Таких небоскребов создатель планировал целых пять. Грандиозный, поражающий воображение проект. Ничего подобного индустриальный город еще не знал. В роскошных высотках и жизнь будет такой же — роскошной. Так хотел он, архитектор Ройял. Человек с говорящей «королевской» фамилией иронично открещивался от звания властителя умов жителей единственной достроенной высотки, но в глубине души, безусловно, видел себя эдаким английским царем Мидасом. Только вот руки господина Ройяла не создавали золото — они несли людям несчастье, тем более страшное, что все до последнего верили в иллюзию успешного сосуществования элиты с чернью. Каких-то несколько этажей отделяло первых от вторых, но между этими перекрытиями зияла гигантская пропасть — ментальная, эмоциональная, творческая. В сущности, все обитатели уникального небоскреба схожи были лишь в стремлении отдыхать и праздновать, но подобно пассажирам первого и третьего класса «Титаника», получалось это у них очень по-разному.
Роман знаменитого британского писателя Джеймса Балларда можно было перенести на экран только так, как это сделал Бен Уитли — максимально близко к тексту. Автор вложил в каждую страницу своего произведения собственный взгляд на то, способны ли объединенные безжизненными каменными стенами люди построить модель идеального общества в миниатюре, или обречены погрязнуть в своих страстях и нуждах? Все два часа фильма на экране под серым лондонским небом витает призрак плохо скрытой агрессии. «Верхам» удалось крепко поймать удачу за хвост, все их мысли сосредоточены лишь на том, в кого нарядиться на следующем бал-маскараде, который организуют радушные хозяева небоскреба. «Низы» же страдают от регулярных перебоев с электричеством, копят злобу и ненависть, а также пытаются найти себя в воспитании детей — маленьких жильцов, которые отсутствуют как класс на верхних этажах. Поражает то, что различные слои общества подобны разным ступеням эволюции человека, но эта странность не идет по значимости ни в какое сравнение с происшествием, равняющим всех одной гребенкой полного морального распада.
Уитли прилежен в красочной прорисовке людских грехов, главным из которых является похоть. Обезумевший от влечения человек и так обычно подобен оголодавшему зверю, но в «Высотке» достигнута, без преувеличения, полная инволюция. Показательно в этом плане, что типаж бунтаря, доставшийся Люку Эвансу, носит фамилию Уайлдер, т. е. «дикий». Человек, молящийся на висящее в его спальне фото Че Гевары, воплощает в своем необузданном лице дух первородного богоборчества. В роли «Всевышнего» выступает, само собой, всевластный архитектор Ройял, а вся его свита из чванливых богачей — своеобразные ангелы-отступники, избравшие страсти и порок вместо смирения и чистой веры. Проблема, однако, в том, что из Эванса не получился английский аналог товарища Че. Неудавшийся режиссер-документалист немногим лучше тех лощенных выродков, прогоняющих детей из бассейна, чтобы богачи в очередной раз «поразлагались». Уайлдер, что так рьяно берется изобличать сильных небоскреба сего, между тем, предельно далек от пропаганды семейных ценностей. Он бросает глубоко беременную жену, крутит шашни с местной «нежадной» красоткой и предстает в конечном итоге банальным обделенным, готовым впиться в глотку обидчикам не ради благой идеи, а ради удовлетворения тех же самых потребностей, что есть у власть имущих.
Самое любопытное, что главный герой этой драмы культурологического одичания предстает по-пушкински «лишним человеком». Персонаж Тома Хиддлстона — патологоанатом Лэнг — явился воплощением всем полезного, но, вместе с тем, и всем ненужного субъекта, чьей главной бедой стал номер этажа. Доктор оказался на самом стыке двух миров, что определило ему место в разворачивающемся классовом конфликте. Огорчает то обстоятельство, что в побуквенном следовании Балларду Бен Уитли практически не дал возможности актерам явить свой класс. При всех заметных попытках Хиддлстона утвердить своего героя харизматической единицей, на деле приходится наблюдать человека, весь фильм слоняющегося с двумя выражениями лица: сдержанно-радостным в духе: «о, они что, это все серьезно?» или же взволнованно-растерянным вроде: «господи, куда же я переселился вообще?» Пару раз за фильм ухоженный интеллигент блеснул знаменитой улыбкой Локи, но раскрыть интересный образ при таких режиссерских параметрах ему не удалось. Как ни крути, а простой, если не сказать примитивный, по набору качеств Уайлдер от Люка Эванса больше подошел к обстановке всеобщей деградации.
«Высотке» удалось главное — выделиться среди антиутопических лент своей сочной постмодернистской стилистикой. Бена Уитли немало покачало по штормящим волнам собственноручно созданного хаоса, основным цветом которого стал кроваво-красный. С момента первого крупного столкновения двух сословий фильм становится очень нелегко смотреть. Режиссер исключительно щедр на отвешивание тумаков своим героям и богат на различные каверзы, отчасти даже курьезные для столь респектабельного обиталища. Идейно картина сохранила все богатство, доставшееся ей от Джеймса Балларда, но чего-то развивающе-кинематографического оказалось маловато. Безусловно, для актеров, слишком крепко ассоциирующихся с комиксными и фэнтезийными героями, само участие в интересном проекте стало небольшим прорывом. Однако грандиозные лавры - не для «Высотки». Это неглупое, оригинальное кино, которому судьбою выпало вести нелегкую борьбу с собственной специфичностью.
