Жителей небольших деревень на побережье Черного моря разделяет многолетняя вендетта. Клану Адиля Кочари противостоит население деревни, вотчины семейства Фуртуна во главе с отважной Эсме. Смотрите сериал «Это море переполнится».
В основе сюжета – многолетняя кровавая вражда, разгоревшаяся между жителями двух деревушек на турецком побережье Черного моря. История этого противостояния вкратце излагается главным героем картины Адилем Кочари (роль сыграл актер Улаш Туна Астепе). Но зрителям вникать во все живописные детали перманентного смертоубийства так же скучно, как выслушивать бесконечную родословную библейских патриархов (помните эту сцену из «Короны Российской империи»?). Только тут вместо «Авраам, Исаак и Иаков… родил» надо вставлять «Ибрахим, Исхак и Якуб… убил».
Турецких Монтекки-Капулетти возглавляют уже упомянутый Адиль и его антагонистка Эсме Фуртуна (Дениз Байсал). Но если у Шекспира один шаг делается от ненависти до любви, то в «Это море переполнится» все ровно наоборот: когда-то ребятки были влюблены друг в друга, а теперь они преисполнены ненависти. А тут еще привет из Греции. Османам от эллинов никогда ничего хорошего ждать не стоит (и это взаимно), а потому прибытие на родину предков Элени Мирьяно (Ава Яман) делает ситуацию еще более взрывоопасной. Как водится в таких историях, барышня внезапно выяснила, что вплоть до получения высшего образования ее воспитывали приемные родители, а ее биологическая мама обитает где-то на северном побережье Анатолии.
Сериал производит потрясающее впечатление. Это услада и для зрения, и для слуха зрителей. На сюжетные перипетии можно не обращать ровным счетом никакого внимания (кому какое дело, сколько еще Якубов зарежут-перестреляют-сожгут-расчленят Исхаки). Зато какие виды нам демонстрирует камера умелого оператора! А еще наши взоры постоянно будут ласкать крупные планы, украшенные ликами главных героев… Сказал бы «иконописными», но, боюсь, турки могут обидеться. Все равно – очень красивые персонажи. Сразу опять хочется в Турцию: там (если верить тексту сценария) проживают очень простые, откровенные и отзывчивые люди. Кроме того, в этой чудесной стране прямо в море ловится соленая рыбка хамса. Причем каждая самка во время нереста мечет от двух до трех тысяч икринок. Наверное, икра уже сразу соленая.
Экранная Турция в сериале – страна высоких технологий и высоких отношений. Здешние козбои выпасают тонкорунные стада верхом на квадроциклах и крутых внедорожниках, общаются посредством радиотелефонов, но и пулю супостату засадить промеж глаз эти ребята не промах. Очень живописный остерн получается.
Но если великолепная картинка – полностью заслуга мастеров турдизи (в Турции достигнута идеальная конвергенция Голливуда и Болливуда), то над сногсшибательными текстами поработали не только босфорские сценаристы, но и российские укротители толмаческих нейросетей.
Зачин всему этому великолепию дает сценка в православном храме в Афинах, где отпевают приемного отца Элени. Священник (наша героиня, кстати, так к нему прямо и обращается: «Скажите, священник») сообщает пастве о том, что все здесь присутствующие обитают в своеобразном чистилище… Хочется верить, что даже зумеры знают о том, что православные догматы концепцию чистилища не признают. Значит, это кукиш в кармане, который турки решили грекам преподнести. Тогда они рискуют заполучить ответ в виде сериала, герои которого посещают мечеть в Стамбуле, не снимая обуви. А в том, что героиня находится в храме с непокрытой головой, да еще и с распущенными волосами, злого умысла творцов сериала, скорее всего, нет. Просто над прической Авы Яман так старались стилисты. Надо уважить их труд.
