Приятно посмотреть, как отчаянно Джеки Чан противостоит непреложным, казалось бы, законам биологии. Впрочем, фильм «Охота за тенью» порадовал не только тем, что кумир не изменил старой доброй традиции, исполнив трюки самостоятельно – с таким азартом, будто и не разменял накануне восьмой десяток лет. Почти сразу после премьеры утвердилось мнение, что детище Ларри Янга стало лучшим боевиком «суперзвезды» за последние годы. И с этим утверждением сложно не согласиться, поскольку такие ленты, как, скажем, «Авангард: Арктические волки» /2020/ или «Круче некуда» /2023/, действительно не вполне оправдали громкие названия. Мало того, картина превзошла даже предыдущую совместную работу артиста и режиссёра: комедия «Кунг-фу жеребец» /2023/ получилась симпатичной и трогательной, однако порой авторам изменяло чувство вкуса.
Ларри (1) вынашивал замысел долго. Его в своё время искренне поразил гонконгский триллер «Око небесное» /2007/, оставшийся единственной постановкой в карьере признанного кинодраматурга Яу Най-Хоя. К сожалению, инвесторы не очень верили в востребованность подобного произведения на азиатском рынке – и даже отличные результаты южнокорейского ремейка 2013-го года (известен у нас как «Слежка» и «Холодные глаза») не слишком помог. Янг проявил похвальную настойчивость, причём сразу задался целью переработать и существенно расширить историю. Приглашение Тони Люна Ка-фая послужило не просто данью уважения оригиналу. Вернувшись к партии ведущего антагониста, исполнитель поразительно легко избежал повторов. Ему уже не раз доводилось пересекаться с Джеки на съёмочной площадке («Остров огня» /1991/, «Хроники Хуаду: Лезвие розы» /2004/, «Миф» /2005/), но именно напряжённая актёрская дуэль в значительной мере предопределила успех фильма. Успех в том числе коммерческий, хотя немного обидно, что львиная доля солидных кассовых сборов (оцениваемых в $159,2 млн.) пришлась на Китайскую Народную Республику. В России поступления составили совсем ничтожную величину (RUB3 млн.).
За прошедшие без малого два десятилетия обрисованная Най-Хоем ситуация лишь усугубилась. Теперь почти никому не скрыться от всепроникающего «небесного ока». Обилие камер видеонаблюдения в сочетании с возможностями искусственного интеллекта, молниеносно обрабатывающего получаемые изображения, теоретически – гарантирует тотальный контроль обстановки. К сожалению, сложная техническая система даёт сбой – и полиция Макао оказывается бессильной против членов банды, совершивших ограбление и ушедших прямо из-под носа у превосходящих числом сотрудников правоохранительных органов. Ввиду собственной беспомощности руководство обращается к Вон Так-чону, оперативнику с колоссальным опытом, ныне мирно доживающему свой век на пенсии. Разумеется, ветеран откликается на просьбу вернуться в строй, тем более что предстоит нести службу рука об руку с Хэ Гигуо – дочерью напарника, в гибели которого косвенно повинен… Первое, что его несказанно удивляет – отсутствие специального подразделения, ведущего наблюдение за подозреваемыми непосредственно на месте. Решение положиться исключительно на электронные средства слежения сыграло с блюстителями закона злую шутку!
Таким образом, мало-помалу вырисовывается основная мысль фильма, которую можно сформулировать при помощи русской поговорки: старый конь борозды не испортит. Вон быстро устанавливает, что имеет дело с давним недругом Фу Лун-саном, получившим прозвище «Тень» за умение оставаться непойманным (хуже того, неидентифицированным), какие бы изощрённые разведывательные операции ни проводил и позже – какие бы дерзкие преступления ни совершал. По сравнению с началом фильма, отмеченным стремительной сменой событий, сложными трюками и т.д., середина повествования может показаться не такой насыщенной. К счастью, режиссёр-сценарист добивается изрядного напряжения, наблюдая за развёртывающейся битвой умов двух профессионалов экстра-класса, чьи, так сказать, «аналоговые» навыки оказываются в цифровую эпоху гораздо полезнее, чем полагают молодые коллеги. И, конечно, никуда не деться от кульминационной схватки не на жизнь, а на смерть.