Таких небоскребов создатель планировал целых пять. Грандиозный, поражающий воображение проект. Ничего подобного индустриальный город еще не знал. В роскошных высотках и жизнь будет такой же — роскошной. Так хотел он, архитектор Ройял. Человек с говорящей «королевской» фамилией иронично открещивался от звания властителя умов жителей единственной достроенной высотки, но в глубине души, безусловно, видел себя эдаким английским царем Мидасом. Только вот руки господина Ройяла не создавали золото — они несли людям несчастье, тем более страшное, что все до последнего верили в иллюзию успешного сосуществования элиты с чернью. Каких-то несколько этажей отделяло первых от вторых, но между этими перекрытиями зияла гигантская пропасть — ментальная, эмоциональная, творческая. В сущности, все обитатели уникального небоскреба схожи были лишь в стремлении отдыхать и праздновать, но подобно пассажирам первого и третьего класса «Титаника», получалось это у них очень по-разному. Роман знаменитого британского писателя Джеймса Балларда можно было перенести на экран только так, как это сделал Бен Уитли — максимально близко к тексту. Автор вложил в каждую страницу своего произведения собственный взгляд на то, способны ли объединенные безжизненными каменными стенами люди построить модель идеального общества в миниатюре, или обречены погрязнуть в своих страстях и нуждах? Все два часа фильма на экране под серым лондонским небом витает призрак плохо скрытой агрессии. «Верхам» удалось крепко поймать удачу за хвост, все их мысли сосредоточены лишь на том, в кого нарядиться на следующем бал-маскараде, который организуют радушные хозяева небоскреба. «Низы» же страдают от регулярных перебоев с электричеством, копят злобу и ненависть, а также пытаются найти себя в воспитании детей — маленьких жильцов, которые отсутствуют как класс на верхних этажах. Поражает то, что различные слои общества подобны разным ступеням эволюции человека, но эта странность не идет по значимости ни в какое сравнение с происшествием, равняющим всех одной гребенкой полного морального распада. Уитли прилежен в красочной прорисовке людских грехов, главным из которых является похоть. Обезумевший от влечения человек и так обычно подобен оголодавшему зверю, но в «Высотке» достигнута, без преувеличения, полная инволюция. Показательно в этом плане, что типаж бунтаря, доставшийся Люку Эвансу, носит фамилию Уайлдер, т. е. «дикий». Человек, молящийся на висящее в его спальне фото Че Гевары, воплощает в своем необузданном лице дух первородного богоборчества. В роли «Всевышнего» выступает, само собой, всевластный архитектор Ройял, а вся его свита из чванливых богачей — своеобразные ангелы-отступники, избравшие страсти и порок вместо смирения и чистой веры. Проблема, однако, в том, что из Эванса не получился английский аналог товарища Че. Неудавшийся режиссер-документалист немногим лучше тех лощенных выродков, прогоняющих детей из бассейна, чтобы богачи в очередной раз «поразлагались». Уайлдер, что так рьяно берется изобличать сильных небоскреба сего, между тем, предельно далек от пропаганды семейных ценностей. Он бросает глубоко беременную жену, крутит шашни с местной «нежадной» красоткой и предстает в конечном итоге банальным обделенным, готовым впиться в глотку обидчикам не ради благой идеи, а ради удовлетворения тех же самых потребностей, что есть у власть имущих. Самое любопытное, что главный герой этой драмы культурологического одичания предстает по-пушкински «лишним человеком». Персонаж Тома Хиддлстона — патологоанатом Лэнг — явился воплощением всем полезного, но, вместе с тем, и всем ненужного субъекта, чьей главной бедой стал номер этажа. Доктор оказался на самом стыке двух миров, что определило ему место в разворачивающемся классовом конфликте. Огорчает то обстоятельство, что в побуквенном следовании Балларду Бен Уитли практически не дал возможности актерам явить свой класс. При всех заметных попытках Хиддлстона утвердить своего героя харизматической единицей, на деле приходится наблюдать человека, весь фильм слоняющегося с двумя выражениями лица: сдержанно-радостным в духе: «о, они что, это все серьезно?» или же взволнованно-растерянным вроде: «господи, куда же я переселился вообще?» Пару раз за фильм ухоженный интеллигент блеснул знаменитой улыбкой Локи, но раскрыть интересный образ при таких режиссерских параметрах ему не удалось. Как ни крути, а простой, если не сказать примитивный, по набору качеств Уайлдер от Люка Эванса больше подошел к обстановке всеобщей деградации. «Высотке» удалось главное — выделиться среди антиутопических лент своей сочной постмодернистской стилистикой. Бена Уитли немало покачало по штормящим волнам собственноручно созданного хаоса, основным цветом которого стал кроваво-красный. С момента первого крупного столкновения двух сословий фильм становится очень нелегко смотреть. Режиссер исключительно щедр на отвешивание тумаков своим героям и богат на различные каверзы, отчасти даже курьезные для столь респектабельного обиталища. Идейно картина сохранила все богатство, доставшееся ей от Джеймса Балларда, но чего-то развивающе-кинематографического оказалось маловато. Безусловно, для актеров, слишком крепко ассоциирующихся с комиксными и фэнтезийными героями, само участие в интересном проекте стало небольшим прорывом. Однако грандиозные лавры - не для «Высотки». Это неглупое, оригинальное кино, которому судьбою выпало вести нелегкую борьбу с собственной специфичностью.