Прижизненный классик корейского кино Пон Джун-хо выпустил свой первый фильм после феноменально успешных «Паразитов», и эта масштабная, немного сдержанная научно-фантастическая комедия смотрится как очередной заход режиссёра на тему антиутопии. Третий по счёту после картин «Сквозь снег» и «Окча», заслуживших признание, однако не слишком широкое. «Микки 17» был адаптирован Поном по роману Эдварда Эштона «Микки 7», рассказывающего историю клонированного рабочего из будущего, обречённого на вечную жизнь или скорее постоянные смерти. Этот бедолага постоянно погибает на службе космической корпорации, выполняя смертельно опасную работу, а затем его воссоздают на некоем подобии 3D-принтера с сохранением всех его воспоминаний. Такой предстала перед публикой грубая футуристическая сатира на тему технарей типа Илона Маска, повторяющих, что любое нытье по поводу окружающей среды – это дело либералов, потому что мы все скоро отправимся в космос. В космосе должны быть жизнеспособные планеты, а любые нынешние инопланетные обитатели – расходный материал, как и люди на службе, которые доставляют на новые миры.
«Микки 17» снят в фирменном стиле Пон Джун-хо, характерном для фильмов ужасов, и впечатляет смелыми визуальными решениями. В постановке хватает резких, угловатых моментов, полных пафоса и тревоги – вероятно, это неизбежно, поскольку они появляются в первом акте, когда закладывается странная и шокирующая завязка, и до того, как сюжет начинает развиваться чуть более гармонично. Но при продолжительности в 137 минут получилось несколько сумбурное и временами небрежное действо, чьи сюжетные линии порой ослабевают. Пантомимные злодейские роли карикатурного политика и его супруги в исполнении Марка Руффало и Тони Коллетт зачастую заставляют кино выглядеть как глупенький детский телефильм. Роберт же Паттинсон играет Микки Барнса, законченного неудачника, который должен деньги безжалостным ростовщикам вместе со своим нечестным дружком Тимо. Чтобы сбежать от головорезов, приятели и записываются в опасную межпланетную экспедицию, организованную популистом-плутократом с блестящими зубами и зачесанными назад волосами: присутствие таких гротескных персонажей прозрачно намекает на интерес Пон Джун-хо к творчеству сказочника Роальда Даля. Ну и не считать пародию на Дональда Трампа тоже сложновато.
Это по-своему странная история, похожая на научно-фантастический хоррор, в котором отсутствует животный ужас, а также весь цинизм и пессимизм. Несмотря на эту странную жестокость и отвратительные сцены, в «Микки 17» присутствует сдержанный оптимизм, противостоящий страху, и мы чувствуем приближение счастливого конца – хотя при такой продолжительности до него ещё далеко. Однако есть странный момент, когда одно из жутких существ высасывает лицо члена группы – этот визуальный отголосок «Чужого» Ридли Скотта напоминает о чём-то более мрачном и темном. Пожалуй, самая интересная часть фильма – это то, чему Пон Джун-хо уделяет меньше всего времени: тот факт, что Микки знает нечто, о чём остальное человечество не знает. Съемочная группа постоянно спрашивает его: каково это – умирать? Это чувство, переживание? Помнишь ли ты это потом? С ним это случалось 16 раз. Наверняка он уже знает ответ на этот вопрос? Или вечно живой, вечно умирающий Микки так же ничего не смыслит в этом, как и все остальные? Мрачный взгляд Паттинсона придает роли загадочности, но в былые годы Пон мог бы с таким же успехом пригласить Тома Хэнкса и предложить ему сыграть Форреста Гампа. Это неприятно, поразительно – и в то же время неожиданно безобидно.
Вторая половина фильма вносит сумятицу после того, как Микки 17 считается погибшим после столкновения с местными «жутиками». С этого момента кино, кажется, совершает один безумный поступок за другим. Дёргается от одного момента к другому, оставляя дыры по всей своей истории, зашивая их при этом удобными закадровыми комментариями и тщетными попытками юмора. Послужной список Пон Джун-хо может обеспечить ему снисхождение у преданных поклонников, но трудно считать «Микки 17» безоговорочной удачей. Даже фирменные проповеди режиссёра, в основном исполняемые героем Марка Руффало, меркнут по сравнению с его более острыми и проницательными работами в прошлом. Немалая часть того, к чему он стремится, увязает в посредственных цифровых эффектах и неповоротливом сюжете. Можно сказать, автор сам себе выставил слишком высокую планку.