Международное англоязычное название фильма («The Shadow’s Edge») в дословном переводе означает «Край тени» или «Граница тени». Имеется в виду, что и у чрезвычайно опасного индивида, способного при помощи одного-единственного ножа одержать верх над разъярённой толпой недоброжелателей, существует предел. Он может скрываться лишь до поры до времени, ибо однажды – допустит ошибку, засветится. Оригинальный китайский заголовок же – звучит философски: «В погоне за ветром и тенями». В метафоре содержится намёк на невесёлый удел Так-чона, вынужденного всю жизнь преследовать зыбкие, эфермерные цели. Психологическая травма героя не выглядит шаблонной благодаря тому, что тонко раскрыта Ларри Янгом по ходу развития сюжета. В данном отношении исключительно важна сцена совместного ужина с Лун-саном, когда мнимая «дочка» с удивлением открывает, что «папа» негласно опекал её с младых ногтей. Кстати, отдадим должное Чжан Цзыфэн, снимающейся с детства (запомнившейся соотечественникам ещё по фильму катастроф «Землетрясение» /2010/) и всё настойчивее укрепляющейся в «звёздном» статусе. Актриса впечатляюще показала упорство и отвагу героини, стремящейся доказать, что внешность обманчива – что её напрасно недооценивают в выбранной профессии. В самый ответственный момент – под занавес – Хэ Гигуо даже перехватывает инициативу у своего учителя…
«Охота за тенью» вроде бы остаётся в границах условно реалистичного боевика – и фоном для заключительных титров вновь служат кадры возникавших в процессе производства мелких курьёзов (неудачные дубли, розыгрыши на съёмочной площадке и т.д.), как это издавна заведено у Джеки Чана. Вместе с тем создатели не преминули добавить ещё и интригующую короткую сцену после титров (на манер голливудских кинокомиксов), в которой недвусмысленно пообещали: охота за тенью продолжится.
_______
1 – Урождённый Ян Цзы взял себе западное имя, вероятно, во избежание путаницы с известной актрисой.
Приятно посмотреть, как отчаянно Джеки Чан противостоит непреложным, казалось бы, законам биологии. Впрочем, фильм «Охота за тенью» порадовал не только тем, что кумир не изменил старой доброй традиции, исполнив трюки самостоятельно – с таким азартом, будто и не разменял накануне восьмой десяток лет. Почти сразу после премьеры утвердилось мнение, что детище Ларри Янга стало лучшим боевиком «суперзвезды» за последние годы. И с этим утверждением сложно не согласиться, поскольку такие ленты, как, скажем, «Авангард: Арктические волки» /2020/ или «Круче некуда» /2023/, действительно не вполне оправдали громкие названия. Мало того, картина превзошла даже предыдущую совместную работу артиста и режиссёра: комедия «Кунг-фу жеребец» /2023/ получилась симпатичной и трогательной, однако порой авторам изменяло чувство вкуса. Ларри (1) вынашивал замысел долго. Его в своё время искренне поразил гонконгский триллер «Око небесное» /2007/, оставшийся единственной постановкой в карьере признанного кинодраматурга Яу Най-Хоя. К сожалению, инвесторы не очень верили в востребованность подобного произведения на азиатском рынке – и даже отличные результаты южнокорейского ремейка 2013-го года (известен у нас как «Слежка» и «Холодные глаза») не слишком помог. Янг проявил похвальную настойчивость, причём сразу задался целью переработать и существенно расширить историю. Приглашение Тони Люна Ка-фая послужило не просто данью уважения оригиналу. Вернувшись к партии ведущего антагониста, исполнитель поразительно легко избежал повторов. Ему уже не раз доводилось пересекаться с Джеки на съёмочной площадке («Остров огня» /1991/, «Хроники Хуаду: Лезвие розы» /2004/, «Миф» /2005/), но именно напряжённая актёрская дуэль в значительной мере предопределила успех фильма. Успех в том числе коммерческий, хотя немного обидно, что львиная доля солидных кассовых сборов (оцениваемых в $159,2 млн.) пришлась на Китайскую Народную Республику. В России поступления составили совсем ничтожную величину (RUB3 млн.). За прошедшие без малого два десятилетия