Корея, зимний вечер 24 декабря. Молодая женщина (Хэ И) заходит в аптеку. Она просит у провизора мужские контрацептивы. Тот подает ей коробочку и называет цену. Нет, я же сказала, что мне нужны мужские. Аптекарь говорит, что разницы между препаратами для женщин и мужчин не существует. Стоящие рядом с прилавком двое мужчин смеются: ты не понял, ей резинки нужны! Потом они обращаются к покупательнице: ты, наверное, хочешь сделать эту ночь незабываемой? Дама сообщает балагурам, что их поведение может быть квалифицировано как сексуальное домогательство со всеми вытекающими последствиями. В аптеку заходит пожилая дама. Она просит отпустить ей секонал. Фармацевт тут же отпускает ей товар. Первая покупательница снова возмущается: это сильнодействующее снотворное, а вы отпустили его без рецепта. Это нарушение карается штрафом или тюремным заключением. Тут же назван срок лишения свободы и размер штрафа. Пожилая дама говорит, что блюстительница закона в эту ночь должна позаботиться о себе.
Хэ И бредет по заснеженной улице, поскальзывается, падает, поднимается, идет дальше. Она подходит к припаркованному на обочине автомобилю, пытается открыть дверцу. Та не поддается. Ю-джин, открой, я замерзла! Никто не отвечает. Девушка протирает стекло у водительского сиденья и видит, что сидящий за рулем молодой человек мертв. Его лицо залито кровью. Рядом с ним на пассажирском сиденье сидит (тоже мертвая) престарелая покупательница секонала. Рядом со старухой лежит пузырек из-под лекарства.
Хэ И падает с кровати и просыпается. Она звонит по телефону своему бойфренду. Доктор Ю-джин идет по коридору больницы, на ходу общается с пациентами. С днем рождения, любимый! А мне сейчас кошмар приснился, будто ты умер. Парень смеется: с какой радости мне умирать, я моложе тебя на три года.
Закадровый голос. Сны – это наше бессознательное, сигналы интуиции разуму. В тот момент в моем подсознании раздался громкий сигнал. Однако тогда я его проигнорировала. Мой мир – это пространство разума. Я встретилась с Чан Хва-са, и в тот момент мне стоило прислушаться к сигналам собственного подсознания.
Идет заседание комиссии по смягчению наказания. Хэ И, член этой комиссии, задает вопрос осужденной (Чан Хва-са, женщина из кошмарного сна): у вас отличные характеристики и вы ждете смягчения наказания. Та задает встречный вопрос: вам сколько лет? 36. А я ем тюремный суп уже 34-й год. Говорят, что приговоренный к смертной казни умирает пять раз: когда выносят приговор; когда приговор вступает в силу; когда надзиратель в последний раз выводит его из камеры для осмотра перед казнью; по дороге к месту приведения судебного вердикта в исполнение; когда смертник задыхается в петле. Однако я так не думаю. Заключенный, осужденный на смерть, умирает буквально каждый день. И сегодня – снова тот самый день. Скажите, меня сегодня казнят? И если вы не собираетесь меня выпускать, то просто убейте. Председатель комиссии просит узницу успокоиться: вы слишком эмоциональны. Та отвечает: мы перестаем надеяться, однако надежда никогда нас не покидает. Так верните же мне надежду или убейте меня.
Члены комиссии обсуждают ситуацию. Начальник тюрьмы сообщает, что узница больна диабетом. Может быть, перевести ее в отделение для слабоумных. Или можно заменить повешение на пожизненное заключение. Хэ И заявляет, что не стоит пересматривать решение присяжных. Ей возражают: тот факт, что она до сих пор избежала петли – не знамение ли свыше? Так что ее следует освободить. Хэ И про себя называет членов комиссии сентиментальными болванами.
