Батальоны просят огня

Прибывший из госпиталя в свой батальон капитан Борис Ермаков попадает прямо к началу боевой операции. Но пока все тихо, он отправляется к своему непосредственному начальнику полковнику Гуляеву, допрашивающему двоих немецких солдат. Гуляев рад встрече, но продолжает допрос. Из слов захваченных немцев следует, что глубина обороны у них несколько километров, у флангов – танки и артиллерия, что закрывает путь к Днепру наступающим советским войскам. Приказ по армии Вермахта – ни шагу назад, за отступление – расстрел. Приезд нового комдива полковника Иверзева вновь собирает командующих в штабе полка. Гуляев сообщает, что форсирование Днепра он решил начать ночью, когда стемнеет. Но Иверзев озвучивает приказ Генерального штаба: форсировать Днепр с ходу. И обещает поддержку артиллерии.

Запасы для огневой поддержки двух батальонов, осуществляющих прорыв к Днепру, уничтожены немецкими бомбардировщиками. Полковник Иверзев все себя от гнева, он грозит судом коменданту, не успевшему с разгрузкой. Так или иначе, но надо ехать к генералу и просить новых припасов. Однако еще до входа к генералу Иверзев слышит о проблемах боеприпасов во всех дивизиях, лишних средств ни у кого нет, поэтому просить что-то теряет всякий смысл. Дивизия сама виновата, что не успела разгрузить прибывший эшелон до того, как его разбомбили. Нечего теперь и просить, все равно ничего не дадут. Начало операции по форсированию Днепра начинается, батальоны сосредоточиваются для переправы на другой берег с неполным боекомплектом. Неожиданно полковник Гуляев получает приказ из штаба огонь вообще не открывать.

Атаки советских солдат захлебываются из-за пулеметчика, засевшего на верхнем ярусе полуразрушенной церкви. Оттуда прекрасно простреливается огромное пространство, и Жорка берется убрать этого снайпера. Проникнув незаметно внутрь церкви, Жорке удается схватить пулеметчика, но по трехэтажному мату Жорка понимает, что он схватил своего, предателя. Капитан Ермаков не понимает, почему до сих пор нет огня, который обещал полковник Иверзев. Батальон не сможет держаться больше без поддержки, а тут еще новые сообщения: немцы прорываются в расположение Орлова, с танками, с непрекращающимся обстрелом. Срочно нужно часть сил перебросить туда. Ермаков чувствует, что руководство, да и он сам, вообще не понимает, что происходит.

Полковник Гуляев требует от штаба поддержать огнем штурмующие реку батальоны, возможно, надо просить помощь соседних артполков. Но Иверзев отдает приказ батальонам держаться до конца, потому что их операция – отвлекающий маневр. Основное форсирование произойдет севернее, там и сосредоточены основные силы артиллерии. После гибели Бульбанюка и Орлова командование погибающим батальоном берет на себя Ермаков. В живых остается только пятеро бойцов, с кем Ермаков и отправляется к Гуляеву, требуя встречи с Иверзевым. Комдив удивлен, то видит Ермакова в живых, он сообщает, что прибыло пополнение, и скоро будут сформированы новые батальоны. О гибели батальонов Бульбанюка и Орлова Иверзев приказывает написать подробную докладную. Но разве докладная воскресит погибших?