Грекам немного досталось, действие переносится в Турцию, и тут уже прилетает российской публике. Персонажей много, они постоянно обзывают друг друга и прочие предметы какими-то странными словесами. Например, герой-турковбой ласково именует своих тонкорунных подопечных не иначе, как «девочками». А потом ему же приходится разрешить спорное дело: два парня похитили «девочку». Так кого охламоны приватизировали, козу или девицу? Хороши и те, и другие, использовать их добры молодцы могут по-всякому.
А как в Турции, оказывается, принято почтительно именовать уважаемых людей! Нашего Адиля иначе как «дядя-начальник» сородичи не называют! Мужчины поголовно обращаются друг к другу «брат», а все женщины, естественно «сестры». Они на самом деле родня, или нейросеть по-другому не умеет? У меня есть версия: начальство указало творцам русского текста (умельцам машинного перевода): не надо пудрить мозги нашей публике всякими там «бей», «эфенди» и прочими «ханым». Будьте проще и народ к нам потянется. Случилось с точностью до наоборот, понять, кто и кем кому и зачем приходится, становится непросто.
Но переводчики закусили удила и продолжают нас удивлять своим стремлением к простоте. Вот, например, один парнишка уличен в том, что пробрался на вражескую территорию и «стрелял там из оружия». Теряешься в догадках, чем был оснащен лазутчик. Может быть рогаткой, а может быть, реактивной системой залпового огня. Народ там решительный проживает: поест еды, попьет питья, возьмет оружие – и айда!
Между тем, имеется ведь и другой способ передачи колоритных туземных наречий. Помнится, у Киплинга есть замечательный отрывок: «Вези побыстрей прямо джаханнам ке муафик, малум? И незачем файда бакна сахибу, потому что он все равно не самджхао твою бат. Если он что боло, ты просто чуп и чал. Декха? Первые адха мили от поселка поезжай ахиста». Ведь все абсолютно понятно, кристально чистый пиджин! То же ведь и с глокой коздрой, которая бокра штекс будланула.
И нечего тень на плетень наводить, а то вдруг выясняется, что красавица Элени на самом деле не гречка, а турка… то есть, не гречанка, а турчанка. Да какая разница! Пусть они с этим сами в своем греко-православном чистилище разбираются.
Жителей небольших деревень на побережье Черного моря разделяет многолетняя вендетта. Клану Адиля Кочари противостоит население деревни, вотчины семейства Фуртуна во главе с отважной Эсме. Смотрите сериал «Это море переполнится». В основе сюжета – многолетняя кровавая вражда, разгоревшаяся между жителями двух деревушек на турецком побережье Черного моря. История этого противостояния вкратце излагается главным героем картины Адилем Кочари (роль сыграл актер Улаш Туна Астепе). Но зрителям вникать во все живописные детали перманентного смертоубийства так же скучно, как выслушивать бесконечную родословную библейских патриархов (помните эту сцену из «Короны Российской империи»?). Только тут вместо «Авраам, Исаак и Иаков… родил» надо вставлять «Ибрахим, Исхак и Якуб… убил». Турецких Монтекки-Капулетти возглавляют уже упомянутый Адиль и его антагонистка Эсме Фуртуна (Дениз Байсал). Но если у Шекспира один шаг делается от ненависти до любви, то в «Это море переполнится» все ровно наоборот: когда-то ребятки были влюблены друг в друга, а теперь они преисполнены ненависти. А тут еще привет из Греции. Османам от эллинов никогда ничего хорошего ждать не стоит (и это взаимно), а потому прибытие на родину предков Элени Мирьяно (Ава Яман) делает ситуацию еще более взрывоопасной. Как водится в таких историях, барышня внезапно выяснила, что вплоть до получения высшего образования ее воспитывали приемные родители, а ее биологическая мама обитает где-то на северном побережье Анатолии. Сериал производит потрясающее впечатление. Это услада и для зрения, и для слуха зрителей. На сюжетные перипетии можно не обращать ровным счетом никакого внимания (кому какое дело, сколько еще Якубов зарежут-перестреляют-сожгут-расчленят Исхаки). Зато какие виды нам демонстрирует камера умелого оператора! А еще наши взоры постоянно