Фильм Мама, я дома

Северный Кавказ. Здание заброшенного с советских времен санатория в предгорьях. Группа рабочих готовится к подрыву строения, закладывает в здание взрывчатку. Бригадиру дает указание помощник главы местной администрации (Назаров). Он требует, чтобы рабочие поторапливались. Бригадир сообщает Назарову, что все готово к подрыву. Они выходят из здания. К санаторию, громко сигналя, подъезжает внедорожник. Назаров подходит к машине, за рулем которой сидит глава администрации (Руслан Борисович). Он говорит Назарову, что взрывные работы отменяются. Дело в том, что принято решение о реставрации санатория и превращении его в современную загородную резиденцию. Назаров: кто это сказал? Руслан Борисович: на самом верху решили. Им сероводородные источники нужны.

Руслан Борисович в сопровождении Назарова и бригадира входит в здание. Он осматривает обветшалые интерьеры. А ведь это все наша история! Тут Хрущев останавливался, Брежнев. Даже Сталин… Может быть. Все надо восстанавливать. Руслан Борисович подходит к стене, дергает за торчащий оттуда шнур электропроводки и обрушивает часть штукатурки со стены. После того, как осаживается пыль, присутствующие обнаруживают под слоем обвалившейся штукатурки фреску с изображением Сталина. Назаров: здесь ведь жилое помещение будет. Мне как-то нехорошо становится от того, что тут Сталин. Руслан Борисович: так это даже хорошо, что тебе нехорошо становится. Ты знаешь, какой сейчас политический курс?

По городу едет автобус, которым управляет Тоня Копылова. Она делает остановку. Из автобуса выходит молодая женщина (дочь Тони, Ксения). Она направляется на работу в здание городской администрации, где работает секретарем у Руслана Борисовича.

В кабинет Руслана Борисовича входит Назаров. Он приносит большой букет белых роз. Руслан Борисович: это что за веник? Назаров: для гостей из Москвы. Ты что, жену свою встречать собрался? А кто вручать будет? Назаров: а вот хотя бы мать Ксении. Она хороший работник, недавно оказала помощь пострадавшим в ДТП. К тому же – русская. Руслан Борисович обращается к Ксении: твоя мать согласится цветы вручить? Ксения: не знаю, может быть.

Внук Тони (Егорка, мальчик, страдающий аутизмом) подходит к своему дому. У подъезда двое мальчишек, переговариваясь попеременно на русском и местном языках, играют в войну. Один из противников «подстрелен». Его партнер говорит, что доставит раненного в госпиталь. Он поднимает приятеля с земли и пытается пристроить в привезенную тачку. Ты такой тяжелый! После смерти ведь тело тяжелей становится. Егорка пробегает мимо мальчишек в подъезд. Те «стреляют» ему в спину.

Егорка заходит в квартиру. Звонит телефон. На кухне Ксения и Тоня. Ксения только что разобрала мясорубку после помола мяса. Мальчик хватает мелкую деталь мясорубки, засовывает ее в нос и прячется под столом. Ксения приходит в ужас. Он же задохнется! Не суй туда палец, только глубже затолкаешь! Мама, звони в скорую. Ксения лезет под стол, пытается вытащить мальчика. Тоня: не ори. Телефон лучше возьми. Он не задохнется, вторая ноздря имеется. Она хватает внука за ногу и выволакивает из-под стола, берет на руки, направляется к аптечке.

Ксения рыдает: и за что мне это! Одной воспитывать больного ребенка! И я же во всем виновата, а мне еще работать приходится. Тоня: он не больной, он просто тупой. Весь в мамочку. Ксения: да, конечно, я же не твой любимчик Женечка, сыночек. Вот он уж такой умный, ни гроша семье, только деньги тянет. Тоня: мужчине состояться сложнее. Вот ты – залетела и уже состоялась. И он полку в ванной повесил. Ксения: снова ты про эту полку! Тоня: да возьми ты уже телефон! Ксения берет трубку. Это тебя. Она передает трубку матери. Да, Антонина Копылова. Кто? Мать ему. Да, он обещал летом вернуться.

