На Брэда что-то нашло. Надо ехать с сыном по колледжам, а в голову лезут мрачные сомнения, и накрывает волна депрессии от разочарования в себе, как ему кажется, начисто проигрывающему своим успешным в делах однокашникам, чьи имена мелькают в газетных статьях, а фотографии украшают обложки престижных глянцевых журналов, на фоне которых его, Брэда, работа выглядит неприятной вознёй, сея в нём недовольство и раздражение. Тем ли он занимался, так ли всё делал? Почему не преуспел, тогда как друзья добились удачи?
Будет время вспомнить, что режиссёру фильма, Майклу Уайту, как и главному герою этой картины, сорок семь лет, впрочем, сам режиссёр намекнёт на это намного позже, пробросив правду в одной из потайных шуток, раскрывающихся лишь для знакомых с предметом зрителей, которым легко достанутся связи и параллели образов бизнесменов и политиков, проявляющиеся в повадках и поступках персонажей горьких мыслей несчастного Брэда, лишившегося юношеской прыти и спокойного сна.
В ряду шуток Уайта стоит и выбор Бена Стиллера на роль Брэда Слоуна, где актёр помещён в совершенно не свойственную ему среду интеллектуального юмора, рассчитанного на взаимодействие с аудиторией, способной распознать и оценить смысловые ориентиры глубокомысленных реплик, вроде той, когда приятель, упрекая друга, корит его за то, что вместо Вашингтона он поселился в Сакраменто, что должно задеть обитателей столицы роскошной Калифорнии не меньше, чем недовольство Брэда их прижимистостью — детальное препарирование ситуаций за пределами Штатов будет доступно немногим, что лишит их возможного удовольствия от просмотра, однако всякий наблюдатель должен будет оценить неожиданно драматичный образ поедающего себя поедом «неудачника», прикрывающего нравственно-этические формулы режиссёра, выворачивающего наизнанку эталоны достатка и достаточности, сверяя их на рубеже разных поколений.
Сыновья доля Остина Абрамса не столь сложна, как отцовские муки Стиллера, но его достоинством является качественное партнёрство, гармонирующее с прочностью творческих кондиций, в комбинации с парой подруг представляющего связь начала и продолжения, вскрывая критический настрой и психоаналитику Уайта, взявшегося развенчивать стереотипы, не выдвигая при этом новаторских приёмов и свежих предложений, склонный к правилам банальных признаний и просветлений, что достаточно явно отделяет традиционалистскую форму фильма от его остроумного содержания, включающего несколько уровней социального моделирования, с попыткой оправданного временем переосмысления условий необходимого и должного, дорогого и бесценного, ошибочного и верного, определяющих индивидуальность счастья, выкованного не по чужой мерке, а таким, как ты сам того захотел.
На Брэда что-то нашло. Надо ехать с сыном по колледжам, а в голову лезут мрачные сомнения, и накрывает волна депрессии от разочарования в себе, как ему кажется, начисто проигрывающему своим успешным в делах однокашникам, чьи имена мелькают в газетных статьях, а фотографии украшают обложки престижных глянцевых журналов, на фоне которых его, Брэда, работа выглядит неприятной вознёй, сея в нём недовольство и раздражение. Тем ли он занимался, так ли всё делал? Почему не преуспел, тогда как друзья добились удачи? Будет время вспомнить, что режиссёру фильма, Майклу Уайту, как и главному герою этой картины, сорок семь лет, впрочем, сам режиссёр намекнёт на это намного позже, пробросив правду в одной из потайных шуток, раскрывающихся лишь для знакомых с предметом зрителей, которым легко достанутся связи и параллели образов бизнесменов и политиков, проявляющиеся в повадках и поступках персонажей горьких мыслей несчастного Брэда, лишившегося юношеской прыти и спокойного сна. В ряду шуток Уайта стоит и выбор Бена Стиллера на роль Брэда Слоуна, где актёр помещён в совершенно не свойственную ему среду интеллектуального юмора, рассчитанного на взаимодействие с аудиторией, способной распознать и оценить смысловые ориентиры глубокомысленных реплик, вроде той, когда приятель, упрекая друга, корит его за то, что вместо Вашингтона он поселился в Сакраменто, что должно задеть обитателей столицы роскошной Калифорнии не меньше, чем недовольство Брэда их прижимистостью — детальное препарирование ситуаций за пределами Штатов будет доступно немногим, что лишит их возможного удовольствия от просмотра, однако всякий наблюдатель должен будет оценить неожиданно драматичный образ поедающего себя поедом «неудачника», прикрывающего нравственно-этические формулы режиссёра, выворачивающего наизнанку эталоны достатка и достаточности, сверяя их на рубеже разных поколений. Сыновья доля Остина Абрамса не столь сложна, как отцовские муки Стиллера, но его достоинством является качественное партнёрство, гармонирующее с прочностью творческих кондиций, в комбинации с парой подруг представляющего связь начала и продолжения, вскрывая критический настрой и психоаналитику Уайта, взявшегося развенчивать стереотипы, не выдвигая при этом новаторских приёмов и свежих предложений, склонный к правилам банальных признаний и просветлений, что достаточно явно отделяет традиционалистскую форму фильма от его остроумного содержания, включающего несколько уровней социального моделирования, с попыткой оправданного временем переосмысления условий необходимого и должного, дорогого и бесценного, ошибочного и верного, определяющих индивидуальность счастья, выкованного не по чужой мерке, а таким, как ты сам того захотел.