будут ласкать крупные планы, украшенные ликами главных героев… Сказал бы «иконописными», но, боюсь, турки могут обидеться. Все равно – очень красивые персонажи. Сразу опять хочется в Турцию: там (если верить тексту сценария) проживают очень простые, откровенные и отзывчивые люди. Кроме того, в этой чудесной стране прямо в море ловится соленая рыбка хамса. Причем каждая самка во время нереста мечет от двух до трех тысяч икринок. Наверное, икра уже сразу соленая. Экранная Турция в сериале – страна высоких технологий и высоких отношений. Здешние козбои выпасают тонкорунные стада верхом на квадроциклах и крутых внедорожниках, общаются посредством радиотелефонов, но и пулю супостату засадить промеж глаз эти ребята не промах. Очень живописный остерн получается. Но если великолепная картинка – полностью заслуга мастеров турдизи (в Турции достигнута идеальная конвергенция Голливуда и Болливуда), то над сногсшибательными текстами поработали не только босфорские сценаристы, но и российские укротители толмаческих нейросетей. Зачин всему этому великолепию дает сценка в православном храме в Афинах, где отпевают приемного отца Элени. Священник (наша героиня, кстати, так к нему прямо и обращается: «Скажите, священник») сообщает пастве о том, что все здесь присутствующие обитают в своеобразном чистилище… Хочется верить, что даже зумеры знают о том, что православные догматы концепцию чистилища не признают. Значит, это кукиш в кармане, который турки решили грекам преподнести. Тогда они рискуют заполучить ответ в виде сериала, герои которого посещают мечеть в Стамбуле, не снимая обуви. А в том, что героиня находится в храме с непокрытой головой, да еще и с распущенными волосами, злого умысла творцов сериала, скорее всего, нет. Просто над прической Авы Яман так старались стилисты. Надо уважить их труд. Грекам немного досталось, действие переносится в Турцию, и тут уже прилетает российской публике. Персонажей много, они постоянно обзывают друг друга и прочие предметы какими-то странными словесами. Например, герой-турковбой ласково именует своих тонкорунных подопечных не иначе, как «девочками». А потом ему же приходится разрешить спорное дело: два парня похитили «девочку». Так кого охламоны приватизировали, козу или девицу? Хороши и те, и другие, использовать их добры молодцы могут по-всякому. А как в Турции, оказывается, принято почтительно именовать уважаемых людей! Нашего Адиля иначе как «дядя-начальник» сородичи не называют! Мужчины поголовно обращаются друг к другу «брат», а все женщины, естественно «сестры». Они на самом деле родня, или нейросеть по-другому не умеет? У меня есть версия: начальство указало творцам русского текста (умельцам машинного перевода): не надо пудрить мозги нашей публике всякими там «бей», «эфенди» и прочими «ханым». Будьте проще и народ к нам потянется. Случилось с точностью до наоборот, понять, кто и кем кому и зачем приходится, становится непросто. Но переводчики закусили удила и продолжают нас удивлять своим стремлением к простоте. Вот, например, один парнишка уличен в том, что пробрался на вражескую территорию и «стрелял там из оружия». Теряешься в догадках, чем был оснащен лазутчик. Может быть рогаткой, а может быть, реактивной системой залпового огня. Народ там решительный проживает: поест еды, попьет питья, возьмет оружие – и айда! Между тем, имеется ведь и другой способ передачи колоритных туземных наречий. Помнится, у Киплинга есть замечательный отрывок: «Вези побыстрей прямо джаханнам ке муафик, малум? И незачем файда бакна сахибу, потому что он все равно не самджхао твою бат. Если он что боло, ты просто чуп и чал. Декха? Первые адха мили от поселка поезжай ахиста». Ведь все абсолютно понятно, кристально чистый пиджин! То же ведь и с глокой коздрой, которая бокра штекс будланула. И нечего тень на плетень наводить, а то вдруг выясняется, что красавица Элени на самом деле не гречка, а турка… то есть, не гречанка, а турчанка. Да какая разница! Пусть они с этим сами в своем греко-православном чистилище разбираются.