Эллис, быть может, ещё долго пробовала поймать счастье на танцах, перебиваясь скудным заработком подрабатывая у сквалыжной торговки по выходным, если бы не решение старшей сестры, списавшейся с заокеанским пастором, устроившим юной девушке билет в Новый Свет, материально поддерживавшим её поначалу и дальше, потом, когда от скромных дел та взялась за свое образование, входя в интерес и во вкус.
Так что это кино, вопреки многим версиям, не романтическая, а прагматическая и, вместе с тем, жизнеутверждающая история реализации мечты о личном счастье под покровом всем хорошо известной американской мечты, задвинутой здесь подальше, в глухой уголок, уступая место на авансцене внешнему и внутреннему преображению скромной девушки, встретившей, наконец того, кто смог её оценить.
Оценить стоит и саму Сиршу Ронан, героине которой предстоит пережить не одну серию перемен в знакомстве с жизнью и многими соведями, которые встретятся ей по пути, на корабельной палубе или в жилом пансионе, каждый со своими уроками и откровениями, делая её мудрее, шаг за шагом и по чуть-чуть, от одного эпизода к другому в компании замечательных актрис и актёров, в лице обаятельных Джулии Уолтерс и Джима Броадбента, которым для полного счастья нужен всего лишь один момент.
В фильме достаточно много разных моментов и, практически каждому артисту тут есть, что сказать, имея либо короткий монолог или несколько колких реплик, достаточных для нескольких характерных штрихов, проясняющих дела нынешние и судьбу минувшего, контрастно, выпукло и четко, как, впрочем, и вся окружающая их предметная среда, от ярких платьев до крутобоких автомобилей, в некоторых ракурсах приобретающих откровенно открыточный вид, начиная с той нарисованной перспективы Манхэттена, что открывается Эллис за дверью иммиграционной конторы на острове, носящим, вот совпадение, имя Эллис.
О, нет, каким бы ключевым ни было положение девушки — путешественницы, её жизнь — лишь часть многосторонней композиции, в которую помещены полюбивший Элллис работяга Тони, её оставшиеся на Родине мать и сестра, значение которых неожиданно возрастает к финалу этого фильма, представляющимся серьёзным этическим и нравственным испытанием для уже искушённой героини Сирши Ронан, которую жизнь берёт в ещё один крутой оборот, доводя историю до пика эмоционального напряжения, когда девушке приходится решать с кем быть или не быть.
И в этот момент проясняется значение всей предшествующей лирики, свиданий Эллис с Тони, в котором нашёл себя сдержанно-выдержанный Эмори Коэн, её восторженных глаз, его медленного осторожного говора, семейного обеда, простодушной болтовни девушек-подружек и детской искренности юного гения, колебания нерешительности, сомнений и долгой паузы, прежде, чем сказать решительно: «Да!».
Другой момент — когда очевидным становится прагматичный замысел одинокой матери, взявшейся устраивать жизнь дочери ради того, чтобы устроить свою, выстраивая комбинацию из неслучайных встреч и знакомств, сводя с нужными людьми и открывая широкие горизонты, кружа счастьем голову и сбивая восторгом с ног, всё время спотыкаясь о мысль про Тони, с которым у неё уже не земной уговор.
Видишь, появился другой, но, как кажется, со своим расчетом, положив глаз на ту, что расцвела не с ним, снова возвращая мыслью к прагматичности этой повести, где лишь несколько слов в прямую говорят о любви, но весь смысл — в правильности сделанного выбора и относительности удачи, которая пришла не здесь и не сейчас, а глубина — в мощном рывке, сделанном девушкой Эллис, познавшей цену себе и людям, блестяще осаживая негодяев, обретя в себе ту надёжность, к которой открыла путь ей сестра, роль и место которой начинает восприниматься совершенно иначе в свете эгоистичности отдельных людей.
Отсюда — мгновенно высвеченный нюанс: сестра подарила Эллис ту жизнь, которую хотела, но не могла прожить сама, что приходит не единственным озарением под занавес этой пьесы, большую часть набиравшей силу подобно кэмероновскому «Титанику» протекая на корабле под названием «Бруклин», вместо катастрофы в финале сталкиваясь с взрывом настоящих бальзаковских страстей, достойных блистательных романов великого французского классика.
