Мрачный комедийный триллер 2019 года «Иди к папочке» режиссера и сценариста Анта Тимпсона («Фантастическое путешествие», «Азбука смерти») онлайн смотрит на приключения эксцентричного мужчины средних лет, который решил встретиться спустя три десятка лет с бросившим его в детстве отцом, и по-хорошему старается удивить жутким зрелищем, зловещими сюрпризами и здоровой щепоткой странности. Продюсерский опыт позволяет постановщику создать в дебютном режиссерском проекте нарратив, где странный житель с лос-анджелесских холмов Норвал Гринвуд (Элайджа Вуд, «Охотник за разумом. Схватка», «Доверие»), получив неожиданное письмо от жаждущего встречи папаши, отправляется к отдаленному дому, напоминающему летающую тарелку, чтобы получить ответы на интересующие его вопросы и наконец-то закрыть гештальт относительно родителя. Черный юмор и ирония Тимпсона не только демонстрируют как нужно быть острожным со своими желаниями, но и после странствий сквозь леса и грунтовые тропы встречать в жилище у моря того, кто далек от юношеских идеалов инфантильного героя Вуда, перманентно пьян и откровенно враждебен по отношению к 35-летнему ребенку. Гордон (Стивен Макхэтти, сериалы «Помешательство» и «Обвиняемые») говорит с сыночком рычащим голосом, пьет пиво от заката и до рассвета и очень любит разделывать мясо, что создает явный диссонанс с Норвалом-хипстером и не добавляет восторгов папаше.
В режиссерской интерпретации концепт о встрече сына и отца, когда все пошло не так, как ожидалось. Свидание длиною в целый фильм становится для главного героя настолько жестким выходом из зоны комфорта и полной растерянности при появлении настоящего отца Брайана (Мартин Донован, «Ученик. Восхождение Трампа», «Список перемен»), что остается только удивляться либо откровениям от местного коронера Глэдис (Мадлен Сами, сериал «Дэдлок», «Залёт»), либо пытаться мужчину из детских воспоминаний. Работа Тимпсона с отличным актерским составом, который с явным удовольствием развлекается в этой кровавой, полной жестокостей и насмешек над жанровыми клише песочнице, выходит намного дальше, чем бросок в очевидный хипстерский огород, где сама фактура Элайджи Вуда с широко раскрытыми глазами и мягким голосом уже качает саспенс и ужас с каждым новым сюжетным поворотом в трансляции образа современного социального клоуна, так долго верившего в собственную придуманную чушь, что стал глухим к чужой.
Режиссер всякий раз издевается над Норвалом, желающим произвести впечатление, и вызывает неловкое удовольствие пополам со злорадством, когда этот до неприличия привилегированный болван сталкивается с ужасными истинами и реальными угрозами, отпуская проект в навигацию от ироничного юмора к мрачному напряжению и принося нечто действительно новое в крайне дисфункциональном взгляде на семейное воссоединение. Сценарий Тоби Харварда («Сальный душитель») настроен на сложность и провокационность одновременно, когда заносит персонажа Вуда во множество неожиданных мест и активно ссылается на эксплуатационные фильмы 1970-х, когда тревожный триллер временами становится по-настоящему жестоким, притягивая и отталкивая зрителей как мрачным юмором, так и элементами грязного хоррора, когда насилие в кадре становится креативным. Поэтому «Иди к папочке» не только заставляет ахнуть несколько раз при просмотре, но и затрагивает гораздо более серьезные темы по сравнению с обычным развлекательным кино, когда демонстрирует как отчужденные сын и отец справляются с горем и рассматривает их встречу через призму горечи, вины и обиды, разделяя искаженное до предела восприятие токсичного мира вокруг.