Прижизненный классик корейского кино Пон Джун-хо выпустил свой первый фильм после феноменально успешных «Паразитов», и эта масштабная, немного сдержанная научно-фантастическая комедия смотрится как очередной заход режиссёра на тему антиутопии. Третий по счёту после картин «Сквозь снег» и «Окча», заслуживших признание, однако не слишком широкое. «Микки 17» был адаптирован Поном по роману Эдварда Эштона «Микки 7», рассказывающего историю клонированного рабочего из будущего, обречённого на вечную жизнь или скорее постоянные смерти. Этот бедолага постоянно погибает на службе космической корпорации, выполняя смертельно опасную работу, а затем его воссоздают на некоем подобии 3D-принтера с сохранением всех его воспоминаний. Такой предстала перед публикой грубая футуристическая сатира на тему технарей типа Илона Маска, повторяющих, что любое нытье по поводу окружающей среды – это дело либералов, потому что мы все скоро отправимся в космос. В космосе должны быть жизнеспособные планеты, а любые нынешние инопланетные обитатели – расходный материал, как и люди на службе, которые доставляют на новые миры. «Микки 17» снят в фирменном стиле Пон Джун-хо, характерном для фильмов ужасов, и впечатляет смелыми визуальными решениями. В постановке хватает резких, угловатых моментов, полных пафоса и тревоги – вероятно, это неизбежно, поскольку они появляются в первом акте, когда закладывается странная и шокирующая завязка, и до того, как сюжет начинает развиваться чуть более гармонично. Но при продолжительности в 137 минут получилось несколько сумбурное и временами небрежное действо, чьи сюжетные линии порой ослабевают. Пантомимные злодейские роли карикатурного политика и его супруги в исполнении Марка Руффало и Тони Коллетт зачастую заставляют кино выглядеть как глупенький детский телефильм. Роберт же Паттинсон играет Микки Барнса, законченного неудачника, который должен деньги безжалостным ростовщикам вместе со своим нечестным дружком Тимо. Чтобы сбежать от головорезов, приятели и записываются в опасную межпланетную экспедицию, организованную популистом-плутократом с блестящими зубами и зачесанными назад волосами: присутствие таких гротескных персонажей прозрачно намекает на интерес Пон Джун-хо к творчеству сказочника Роальда Даля. Ну и не считать пародию на Дональда Трампа тоже сложновато. Это по-своему странная история, похожая на научно-фантастический хоррор, в котором отсутствует животный ужас, а также весь цинизм и пессимизм. Несмотря на эту странную жестокость и отвратительные сцены, в «Микки 17» присутствует сдержанный оптимизм, противостоящий страху, и мы чувствуем приближение счастливого конца – хотя при такой продолжительности до него ещё далеко. Однако есть странный момент, когда одно из жутких существ высасывает лицо члена группы – этот визуальный отголосок «Чужого» Ридли Скотта напоминает о чём-то более мрачном и темном. Пожалуй, самая интересная часть фильма – это то, чему Пон Джун-хо уделяет меньше всего времени: тот факт, что Микки знает нечто, о чём остальное человечество не знает. Съемочная группа постоянно спрашивает его: каково это – умирать? Это чувство, переживание? Помнишь ли ты это потом? С ним это случалось 16 раз. Наверняка он уже знает ответ на этот вопрос? Или вечно живой, вечно умирающий Микки так же ничего не смыслит в этом, как и все остальные? Мрачный взгляд Паттинсона придает роли загадочности, но в былые годы Пон мог бы с таким же успехом пригласить Тома Хэнкса и предложить ему сыграть Форреста Гампа. Это неприятно, поразительно – и в то же время неожиданно безобидно. Вторая половина фильма вносит сумятицу после того, как Микки 17 считается погибшим после столкновения с местными «жутиками». С этого момента кино, кажется, совершает один безумный поступок за другим. Дёргается от одного момента к другому, оставляя дыры по всей своей истории, зашивая их при этом удобными закадровыми комментариями и тщетными попытками юмора. Послужной список Пон Джун-хо может обеспечить ему снисхождение у преданных поклонников, но трудно считать «Микки 17» безоговорочной удачей. Даже фирменные проповеди режиссёра, в основном исполняемые героем Марка Руффало, меркнут по сравнению с его более острыми и проницательными работами в прошлом. Немалая часть того, к чему он стремится, увязает в посредственных цифровых эффектах и неповоротливом сюжете. Можно сказать, автор сам себе выставил слишком высокую планку.