Рецензия на фильм Призраки Исмаэля от Kickingrussian

Les Fantomes d'Ismael
Оценка фильма
7 из 10

Никогда не возвращайся в прежние места

В "Призраках Исмаэля" французского режиссера Арно Деплешена ("Рождественская сказка", "Короли и королева"), которые открывали в этом году Каннский фестиваль, есть пара хороших цифр для любителей киноконспирологии. Сам фестиваль проводится уже в 70 раз, а четверть века назад Деплешен первый раз попал в его основную программу с лентой "Часовой". В новейшей ленте нет ни малейшего намека на академизм и бронзу юбилея, потому что режиссеру нравится снимать кино с очень своеобразной подачей материала, где нарушаются традиционные законы, отсутствует жанр, отклонения от сюжета становятся авторской иронией на темы кинопроизводства и меняют тон повествования. Загадкой Деплешена остается мастерство сочетания кинобеллетристики, когда снимается, без всякого преувеличения, несколько фильмов в одном, превосходной игры актеров и щедрой демонстрации идей и цитат. "Призраки Исмаэля" можно разместить в нише психологического триллера, который примерно в равных долях сочетает настроение "8 с половиной" Феллини и "Возвращения" Альмодавара с типично французской порцией неровных и отчасти странных отношений. Как Деплешен вообще это делает непонятно, тем не менее, демонстрация нервных срывов главных героев сочетается с материалом шпионского боевика, пародирующего бондиану, а глубокий кризис художника и человека толкает его на импровизацию с участием боевого оружия.

Трое главных героев "Призраков Исмаэля" должны составить обычный любовный треугольник, но роли звезд европейского кинематографа Матьё Амальрика ("Образцовые семьи", "Венера в мехах"), Шарлотты Генсбур ("21 грамм", "Нимфоманка") и Марион Котийяр ("Союзники", "Макбет") - это роли именно узлов, которые не позволяют развалиться истории и делают повествование свободно моделируемым и лишенным линейности. В этой ленте нет ярко выраженных вершин в отношениях и нет борьбы за мужчину в традиционном смысле этой фразы, из-за этого очевидна заслуга Деплешена, который способен на многомерное представление собственного опыта на экране. Когда два десятка лет назад еще молодой кинорежиссер Исмаэль Вуйар (Амальрик) потерял такую же юную жену Карлотту (Котийяр), которая просто пропала без вести, без причин и без объяснений, он безумно горевал о своей первой большой любви. Для героя Амальрика, ведущего далекий от здорового образ жизни, характерно именно формальное саморазрушение, из которого его вытягивает астрофизик Сильвия (Генсбур), сочетающая в себе нехарактерные для синего чулка ум и красоту. Линия главного героя предельно проста и вполне укладывается в поиск своеобразной зоны комфорта для творчества, некой жизненной тени, которую будет давать другой человек. Карлотта для этого была малопригодна в силу возраста и жизненного опыта, но ее отец, известный кинорежиссер Генри (Ласло Сабо), вполне годился на роль мудрого баобаба для Исмаэля даже после пропажи дочери. Сильвия принимает эту эстафету, обладая опытом и мудростью, и превращает разваливающегося старика в соответствующего возрасту мужчину средних лет.

Подобно призраку из недорого хоррора, Карлотта врывается в жизнь Сильвии и Исмаэля в момент семейной пляжной идиллии и создает большой всплеск в отношениях практически до самых титров в финале. Надо отдать должное для еще одного киноконспирологического факта: Котийяр пару десятков лет назад снялась у Депешлена в эпизоде его "Как я обсуждал... (мою сексуальную жизнь)". Две абсолютно разные женщины пытаются подружиться, хотя возможна ли дружба между двумя пассиями, бывшей и настоящей? Этот вопрос в "Призраках Исмаэля" Деплешен решает в виде конкуренции между плотью и интеллектом, причем блицкриг Карлотты в виде ее возвращения ставит на грань катастрофы всех участников основной истории. Она, как дитя цветов, вне социализации, они же - в жестких тисках профессиональных каст, несмотря на всю свободу творческих профессий. Сложно не отметить своеобразное творческое селфи режиссера, который отправляет Исмаэля в его родной городок на севере Франции для преодоления возникшего кризиса. Не надо думать, что герой Амальрика какой-то рафинированный представитель авторского кино, наоборот, Исмаэль - винтик продюсерского механизма, талантливый воплотитель шпионских историй умеренного успеха и популярности. Свои неосуществленные мечты он выносит на экран и это уже совсем другое кино, которое многое говорит об авторе через его героя Ивана Дедалуса (Луи Гаррель, "Все песни только о любви", "Мечтатели"), аккумулирующем в себе все штампы и клише. Великолепная сцена с другом и продюсером Жю (Ипполит Жирардо, "Модильяни", "Манон с источника") иронично иллюстрирует процесс рождения фильмов, когда эксцентричный Исмаэль демонстрирует все повороты сюжета своего нового продукта и где раздается практически чеховский выстрел.

Интерес к "Призракам Исмаэля" может еще вызвать свободное обращение с формой, когда на экране появляются источники вдохновения Деплешена в виде работ Поллока и Пикассо. Финалом, решенным в лучших традициях мелодрамы, режиссеру удается разыграть и разочаровать зрителя, создавая ощущение, подобному от просмотра книжки-игрушки, где много забавного и которую можно смотреть подобно "Призракам Исмаэля" практически с любого места. Когда Деплешен сочетает психологическую мозаику в стиле Бергмана, почти хичкоковскую романтичную тайну и саспенс триллера от Полански, то это больше показывает стремление продемонстрировать энциклопедизм профессионала и его желание повеселиться от души над всеми, чем серьезную программную работу. Но снимать такие озорные фильмы для киноманов - задача архисложная, поэтому "Призраки Исмаэля" Деплешена скорее повод выразить себя и свое отношение к профессии и искусству вообще, упражнение, сделанное для развлечения и показывающее безупречный вкус. Пожалуй, это лучший сезонный представитель артхауса за весь летний период.
3

Все комментарии

Оформить подписку