То, что Боран нанес себе травму и подставил Алью, больше не является тайным ходом — это превращается в открытую угрозу. Боран давит на Алью, требуя отказаться от развода, угрожая использовать эту правду в деле об опеке. Снова Алья сталкивается с самым большим страхом любой матери, и равновесие между разумом и сердцем постепенно начинает рушиться.