обрисованная Най-Хоем ситуация лишь усугубилась. Теперь почти никому не скрыться от всепроникающего «небесного ока». Обилие камер видеонаблюдения в сочетании с возможностями искусственного интеллекта, молниеносно обрабатывающего получаемые изображения, теоретически – гарантирует тотальный контроль обстановки. К сожалению, сложная техническая система даёт сбой – и полиция Макао оказывается бессильной против членов банды, совершивших ограбление и ушедших прямо из-под носа у превосходящих числом сотрудников правоохранительных органов. Ввиду собственной беспомощности руководство обращается к Вон Так-чону, оперативнику с колоссальным опытом, ныне мирно доживающему свой век на пенсии. Разумеется, ветеран откликается на просьбу вернуться в строй, тем более что предстоит нести службу рука об руку с Хэ Гигуо – дочерью напарника, в гибели которого косвенно повинен… Первое, что его несказанно удивляет – отсутствие специального подразделения, ведущего наблюдение за подозреваемыми непосредственно на месте. Решение положиться исключительно на электронные средства слежения сыграло с блюстителями закона злую шутку! Таким образом, мало-помалу вырисовывается основная мысль фильма, которую можно сформулировать при помощи русской поговорки: старый конь борозды не испортит. Вон быстро устанавливает, что имеет дело с давним недругом Фу Лун-саном, получившим прозвище «Тень» за умение оставаться непойманным (хуже того, неидентифицированным), какие бы изощрённые разведывательные операции ни проводил и позже – какие бы дерзкие преступления ни совершал. По сравнению с началом фильма, отмеченным стремительной сменой событий, сложными трюками и т.д., середина повествования может показаться не такой насыщенной. К счастью, режиссёр-сценарист добивается изрядного напряжения, наблюдая за развёртывающейся битвой умов двух профессионалов экстра-класса, чьи, так сказать, «аналоговые» навыки оказываются в цифровую эпоху гораздо полезнее, чем полагают молодые коллеги. И, конечно, никуда не деться от кульминационной схватки не на жизнь, а на смерть. Международное англоязычное название фильма («The Shadow’s Edge») в дословном переводе означает «Край тени» или «Граница тени». Имеется в виду, что и у чрезвычайно опасного индивида, способного при помощи одного-единственного ножа одержать верх над разъярённой толпой недоброжелателей, существует предел. Он может скрываться лишь до поры до времени, ибо однажды – допустит ошибку, засветится. Оригинальный китайский заголовок же – звучит философски: «В погоне за ветром и тенями». В метафоре содержится намёк на невесёлый удел Так-чона, вынужденного всю жизнь преследовать зыбкие, эфермерные цели. Психологическая травма героя не выглядит шаблонной благодаря тому, что тонко раскрыта Ларри Янгом по ходу развития сюжета. В данном отношении исключительно важна сцена совместного ужина с Лун-саном, когда мнимая «дочка» с удивлением открывает, что «папа» негласно опекал её с младых ногтей. Кстати, отдадим должное Чжан Цзыфэн, снимающейся с детства (запомнившейся соотечественникам ещё по фильму катастроф «Землетрясение» /2010/) и всё настойчивее укрепляющейся в «звёздном» статусе. Актриса впечатляюще показала упорство и отвагу героини, стремящейся доказать, что внешность обманчива – что её напрасно недооценивают в выбранной профессии. В самый ответственный момент – под занавес – Хэ Гигуо даже перехватывает инициативу у своего учителя… «Охота за тенью» вроде бы остаётся в границах условно реалистичного боевика – и фоном для заключительных титров вновь служат кадры возникавших в процессе производства мелких курьёзов (неудачные дубли, розыгрыши на съёмочной площадке и т.д.), как это издавна заведено у Джеки Чана. Вместе с тем создатели не преминули добавить ещё и интригующую короткую сцену после титров (на манер голливудских кинокомиксов), в которой недвусмысленно пообещали: охота за тенью продолжится. _______ 1 – Урождённый Ян Цзы взял себе западное имя, вероятно, во избежание путаницы с известной актрисой.