Изабель Койшет задолго до драмы «Просто любовь» обладала репутацией человека, зорко всматривающегося в окружающий мир, словно и не замечая существующих государственных границ. Да, её творчество многогранно, чтобы не сказать – «неровно». И речь даже не о «всеядности» в выборе форматов (от полнометражных кинопроизведений до музыкальных видеоклипов и несчётных рекламных роликов). С одной стороны женщина-режиссёр, начиная с дебютной постановки с афористичным названием «Слишком стара, чтобы умереть молодой» /1989/, замечательно вписывается в традиции национальной кинематографии. С другой же – никогда себя этими самыми традициями (бесспорно, славными и богатыми) не ограничивала… Изабель не испытывает никаких трудностей (ни творческих, ни финансовых, ни технических) с тем, чтобы поехать в любую страну мира – и снять фильм о тамошних реалиях с позиций не космополита, но художника, с лёту постигающего местную специфику. Помню, как в своё время меня поразила «Карта звуков Токио» /2009/, позволившая увидеть Японию в новом ракурсе, которая вышла вскоре после «Элегии» /2008/ – типично американской мелодрамы. Правда, важно оговориться, что в первом случае одним из ведущих действующих лиц являлся испанский иммигрант по имени Дэвид в исполнении Сержи Лопеса, во втором – студентка-красавица Консуэла Костилло, сыгранная Пенелопой Крус. Так ли уж отдалилась Койшет, постоянно проживающая в Барселоне (1), от родной культуры?..
В картине «Просто любовь» при желании легко обнаружить автобиографические мотивы, поскольку Изабель на протяжении длительного времени связывают личные отношения с Ридом Броди – адвокатом, специализирующимся на защите прав человека. Повествование начинается с кадров записи беседы с африканкой, рассказывающей о кровавом рейде, совершённом террористами на её деревню. Как вскоре становится понятно, Нат долго проработала переводчиком-синхронистом в организации, оказывающей помощь беженцам с Востока, но в какой-то момент захотела трудиться удалённо – и переехала в сельскую местность. Денег платят меньше, зато не остаётся ощущения тяжести на душе от общения с жертвами агрессии… Это не просто характеристика персонажа. Приезжая не догадывается, что представления об идиллической жизни в деревне, где соседи знают друг друга как облупленных, где слухи распространяются со скоростью лесного пожара, где с бытовыми неурядицами приходится справляться лично, обманчивы. Прямое сравнение со вспышками насилия на чёрном континенте прозвучало бы кощунственно, но авторы тонко намекают, что ксенофобия и нетерпимость (расовая, религиозная, социальная) являются, увы, гораздо более распространёнными феноменами, чем принято считать.
Койшет имеет полное право гордиться тем, что открыла для киноискусства творчество Сары Месы, адаптировав в сценарий (на пару с Лаурой Ферреро) её шестой по счёту – одноимённый – роман, опубликованный в 2020-м году. Экранизация далеко не случайно произвела пусть не коммерческий (кассовые сборы составили менее $1 млн.), зато художественный резонанс, будучи выдвинутой в ключевых номинациях как на главную общенациональную награду «Гойя», так и на каталонскую кинопремию «Гауди». Формально Изабель менее радикальна в трактовке провинциальных нравов, чем Родриго Сорогойен, чьи «Хищники» /2022/ стали сенсацией годом ранее, однако приходит, в сущности, к сходственным выводам. Нан подспудно движима примерно теми же мотивами, что и супруги-французы Антуан с Ольгой, мечтавшие о существовании в гармонии с природой на благословенной галисийской земле. В перерыве между работой она занимается огородом, а четвероногий друг (собака, получившая от хозяйки кличку «Зануда») помогает скрасить одиночество. Впрочем, почти сразу заводятся знакомые – огорчает разве что нежелание владельца дома, снизившего арендную плату ввиду ветхости жилища, заделывать дыру в кровле. Но и эта неприятность устранима…
Режиссёра хочется пожурить за несколько затянутую экспозицию, хотя и позволяющую зрителю настроиться на неспешный ритм загородной жизни. Но как только складывается драматическая ситуация, интерес к происходящему на кинополотне резко усиливается. И действительно, остаётся лишь догадываться, каких душевных терзаний стоило женщине принять непристойное предложение, озвученное (нет, вовсе не импозантным миллиардером, как в одноимённой мелодраме Эдриана Лайна) Андреасом, – вступить за ремонт крыши в… половую связь. И уж совсем неожиданным поворотом становится её добровольный выбор в пользу дальнейших интимных отношений с замкнутым, несловоохотливым увальнем. Здесь, кстати, самое время отметить Ховика Кеучкеряна, актёра и комика (в прошлом – профессионального боксёра), чьё флегматичное, почти монументальное существование на экране удачно контрастирует с эмоционально насыщенной игрой Лайи Косты. На поверку вынесенное в название книги и фильма понятие не несёт иронического окраса. Другое дело – насколько любовь глубока. Да и уместно ли вести речь о взаимности?