Тоня разговаривает с представителем частной военной компании (у него правая рука на перевязи). Он сообщает Тоне, что ее сын Евгений Копылов погиб в Сирийской Арабской Республике, защищая интересы своей страны в составе частной военной компании. Женя и несколько его товарищей оказались отрезанными от своих. Ночью они попали под минометный обстрел. Это произошло 7 марта неподалеку от Евфрата. От тел наших бойцов практически ничего не осталось. Мужчина кладет перед Тоней фотографию: его могила – вот эта, справа. Вы должны гордиться своим сыном. Мужчина вручает Тоне коробочку, в которой находится несколько медалей экзотического вида. Потом он протягивает ей лист бумаги: подпишите, это расписка о неразглашении военной тайны. Тоня подписывает бумагу. А вот это вам компенсация. Здесь пять миллионов рублей. Тоня получает увесистый пакет с пачками купюр. Есть куда положить? Тоня смотрит на руку мужчины: а вы там были? Никак нет. Это я на лыжах катался, упал.

В квартире Тони и Ксении сидят родственники и соседи. Одна из родственниц начинает причитать по Жене. Тоня приказывает ей заткнуться и прогоняет всех из квартиры.

Ксения говорит матери, что на полученную компенсацию они могут купить дом. Тогда мы с Егоркой от тебя съедем. Или ремонт здесь можно сделать. Мы с сыном тогда разместимся в комнате Жени. И врачу нормальному Егорку покажем. Тоня: ты говорила, что он тебе писал? Да. Покажи. Тоня берет мобильник дочери и читает СМС-сообщение от Жени. Тут дата – 9 марта. А они сказали, что он погиб 7 марта.

Тоня подходит к домашнему телефону и пытается дозвониться до своего бывшего мужа Валеры (отца Жени и Ксении). Тот не берет трубку.

Тоня выходит на улицу, подходит к дому Валеры, стучит в ограду. Она сообщает Валере, что их сын пропал в Сирии. Ты должен помочь, у тебя же есть связи, ты среди них свой. Валера: вообще-то ГИБДД и ЧВК – разные ведомства. И я уже на пенсии. Тоня: и что, связи-то остались. Ты должен нам помочь. Ведь как ушел от меня к своей шалаве – носу не показывал. Так ты ведь сама сказал, что сожжешь меня, если я к детям подойду. А ты мог бы прийти проверить. Или побоялся? Совсем мужиков не осталось. Валера: так он ведь сам на эту войну поперся, чтобы только подальше от тебя оказаться. На крыльцо выходит жена Валеры и зовет его домой.

Тоня и Валера в кабинете представителя ЧВК. Он говорит, что на поиски Жени никто не отправится. Он погиб. Валера: я же говорил, что это безнадежно. А что касается СМС-ки, так тебе же сказали, что там связь плохая, сообщения идут с задержками. Тоня: я этого так не оставлю. Я всем об этом расскажу. Вы мне угрожаете? Вы ведь бумагу подписали, компенсацию получили. Тоня кладет полученные за Женю деньги на стол. Не нужны мне ваши деньги. Валера пытается схватить деньги, но его останавливает представитель ЧВК. Женя указал вас – так что эти деньги принадлежат только вам. Конечно, вы их можете выбросить. У вас ведь никого нет, ни дочери, ни больного внука. Тоня забирает деньги. А бумагу вашу я порву. Тоня: вы мне все равно рот не заткнете.

На улице Валера догоняет Тоню. Ты почему мне ничего про компенсацию не сказала? Я ведь как отец те же наследственные права имею, что и ты. А у меня на руках мать, жена и дети. Тоня: иди в суд. Валера: я до 12 лет его полностью содержал, ни в чем не отказывал. Тоня смотрит в лицо бывшему мужу: отстань, а то убью!

Тоня приходит домой и прячет деньги в тайник в ванной комнате.

