Фильм оставляет очень неоднозначное впечатление. Героиня пресыщена тем, что называется благополучием. Ей необходимы какие-то дополнительные «вспышки», чтобы почувствовать себя живой. Есть такой западный фильм – «В моей коже». Там героиня сама себя ела (в прямом смысле). Здесь – это образно. Проблема в том, что все выглядит уж очень не естественно. Либо актриса не дотянула, либо режиссер. В фильме нет «двойного дна», что режиссер пытался показать. В «Елене» более тонко и сложнее отражены взаимоотношения богатых и бедных. В «Портрете в сумерках» это слишком прямолинейно. Для чего такое преувеличенное изобилие тошнотворного? Видимо, чтобы произвести впечатление? Совершенно непонятно резкое переключение героини от желания убить до удовлетворить. Образ уж слишком пресный. Проще говоря, никакой. Даже фраза: Я люблю тебя! звучит без эмоций. Героиня как жила в привычном ритме без эмоций, так и в новом безумстве она никак не проявляется. И что ж за желание у российского арт-хауса показать всю омерзительную действительность? Для того, чтобы на каком-то фестивале разряженная публика подглядела в замочную скважину и ахнула от того количества дерьма, в котором большинство живет? Нет у режиссера тонкости, чтобы это выглядело более достойно. Хотя ради справедливости стоит заметить, что идея не обычна, нельзя сразу понять, чем закончится фильм, а это все же держит в напряжении.
Фильм оставляет очень неоднозначное впечатление. Героиня пресыщена тем, что называется благополучием. Ей необходимы какие-то дополнительные «вспышки», чтобы почувствовать себя живой. Есть такой западный фильм – «В моей коже». Там героиня сама себя ела (в прямом смысле). Здесь – это образно. Проблема в том, что все выглядит уж очень не естественно. Либо актриса не дотянула, либо режиссер. В фильме нет «двойного дна», что режиссер пытался показать. В «Елене» более тонко и сложнее отражены взаимоотношения богатых и бедных. В «Портрете в сумерках» это слишком прямолинейно. Для чего такое преувеличенное изобилие тошнотворного? Видимо, чтобы произвести впечатление? Совершенно непонятно резкое переключение героини от желания убить до удовлетворить. Образ уж слишком пресный. Проще говоря, никакой. Даже фраза: Я люблю тебя! звучит без эмоций. Героиня как жила в привычном ритме без эмоций, так и в новом безумстве она никак не проявляется. И что ж за желание у российского арт-хауса показать всю омерзительную действительность? Для того, чтобы на каком-то фестивале разряженная публика подглядела в замочную скважину и ахнула от того количества дерьма, в котором большинство живет? Нет у режиссера тонкости, чтобы это выглядело более достойно. Хотя ради справедливости стоит заметить, что идея не обычна, нельзя сразу понять, чем закончится фильм, а это все же держит в напряжении.