Как ни забавно, испанскому кинопроизведению можно было бы предпослать эпиграфом слова Тони Сопрано, выдавшего в одной из серий знаменитого криминального телесериала сентенцию в том духе, что психологические проблемы не имеют географического решения (читай – не улетучатся со сменой места жительства). В отличие от четы у Сорогойена, Нан потерпела моральное поражение всё-таки не от соседей-«хищников» – от самой себя. Ведь даже участь несчастной «Зануды», увезённой (видимо, на усыпление) после того, как покусала маленького ребёнка, останется на совести хозяйки, раздражённо заявляющей, что не считает себя виновной и не собирается извиняться перед родителями пострадавшего чада. Однако для Месы и Койшет принципиально то внутреннее преображение героини, покинувшей неприютный дом, выражением которого стал долгий, завораживающе красивый танец под занавес. А это было бы в свою очередь невозможно без «просто любви», испытанной к Андреасу по прозвищу «Немец».
_______
1 – И, заметим, публично выступающая категорически против сепаратистских тенденций, набравших силу в десятые годы.
Изабель Койшет задолго до драмы «Просто любовь» обладала репутацией человека, зорко всматривающегося в окружающий мир, словно и не замечая существующих государственных границ. Да, её творчество многогранно, чтобы не сказать – «неровно». И речь даже не о «всеядности» в выборе форматов (от полнометражных кинопроизведений до музыкальных видеоклипов и несчётных рекламных роликов). С одной стороны женщина-режиссёр, начиная с дебютной постановки с афористичным названием «Слишком стара, чтобы умереть молодой» /1989/, замечательно вписывается в традиции национальной кинематографии. С другой же – никогда себя этими самыми традициями (бесспорно, славными и богатыми) не ограничивала… Изабель не испытывает никаких трудностей (ни творческих, ни финансовых, ни технических) с тем, чтобы поехать в любую страну мира – и снять фильм о тамошних реалиях с позиций не космополита, но художника, с лёту постигающего местную специфику. Помню, как в своё время меня поразила «Карта звуков Токио» /2009/, позволившая увидеть Японию в новом ракурсе, которая вышла вскоре после «Элегии» /2008/ – типично американской мелодрамы. Правда, важно оговориться, что в первом случае одним из ведущих действующих лиц являлся испанский иммигрант по имени Дэвид в исполнении Сержи Лопеса, во втором – студентка-красавица Консуэла Костилло, сыгранная Пенелопой Крус. Так ли уж отдалилась Койшет, постоянно проживающая в Барселоне (1), от родной культуры?.. В картине «Просто любовь» при желании легко обнаружить автобиографические мотивы, поскольку Изабель на протяжении длительного времени связывают личные отношения с Ридом Броди – адвокатом, специализирующимся на защите прав человека. Повествование начинается с кадров записи беседы с африканкой, рассказывающей о кровавом рейде, совершённом террористами на её деревню. Как вскоре становится понятно, Нат долго проработала переводчиком-синхронистом в организации, оказывающей помощь беженцам с Востока, но в какой-то момент захотела трудиться удалённо – и переехала в сельскую местность. Денег платят меньше, зато не остаётся ощущения тяжести на душе от общения с жертвами агрессии… Это не просто характеристика персонажа. Приезжая не догадывается, что представления об идиллической жизни в деревне, где соседи знают друг друга как облупленных, где слухи распространяются со скоростью лесного пожара, где с бытовыми неурядицами приходится справляться лично, обманчивы. Прямое сравнение со вспышками насилия на чёрном континенте