрой уловке – нагло врёт о том, что мама-юбилярша якобы неизлечимо больна. Ничего святого! Дани с партнёрами (и партнёршами) по съёмочной площадке обыгрывают ситуацию с выдумкой и задором, стараясь по максимуму извлечь комический эффект. Выясняется, в частности, что начинающий художник, прежде чем укатил учиться и работать в Париж, крутил роман с будущей невесткой, что провоцирует жгучую ревность у мадам Брандт. Да и вообще мужчине с сознанием тинэйджера, заливающегося горючими слезами из-за утраты… любимого двухколёсного транспортного средства, сложно адаптироваться к взрослой жизни. И всё же главным сюрпризом стала игра Пьера Ришара, специально под которого постановщик расширил и углубил роль дедушки Жака, принципиально оставшегося дома, когда близкие отправились к неблагодарному отпрыску. Поначалу его гэги кажутся грубоватыми, но легендарный комик быстро доходит до нужной кондиции, и действие даже завершается феерическим выступлением на импровизированной сцене престарелого главы фамилии с проникновенной песней – признанием в любви супруге. А под занавес, пока идут финальные титры, неутомимый Пьер радует ещё одной уморительной репризой (с высыпавшимся на голову сахаром). Вот уж воистину – не стареют душой ветераны. Задержавшись по окончании премьерного показа фильма в Москве, чтобы ответить на вопросы зрителей и журналистов, месье Бун с удовольствием поведал о том, что служило источником вдохновения, как проходили съёмки и т.д. Режиссёр особо подчеркнул, что многое в сюжете носит автобиографический характер. Слова подтвердили догадку, что Валентину привиты черты постановщика, а пожилой, но по-прежнему бодрой и неунывающей Сюзанне – черты мадам Даниэле Дюкатель, которая, оказывается, тоже не церемонилась с избранницами своего ребёнка. От семьи – и вправду не убежишь, сколько ни внушай себе, что давно повзрослел и не нуждаешься в опеке. Скажем торжественнее. Состоялось возвращение блудного сына – пусть это и стало следствием кратковременного помрачения рассудка и частичной утраты памяти. Зато благодаря не слишком приятному стечению обстоятельств тот может быть абсолютно уверен в чувствах благоверной Констанс, отнюдь не поддержавшей корыстные устремления собственного отца. __________ 1 – Получив в 2008-м году доходов на общую сумму €26 млн., он завоевал титул самого высокооплачиваемого актёра в истории Европы.