Чужие секреты

Турция, трущобный район Стамбула. Телекорреспонденты берут интервью у местных жительниц, работающих горничными в богатых кварталах. На вопросы журналистов отвечают Сонгюль, Хайрие и Медине. Женщины рассказывают о том, что им приходится постоянно натирать полы: мы все время на четвереньках, согнувшись. У нас у всех грыжа на позвоночнике. А еще есть хозяева, которые относятся к горничным как к вещам. Мы с такими никогда работать не станем. Некоторые хозяйки требуют, чтобы мы убирали каждое помещение отдельной тряпкой. Чего только не придумают! Сонгюль тут же заявляет, что всегда выполняет подобное требование: мыть кухню и ванную одной тряпкой – это неправильно.

Хайрие и Медине говорят, что это Сонгюль подыскала для них работу в престижном жилом районе. Это – все ее заслуга!

По улице идет девушка. Сонгюль сообщает телевизионщикам, что это ее дочка Илькгюль. Она у меня студентка, учится в университете, получает стипендию. Что с тобой, девочка? Мать замечает, что на Илькгюль лица нет. Она сообщает всем присутствующим, что только что погибла ее подруга Мерьем, она работала горничной в том же доме, что и Сонгюль. Мерьем выбросилась с балкона.

Женщины спешат к месту трагедии. Полиция оцепила место происшествия, на асфальте нарисован абрис упавшего тела. Мерьем уже отвезли в морг. На вопросы взволнованных дам полицейские отвечать не желают.

Закадровый голос. Я Мерьем, домработница, трудилась в этом доме. Мое тело пролежало внизу два часа 17 минут до тех пор, пока не приехала полиция. Вот что видели мои глаза перед смертью. И только это место знает о том, что со мной случилось. Помните же о бедной Мерьем, что когда-то жила среди вас. Мой последний портрет нарисован мелом на асфальте.

Следователь разговаривает с супругами, нанимателями покойной. Она что-то рассказывала вам о своей семье? Мужчина говорит, что ничего о самоубийце сказать не может. Я человек занятой, не общаюсь с прислугой. Встретил бы на улице – вообще бы не узнал. Кто она мне? Просто помощница по хозяйству. Мужчина кивает на супругу: Шермин больше ее знала, но и для нее она все равно только домработница. Появляется дочь хозяев дома (Нисан). Полицейские говорят, что вскоре должен подъехать психолог, чтобы побеседовать с ребенком, ведь погибшая исполняла и функции няни. Мать просит разрешения пообщаться с дочкой наедине. Скоро с тобой будут говорить про твою нянечку, ты ничего не должна бояться. Малыш тоже улетел на небо? Какой еще малыш? Тот, что у няни был в животике. Она что, была беременна?

Закадровый голос покойной. Я была беременна уже на протяжении восьми недель. Меня никто не спрашивал, кто у меня родится – мальчик или девочка. Зато всем было страшно интересно: кто отец этого ребенка. Меня не просили рассказать о себе, меня всегда звали: эй, как там тебя, женщина-уборщица! Эти богатеи сидят в своих высоких замках, а мы, простые люди, ходим где-то внизу. С хозяйками у домработниц всегда бывают какие-то странные отношения. Иногда мы с ними ближе, чем с собственными мужьями, а иногда почти не общаемся. Чем больше длятся отношения хозяйки с прислугой, тем больше странностей. Иногда даже муж и жена с трудом уживаются в одном доме. Чего уж говорить о посторонних людях! Тем более, что мы работаем в чужом доме.

Сонгюль приходит на работу. Внезапно появляется ее нанимательница, она принимает горничную за грабительницу и распыляет ей в лицо газ из баллончика. Сонгюль кричит и пытается оттереть слезящиеся глаза.

Со своей работодательницей общается Хайрие. Ты что-то сегодня раньше обычного. Прислуга рассказывает о гибели подруги.