Грустная история современного мира, который не хочется верить
Так не может быть в наше время. Эта мысль преследует на протяжении всего фильма.
Ребята настолько хорошие и светлые, что хочется и веришь, что они победят эту беспросветную муть и докажут, что все может быть хорошо и у беженцев из центральной Африке в такой крайне развитой стране, как Бельгия. Веришь в это даже тогда, когда Локиту регулярно и бессовестно насилует повар ресторана, в котором она подрабатывает курьером, который по совместительству подрабатывает диллером и заодно производителем наркоты (у него своя ферма), напомним все это происходит в прекрасной западноевропейской стране. Надеешься на лучше, даже когда душные административные работники не дают Локите документы на спасение, хотя совершенно очевидно, что она является жертвой и бежит от режима.
Поэтому, когда ее, наконец, бездушно, как собаку, стреляют в спину и оставляют лежать в зарослях репейника, наполняешься глухим темным ощущением безнадеги. Когда же что-то будет хорошо? Да, никогда, отвечаешь, себе – Н И К О Г Д А.
Единственным светлым моментом, вопреки грустной картинке, проглядывает кадр похорон Локиты, когда Тори рассказывает в двух словах короткую и печальную попытку их совместного спасения, которую заканчивает словами «...и теперь я совсем один».
Тем не менее, то ли под влиянием, утреннего света в окна церкви, то ли от понимания, что он стоит здесь и рассказывает эту историю, как она случилась, а это значит, что он жив и может говорить правду. А, значит, все мучители в тюрьме, а он маленький и сильный, и сможет пережить и стать взрослым. А что еще нужно.
Так не может быть в наше время. Эта мысль преследует на протяжении всего фильма. Ребята настолько хорошие и светлые, что хочется и веришь, что они победят эту беспросветную муть и докажут, что все может быть хорошо и у беженцев из центральной Африке в такой крайне развитой стране, как Бельгия. Веришь в это даже тогда, когда Локиту регулярно и бессовестно насилует повар ресторана, в котором она подрабатывает курьером, который по совместительству подрабатывает диллером и заодно производителем наркоты (у него своя ферма), напомним все это происходит в прекрасной западноевропейской стране. Надеешься на лучше, даже когда душные административные работники не дают Локите документы на спасение, хотя совершенно очевидно, что она является жертвой и бежит от режима. Поэтому, когда ее, наконец, бездушно, как собаку, стреляют в спину и оставляют лежать в зарослях репейника, наполняешься глухим темным ощущением безнадеги. Когда же что-то будет хорошо? Да, никогда, отвечаешь, себе – Н И К О Г Д А. Единственным светлым моментом, вопреки грустной картинке, проглядывает кадр похорон Локиты, когда Тори рассказывает в двух словах короткую и печальную попытку их совместного спасения, которую заканчивает словами «...и теперь я совсем один». Тем не менее, то ли под влиянием, утреннего света в окна церкви, то ли от понимания, что он стоит здесь и рассказывает эту историю, как она случилась, а это значит, что он жив и может говорить правду. А, значит, все мучители в тюрьме, а он маленький и сильный, и сможет пережить и стать взрослым. А что еще нужно.