Эллис, быть может, ещё долго пробовала поймать счастье на танцах, перебиваясь скудным заработком подрабатывая у сквалыжной торговки по выходным, если бы не решение старшей сестры, списавшейся с заокеанским пастором, устроившим юной девушке билет в Новый Свет, материально поддерживавшим её поначалу и дальше, потом, когда от скромных дел та взялась за свое образование, входя в интерес и во вкус. Так что это кино, вопреки многим версиям, не романтическая, а прагматическая и, вместе с тем, жизнеутверждающая история реализации мечты о личном счастье под покровом всем хорошо известной американской мечты, задвинутой здесь подальше, в глухой уголок, уступая место на авансцене внешнему и внутреннему преображению скромной девушки, встретившей, наконец того, кто смог её оценить. Оценить стоит и саму Сиршу Ронан, героине которой предстоит пережить не одну серию перемен в знакомстве с жизнью и многими соведями, которые встретятся ей по пути, на корабельной палубе или в жилом пансионе, каждый со своими уроками и откровениями, делая её мудрее, шаг за шагом и по чуть-чуть, от одного эпизода к другому в компании замечательных актрис и актёров, в лице обаятельных Джулии Уолтерс и Джима Броадбента, которым для полного счастья нужен всего лишь один момент. В фильме достаточно много разных моментов и, практически каждому артисту тут есть, что сказать, имея либо короткий монолог или несколько колких реплик, достаточных для нескольких характерных штрихов, проясняющих дела нынешние и судьбу минувшего, контрастно, выпукло и четко, как, впрочем, и вся окружающая их предметная среда, от ярких платьев до крутобоких автомобилей, в некоторых ракурсах приобретающих откровенно открыточный вид, начиная с той нарисованной перспективы Манхэттена, что открывается Эллис за дверью иммиграционной конторы на острове, носящим, вот совпадение, имя Эллис. О, нет, каким бы ключевым ни было положение девушки — путешественницы, её жизнь — лишь часть многосторонней композиции, в которую помещены полюбивший Элллис работяга Тони, её оставшиеся на Родине мать и сестра, значение которых неожиданно возрастает к финалу этого фильма, представляющимся серьёзным этическим и нравственным испытанием для уже искушённой героини Сирши Ронан, которую жизнь берёт в ещё один крутой оборот, доводя историю до пика эмоционального напряжения, когда девушке приходится решать с кем быть или не быть. И в этот момент проясняется значение всей предшествующей лирики, свиданий Эллис с Тони, в котором нашёл себя сдержанно-выдержанный Эмори Коэн, её восторженных глаз, его медленного осторожного говора, семейного обеда, простодушной болтовни девушек-подружек и детской искренности юного гения, колебания нерешительности, сомнений и долгой паузы, прежде, чем сказать решительно: «Да!». Другой момент — когда очевидным становится прагматичный замысел одинокой матери, взявшейся устраивать жизнь дочери ради того, чтобы устроить свою, выстраивая комбинацию из неслучайных встреч и знакомств, сводя с нужными людьми и открывая широкие горизонты, кружа счастьем голову и сбивая восторгом с ног, всё время спотыкаясь о мысль про Тони, с которым у неё уже не земной уговор. Видишь, появился другой, но, как кажется, со своим расчетом, положив глаз на ту, что расцвела не с ним, снова возвращая мыслью к прагматичности этой повести, где лишь несколько слов в прямую говорят о любви, но весь смысл — в правильности сделанного выбора и относительности удачи, которая пришла не здесь и не сейчас, а глубина — в мощном рывке, сделанном девушкой Эллис, познавшей цену себе и людям, блестяще осаживая негодяев, обретя в себе ту надёжность, к которой открыла путь ей сестра, роль и место которой начинает восприниматься совершенно иначе в свете эгоистичности отдельных людей. Отсюда — мгновенно высвеченный нюанс: сестра подарила Эллис ту жизнь, которую хотела, но не могла прожить сама, что приходит не единственным озарением под занавес этой пьесы, большую часть набиравшей силу подобно кэмероновскому «Титанику» протекая на корабле под названием «Бруклин», вместо катастрофы в финале сталкиваясь с взрывом настоящих бальзаковских страстей, достойных блистательных романов великого французского классика.