Уже начиная с эпиграфов от Шекспира и Бейонсе, «Иди к папочке» Тимпсона все больше погружается в амбивалентность семейной драмы в противоречивых и тревожных тонах, в которой сыну предстоит узнать насколько далеко закатилось яблочко от дерева для сына из привилегированной семьи, промышляющего ди-джейством и сомнительными околомузыкальными занятиями. Работая с Вудом, постановщик погружается в жанровые эксперименты с плохо скрываемой страстью и представляет мрачные события максимально живыми как с точки зрения раскрытия карт реальному отцу, так и с точки зрения самой динамики проекта, которая все больше напоминает снежный ком, катящийся с горы. Причем крайности визита Норвала попадают в целый водоворот далеких от дружелюбности событий, а не очень-то приятное прошлое героя Макхэтти заставляет сына переосмыслить всю ситуацию. Внешне нелогичный нарратив Тимпсона, тем не менее, преследует прямолинейную эффективность в изображении драк, где рулоны с пищевой пленкой оказываются удивительно прочными и убойными для головореза Дэнди (Саймон Чин, «Форсаж. Полный вперёд!») и саспенс извлекается даже из самых абсурдных ситуаций в мотеле по соседству, где решил расслабиться пышущий местью карикатурный громила Джетро (Майкл Смайли, сериал «Чужой: Земля», «Иви»).
Режиссер соединяет черный юмор с острыми ощущениями и откровенно глумится над главным героем, который буквально до финальной сцены не может понять, почему Вселенная смеется над ним и делает очень сложные для Норвала семейные связи такими опасными и в то же самое время такими простыми, заставляя его спрятать подальше весь голливудский пафос и целиком сосредоточиться на устранении подельников папаши. Характер Вуда в первом акте в клубной одежде, с татуировками в виде иероглифов и фальшивыми историями о себе и знаменитостях одновременно отвратителен и жалок, благодаря этому он терпит своеобразное наказание, когда сталкивается с бандитами и с большой долей гротеска оказывается один на пути к достижению изощренной цели, намеренно подрывая сюжет с каждым движением вперед. В проекте легко считывается влияние на режиссерский дебют Тимпсона его продюсерских работ с непристойным юмором, кровавой эстетики, любви к неоновым огням и запоминающимся прическам персонажей, что ставит его в один ряд с вышедшими в примерно в то же время «Цветом из иных миров» Ричарда Стэнли и «Мэнди» Паноса Косматоса по степени странности. Поэтому «Иди к папочке» оказывается в итоге проектом, где семейная драма разыгрывается со слишком отталкивающими для эмоционального контакта персонажами и абсурдом комедии, где в итоге воссоединение оказывается никому не нужной неизбежностью ради выживания.
Мрачный комедийный триллер 2019 года «Иди к папочке» режиссера и сценариста Анта Тимпсона («Фантастическое путешествие», «Азбука смерти») онлайн смотрит на приключения эксцентричного мужчины средних лет, который решил встретиться спустя три десятка лет с бросившим его в детстве отцом, и по-хорошему старается удивить жутким зрелищем, зловещими сюрпризами и здоровой щепоткой странности. Продюсерский опыт позволяет постановщику создать в дебютном режиссерском проекте нарратив, где странный житель с лос-анджелесских холмов Норвал Гринвуд (Элайджа Вуд, «Охотник за разумом. Схватка», «Доверие»), получив неожиданное письмо от жаждущего встречи папаши, отправляется к отдаленному дому, напоминающему летающую тарелку, чтобы получить ответы на интересующие его вопросы и наконец-то закрыть гештальт относительно родителя. Черный юмор и ирония Тимпсона не только демонстрируют как нужно быть острожным со своими желаниями, но и после странствий сквозь леса и грунтовые тропы встречать в жилище у моря того, кто далек от юношеских идеалов инфантильного героя Вуда, перманентно пьян и откровенно враждебен по отношению к 35-летнему ребенку. Гордон (Стивен Макхэтти, сериалы «Помешательство» и «Обвиняемые») говорит с сыночком рычащим голосом, пьет пиво от заката и до рассвета и очень любит разделывать мясо, что создает явный диссонанс с Норвалом-хипстером и не добавляет восторгов папаше. В режиссерской интерпретации концепт о встрече сына и отца, когда все пошло не так, как ожидалось. Свидание длиною в целый фильм становится для главного героя настолько жестким выходом из зоны комфорта и полной растерянности при появлении настоящего отца Брайана (Мартин Донован, «Ученик. Восхождение Трампа», «Список перемен»), что остается только удивляться либо откровениям от местного коронера