Двое ветеранов Первой мировой попадают в ужасную историю. Их обвиняют в убийстве, которого они не совершали. Друзья начинают собственное расследование и раскрывают заговор с целью свержения президента. Смотрите фильм «Амстердам».
Один отставной император как-то заметил, что великое от смешного отделяет всего один шаг. То же самое можно сказать и о таких настроениях, как забавное и ужасное. И здесь расстояние небольшое. Так считают и создатели современного американского блокбастера «Амстердам».
Два ветерана Первой мировой войны, друзья хирург Берт Берендсен (роль сыграл актер Кристиан Бэйл) и юрист Гарольд Вудмен (Джон Дэвид Вашингтон) обитают в Нью-Йорке, на дворе 1933 год, в Америке вовсю бушует Великая депрессия. Президент провозглашает программу «Новый курс», а за океаном фюрер готовится к установлению нового порядка.
Берт и Гарольд неожиданно влипают в криминальную историю: сначала кто-то отравляет их боевого командира генерала Микинса, а затем на их глазах убивают и его дочь Элизабет. Как водится, парней кто-то пытается подставить, они скрываются от ареста и начинают свое расследование. Оказывается, дело гораздо серьезней, чем могло показаться на первый взгляд. За кулисами событий стоят загадочные члены тайного сообщества. И они ни много, ни мало, замыслили государственный переворот с целью свержения демократически избранного президента и установления в стране фашистской диктатуры по примеру Германии.
Что интересно: в США в 1935 году вышел ныне основательно забытый роман Синклера Льюиса «У нас это невозможно». И как раз на ту же тему: попытка прихода к власти в стране поклонника фашистской идеологии. Книга была такая серьезная, что у читателя, не шибко погруженного в тогдашние американские реалии, аж скулы со скуки сводило. Может быть, по этой причине создатели «Амстердама» решили слегка подвинуть ужасные настроения и немного рассмешить публику. Поэтому их фильм сработан в жанре трагифарса, когда с экрана может хлестать кровища, а уже в следующем кадре персонажи отплясывают какую-нибудь разухабистую джигу.
К сожалению, грамотно сбалансировать два ключевых настроения у создателей картины не получилось. Актеры (благо, звездный кастинг позволяет) на очень приличном уровне отрабатывают комические сценки, но вот подтекст многих приколов обычному зрителю не понятен. Персонажи иногда выдают заумные фразы, пародийный характер которых становится ясен по интонации, но в каком месте тут надо смеяться/улыбаться, поймешь не сразу и не всегда. Зато работа оператора и его коллег по монтажному цеху заслуживает самых высоких оценок: камера вальсирует, порхает, пикирует в точно выверенном темпе, фильтр-сепия используется в полном соответствии с жанровыми канонами (первую половину прошлого века сейчас показывать иначе вообще не принято).
Слегка смазывает впечатление от просмотра работа авторов русского текста. Использование в одной фразе, которую произносит американский солдат, таких слов, как «штрафбат» и «джимкроуизм» – признак профнепригодности горе-толмачей. Поясню представителям ЕГЭ-поколения: штрафбат в армии США – такой же чудовищный русизм, как комбат в легионах Цезаря. А джимкроуизм – абсолютно чуждый русскому уху американизм, нуждающийся переводе. Подойдет такой хорошо знакомый термин, как «расизм».
И все-таки: у Синклера Льюиса на вынесенный в заголовок вопрос был дан четкий ответ. А вот у режиссера/сценариста «Амстердама» Дэвида О. Рассела не получилось. Так что шаг от скучного до невнятного оказался длиной почти в 90 лет.
Двое ветеранов Первой мировой попадают в ужасную историю. Их обвиняют в убийстве, которого они не совершали. Друзья начинают собственное расследование и раскрывают заговор с целью свержения президента. Смотрите фильм «Амстердам». Один отставной император как-то заметил, что великое от смешного отделяет всего один шаг. То же самое можно сказать и о таких настроениях, как забавное и ужасное. И здесь расстояние небольшое. Так считают и создатели современного американского блокбастера «Амстердам». Два ветерана Первой мировой войны, друзья хирург Берт Берендсен (роль сыграл актер Кристиан Бэйл) и юрист Гарольд Вудмен (Джон Дэвид Вашингтон) обитают в Нью-Йорке, на дворе 1933 год, в Америке вовсю бушует Великая депрессия. Президент провозглашает программу «Новый курс», а за океаном фюрер готовится к установлению нового порядка. Берт и Гарольд неожиданно влипают в криминальную историю: сначала кто-то отравляет их боевого командира генерала Микинса, а затем на их глазах убивают и его дочь Элизабет. Как водится, парней кто-то пытается подставить, они скрываются от ареста и начинают свое расследование. Оказывается, дело гораздо серьезней, чем могло показаться на первый взгляд. За кулисами событий стоят загадочные члены тайного сообщества. И они ни много, ни мало, замыслили государственный переворот с целью свержения демократически избранного президента и установления в стране фашистской диктатуры по примеру Германии. Что интересно: в США в 1935 году вышел ныне основательно забытый роман Синклера Льюиса «У нас это невозможно». И как раз на ту же тему: попытка прихода к власти в стране поклонника фашистской идеологии. Книга была такая серьезная, что у читателя, не шибко погруженного в тогдашние американские реалии, аж скулы со скуки сводило. Может быть, по этой причине создатели «Амстердама» решили слегка подвинуть ужасные настроения и немного рассмешить публику. Поэтому их фильм сработан в жанре трагифарса, когда с экрана может хлестать кровища, а уже в следующем кадре персонажи отплясывают какую-нибудь разухабистую джигу. К сожалению, грамотно сбалансировать два ключевых настроения у создателей картины не получилось. Актеры (благо, звездный кастинг позволяет) на очень приличном уровне отрабатывают комические сценки, но вот подтекст многих приколов обычному зрителю не понятен. Персонажи иногда выдают заумные фразы, пародийный характер которых становится ясен по интонации, но в каком месте тут надо смеяться/улыбаться, поймешь не сразу и не всегда. Зато работа оператора и его коллег по монтажному цеху заслуживает самых высоких оценок: камера вальсирует, порхает, пикирует в точно выверенном темпе, фильтр-сепия используется в полном соответствии с жанровыми канонами (первую половину прошлого века сейчас показывать иначе вообще не принято). Слегка смазывает впечатление от просмотра работа авторов русского текста. Использование в одной фразе, которую произносит американский солдат, таких слов, как «штрафбат» и «джимкроуизм» – признак профнепригодности горе-толмачей. Поясню представителям ЕГЭ-поколения: штрафбат в армии США – такой же чудовищный русизм, как комбат в легионах Цезаря. А джимкроуизм – абсолютно чуждый русскому уху американизм, нуждающийся переводе. Подойдет такой хорошо знакомый термин, как «расизм». И все-таки: у Синклера Льюиса на вынесенный в заголовок вопрос был дан четкий ответ. А вот у режиссера/сценариста «Амстердама» Дэвида О. Рассела не получилось. Так что шаг от скучного до невнятного оказался длиной почти в 90 лет.