Возле здания санатория готовится встреча высоких гостей. Назаров расставляет привезенных на автобусе представителей общественности вдоль выложенной досками дорожки, приказывает духовому оркестру играть марш. Он вручает Тоне цветы, подводит его к Руслану Борисовичу, который изображает высокого гостя. Тоня молча отдает ему букет. Назаров: а теперь говори. Ты речь приготовила? Тоня: помогите мне сына найти. Он пропал на войне в Сирии. Руслан Борисович: конечно, поможем. Назаров: мы сделаем все, что сможем. А вам лучше домой сейчас отправиться, прилечь, отдохнуть. Он уводит Тоню в сторону, потом возвращается к Руслану Борисовичу. Тот спрашивает: какая война? Назаров: да кто его знает, сейчас где только не воюют. Нам надо девочку подыскать, чтобы цветы вручила.

Тоня приходит в военкомат. С ней разговаривает военком. Он спрашивает анкетные данные Жени. Так, Копылов Евгений, 18 лет. Признан медкомиссией негодным к службе. Такого в рядах вооруженных сил не числится. Вы как от армии откосили? Тоня: астма. Военком: так он у вас, совсем инвалид, выходит. Тоня говорит, что Женя поехал в Сирию в составе ЧВК. Военком говорит, что армия к ЧВК никакого отношения не имеет. Тоня демонстрирует коробочку с наградами Жени. Военком их рассматривает: это не государственные награды, а частные. Мы с вами тоже такие же сделать можем и награждать ими друг друга. А частные военные компании у нас запрещены по закону.

Тоня приходит в отделение полиции и пишет заявление с требованием начать розыски Жени в Сирии. Начальник отделения читает заявление, откладывает его в сторону. Хорошо. Прямо завтра все наше отделение, все восемь сотрудников, отправятся в Сирию на поиски твоего сына. Издеваешься? Тоня хватает лежащие рядом с полицейским на столе наручники и приковывает себя к ножке стола. Звони в Следственный комитет, пусть начинают поиски моего сына. Начальник отделения: я вам, конечно, сочувствую. Но вы ведь вынуждаете меня в дурку позвонить. Вашему сыну от этого легче станет? Полицейский кладет перед Тоней лист бумаги. Напиши заявление в прокуратуру. Я завтра передам. Он отпирает наручники, Тоня пишет заявление.

Тоня приезжает домой. Она зовет Ксению, обходит квартиру и обнаруживает, что дочери дома нет. Она выходит на лестничную площадку и стучит в двери соседской квартиры, спрашивает соседку, не у нее ли Ксения. По лестнице поднимается Назаров. Пойдемте со мной. Куда? Я же обещал, что мы вам поможем. Переодеваться будете? Нет, я так. Тоня идет вслед за Назаровым.

Тоню привозят на кладбище. Там идут похороны. Тоня требует открыть гроб. Там только куртка, которую предоставила Ксения. У могилы выстроен почетный караул. Тоня забирает куртку сына и покидает кладбище. Священник отказывается хоронить пустой гроб.

Тоня проводит одиночный пикет у здания администрации. Ее снимают тележурналисты.

Тоню на улице избивают нанятые Назаровым по указанию Руслана Борисовича бандиты.

Тоня приходит домой и обнаруживает там незнакомого мужчину, который заявляет, что он – Женя. У него настоящий паспорт на имя Евгения Копылова. Незнакомец говорит, что будет жить в квартире Тони.

Ксения и Валера подтверждают, что пришелец – настоящий Женя, а Тоня страдает психическим расстройством.

Тоня вынуждена смириться с пребыванием в ее доме Жени. Тот постепенно проникается сочувствием к женщине. Женя рассказывает Тоне, что тоже воевал в Сирии. Он помогает вернуть денежную компенсацию, похищенную из квартиры Тони Валерой.

Женя ночью проникает в здание санатория, исписывает при помощи аэрозоли его стены призывами заняться поисками сына Тони.

На следующий день прилетают высокопоставленные гости из Центра. Они обнаруживают надписи на стенах и сообщают Руслану Борисовичу о том, что здание реставрации не подлежит.

Женя говорит Тоне, что теперь его попытаются арестовать. Он собирается укрыться на полгода в ЧВК.

На следующее утро в квартиру Тони врываются полицейские. Они сообщают хозяйке, что ее сын обвиняется в нескольких уголовных преступлениях. Тоня: это вы про моего покойного сына? У меня куча бумажек из прокуратуры, в которых говорится, что он мертв.

Полицейские, не обнаружив Жени, уходят ни с чем.