Глэдис (Мадлен Сами, сериал «Дэдлок», «Залёт»), либо пытаться мужчину из детских воспоминаний. Работа Тимпсона с отличным актерским составом, который с явным удовольствием развлекается в этой кровавой, полной жестокостей и насмешек над жанровыми клише песочнице, выходит намного дальше, чем бросок в очевидный хипстерский огород, где сама фактура Элайджи Вуда с широко раскрытыми глазами и мягким голосом уже качает саспенс и ужас с каждым новым сюжетным поворотом в трансляции образа современного социального клоуна, так долго верившего в собственную придуманную чушь, что стал глухим к чужой. Режиссер всякий раз издевается над Норвалом, желающим произвести впечатление, и вызывает неловкое удовольствие пополам со злорадством, когда этот до неприличия привилегированный болван сталкивается с ужасными истинами и реальными угрозами, отпуская проект в навигацию от ироничного юмора к мрачному напряжению и принося нечто действительно новое в крайне дисфункциональном взгляде на семейное воссоединение. Сценарий Тоби Харварда («Сальный душитель») настроен на сложность и провокационность одновременно, когда заносит персонажа Вуда во множество неожиданных мест и активно ссылается на эксплуатационные фильмы 1970-х, когда тревожный триллер временами становится по-настоящему жестоким, притягивая и отталкивая зрителей как мрачным юмором, так и элементами грязного хоррора, когда насилие в кадре становится креативным. Поэтому «Иди к папочке» не только заставляет ахнуть несколько раз при просмотре, но и затрагивает гораздо более серьезные темы по сравнению с обычным развлекательным кино, когда демонстрирует как отчужденные сын и отец справляются с горем и рассматривает их встречу через призму горечи, вины и обиды, разделяя искаженное до предела восприятие токсичного мира вокруг. Уже начиная с эпиграфов от Шекспира и Бейонсе, «Иди к папочке» Тимпсона все больше погружается в амбивалентность семейной драмы в противоречивых и тревожных тонах, в которой сыну предстоит узнать насколько далеко закатилось яблочко от дерева для сына из привилегированной семьи, промышляющего ди-джейством и сомнительными околомузыкальными занятиями. Работая с Вудом, постановщик погружается в жанровые эксперименты с плохо скрываемой страстью и представляет мрачные события максимально живыми как с точки зрения раскрытия карт реальному отцу, так и с точки зрения самой динамики проекта, которая все больше напоминает снежный ком, катящийся с горы. Причем крайности визита Норвала попадают в целый водоворот далеких от дружелюбности событий, а не очень-то приятное прошлое героя Макхэтти заставляет сына переосмыслить всю ситуацию. Внешне нелогичный нарратив Тимпсона, тем не менее, преследует прямолинейную эффективность в изображении драк, где рулоны с пищевой пленкой оказываются удивительно прочными и убойными для головореза Дэнди (Саймон Чин, «Форсаж. Полный вперёд!») и саспенс извлекается даже из самых абсурдных ситуаций в мотеле по соседству, где решил расслабиться пышущий местью карикатурный громила Джетро (Майкл Смайли, сериал «Чужой: Земля», «Иви»). Режиссер соединяет черный юмор с острыми ощущениями и откровенно глумится над главным героем, который буквально до финальной сцены не может понять, почему Вселенная смеется над ним и делает очень сложные для Норвала семейные связи такими опасными и в то же самое время такими простыми, заставляя его спрятать подальше весь голливудский пафос и целиком сосредоточиться на устранении подельников папаши. Характер Вуда в первом акте в клубной одежде, с татуировками в виде иероглифов и фальшивыми историями о себе и знаменитостях одновременно отвратителен и жалок, благодаря этому он терпит своеобразное наказание, когда сталкивается с бандитами и с большой долей гротеска оказывается один на пути к достижению изощренной цели, намеренно подрывая сюжет с каждым движением вперед. В проекте легко считывается влияние на режиссерский дебют Тимпсона его продюсерских работ с непристойным юмором, кровавой эстетики, любви к неоновым огням и запоминающимся прическам персонажей, что ставит его в один ряд с вышедшими в примерно в то же время «Цветом из иных миров» Ричарда Стэнли и «Мэнди» Паноса Косматоса по степени странности. Поэтому «Иди к папочке» оказывается в итоге проектом, где семейная драма разыгрывается со слишком отталкивающими для эмоционального контакта персонажами и абсурдом комедии, где в итоге воссоединение оказывается никому не нужной неизбежностью ради выживания.