прозвучало бы кощунственно, но авторы тонко намекают, что ксенофобия и нетерпимость (расовая, религиозная, социальная) являются, увы, гораздо более распространёнными феноменами, чем принято считать. Койшет имеет полное право гордиться тем, что открыла для киноискусства творчество Сары Месы, адаптировав в сценарий (на пару с Лаурой Ферреро) её шестой по счёту – одноимённый – роман, опубликованный в 2020-м году. Экранизация далеко не случайно произвела пусть не коммерческий (кассовые сборы составили менее $1 млн.), зато художественный резонанс, будучи выдвинутой в ключевых номинациях как на главную общенациональную награду «Гойя», так и на каталонскую кинопремию «Гауди». Формально Изабель менее радикальна в трактовке провинциальных нравов, чем Родриго Сорогойен, чьи «Хищники» /2022/ стали сенсацией годом ранее, однако приходит, в сущности, к сходственным выводам. Нан подспудно движима примерно теми же мотивами, что и супруги-французы Антуан с Ольгой, мечтавшие о существовании в гармонии с природой на благословенной галисийской земле. В перерыве между работой она занимается огородом, а четвероногий друг (собака, получившая от хозяйки кличку «Зануда») помогает скрасить одиночество. Впрочем, почти сразу заводятся знакомые – огорчает разве что нежелание владельца дома, снизившего арендную плату ввиду ветхости жилища, заделывать дыру в кровле. Но и эта неприятность устранима… Режиссёра хочется пожурить за несколько затянутую экспозицию, хотя и позволяющую зрителю настроиться на неспешный ритм загородной жизни. Но как только складывается драматическая ситуация, интерес к происходящему на кинополотне резко усиливается. И действительно, остаётся лишь догадываться, каких душевных терзаний стоило женщине принять непристойное предложение, озвученное (нет, вовсе не импозантным миллиардером, как в одноимённой мелодраме Эдриана Лайна) Андреасом, – вступить за ремонт крыши в… половую связь. И уж совсем неожиданным поворотом становится её добровольный выбор в пользу дальнейших интимных отношений с замкнутым, несловоохотливым увальнем. Здесь, кстати, самое время отметить Ховика Кеучкеряна, актёра и комика (в прошлом – профессионального боксёра), чьё флегматичное, почти монументальное существование на экране удачно контрастирует с эмоционально насыщенной игрой Лайи Косты. На поверку вынесенное в название книги и фильма понятие не несёт иронического окраса. Другое дело – насколько любовь глубока. Да и уместно ли вести речь о взаимности? Как ни забавно, испанскому кинопроизведению можно было бы предпослать эпиграфом слова Тони Сопрано, выдавшего в одной из серий знаменитого криминального телесериала сентенцию в том духе, что психологические проблемы не имеют географического решения (читай – не улетучатся со сменой места жительства). В отличие от четы у Сорогойена, Нан потерпела моральное поражение всё-таки не от соседей-«хищников» – от самой себя. Ведь даже участь несчастной «Зануды», увезённой (видимо, на усыпление) после того, как покусала маленького ребёнка, останется на совести хозяйки, раздражённо заявляющей, что не считает себя виновной и не собирается извиняться перед родителями пострадавшего чада. Однако для Месы и Койшет принципиально то внутреннее преображение героини, покинувшей неприютный дом, выражением которого стал долгий, завораживающе красивый танец под занавес. А это было бы в свою очередь невозможно без «просто любви», испытанной к Андреасу по прозвищу «Немец». _______ 1 – И, заметим, публично выступающая категорически против сепаратистских тенденций, набравших силу в десятые годы.