Наверно, есть иные случаи, когда трудно складывающиеся переговоры между теми, кто враждует друг с другом и вообще воспринимает противоположную сторону в качестве «вечного соперника», с которым вообще не может быть никакого соглашения о сотрудничестве. Но действительно перманентная ситуация с противостоянием Израиля и Палестины принадлежит к уникальным - и мирного разрешения даже нельзя себе представить. Однако в конце 1992 года Мона Юуль, чиновница из норвежского Министерства иностранных дел, вместе со своим мужем, социологом Терье Рёд-Ларсеном, попыталась устроить в Лондоне первые частные встречи между представителями израильской и палестинской общественности, чтобы потом в Осло провести несколько тайных переговоров уже с участием политических деятелей из двух враждебных лагерей. А итогом стало подписание Декларации принципов о временных мерах самоуправления, что было окончательно подтверждено в сентябре 1993 года на лужайке Белого дома в Вашингтоне, где присутствовали Ицхак Рабин, премьер-министр Израиля, и Ясир Арафат, председатель Организации Освобождения Палестины.
Знание исторического контекста того, что происходит в пьесе «Осло» Дж.Т. Роджерса и одноимённом телефильме Бартлета Шера, театрального постановщика, дебютировавшего с этой экранизацией, является желательным, но вовсе не обязательным. Поскольку можно следить не без определённого интереса, как те, кто не хочет подать руки при встрече и вообще впервые увидел перед собой живьём ненавистного представителя иной нации, нервно споря и порой чуть ли не вступая в драку, постепенно находят какие-то точки пересечения и начинают лучше понимать друг друга.
И особенно любопытно, что в этой «подковёрной дипломатии», явно противоположной по отношению к типичной «подковёрной борьбе», свою неожиданную роль вольных и невольных помощников того, чтобы ярые противники вдруг обрели хотя бы человеческое взаимопонимание (а вот с политическим примирением куда сложнее!), играют вполне простые люди - например, кухарка в загородном замке в Норвегии. Как ни парадоксально, именно таким необычным образом оказывается верной фраза «любая кухарка может управлять государством», приписываемая Ленину. Чего уж говорить о рискующей своим положением в министерстве (в случае провала «секретной миссии») молодая женщина Мона Юуль, которой довелось побывать под обстрелом в Секторе Газа и увидеть воочию не только гибель мирных граждан, но и столкновение лицом к лицу двух парней, израильтянина и палестинца, не очень-то желающих убивать своего ровесника.
Лента Шера, который ранее ставил эту пьесу на Бродвее (кстати, она отмечена престижной премией «Тони»), будучи в полтора раза короче по хронометражу, вроде бы сохраняет приметы театрального действия, чаще всего замкнутого в четырёх стенах. Но надо отдать должное начинающему кинорежиссёру (пусть это - телепродукция), умеющему увлечь живым рассказом о далёких для большинства зрителей проблемах. Впрочем, бесконечный израильско-палестинский конфликт, ныне вспыхнувший с новой силой, проецируется без особых усилий на другие ситуации острого противостояния народов и стран. Каждый способен подставить под это нечто схожее.
Наверно, есть иные случаи, когда трудно складывающиеся переговоры между теми, кто враждует друг с другом и вообще воспринимает противоположную сторону в качестве «вечного соперника», с которым вообще не может быть никакого соглашения о сотрудничестве. Но действительно перманентная ситуация с противостоянием Израиля и Палестины принадлежит к уникальным - и мирного разрешения даже нельзя себе представить. Однако в конце 1992 года Мона Юуль, чиновница из норвежского Министерства иностранных дел, вместе со своим мужем, социологом Терье Рёд-Ларсеном, попыталась устроить в Лондоне первые частные встречи между представителями израильской и палестинской общественности, чтобы потом в Осло провести несколько тайных переговоров уже с участием политических деятелей из двух враждебных лагерей. А итогом стало подписание Декларации принципов о временных мерах самоуправления, что было окончательно подтверждено в сентябре 1993 года на лужайке Белого дома в Вашингтоне, где присутствовали Ицхак Рабин, премьер-министр Израиля, и Ясир Арафат, председатель Организации Освобождения Палестины. Знание исторического контекста того, что происходит в пьесе «Осло» Дж.Т. Роджерса и одноимённом телефильме Бартлета Шера, театрального постановщика, дебютировавшего с этой экранизацией, является желательным, но вовсе не обязательным. Поскольку можно следить не без определённого интереса, как те, кто не хочет подать руки при встрече и вообще впервые увидел перед собой живьём ненавистного представителя иной нации, нервно споря и порой чуть ли не вступая в драку, постепенно находят какие-то точки пересечения и начинают лучше понимать друг друга. И особенно любопытно, что в этой «подковёрной дипломатии», явно противоположной по отношению к типичной «подковёрной борьбе», свою неожиданную роль вольных и невольных помощников того, чтобы ярые противники вдруг обрели хотя бы человеческое взаимопонимание (а вот с политическим примирением куда сложнее!), играют вполне простые люди - например, кухарка в загородном замке в Норвегии. Как ни парадоксально, именно таким необычным образом оказывается верной фраза «любая кухарка может управлять государством», приписываемая Ленину. Чего уж говорить о рискующей своим положением в министерстве (в случае провала «секретной миссии») молодая женщина Мона Юуль, которой довелось побывать под обстрелом в Секторе Газа и увидеть воочию не только гибель мирных граждан, но и столкновение лицом к лицу двух парней, израильтянина и палестинца, не очень-то желающих убивать своего ровесника. Лента Шера, который ранее ставил эту пьесу на Бродвее (кстати, она отмечена престижной премией «Тони»), будучи в полтора раза короче по хронометражу, вроде бы сохраняет приметы театрального действия, чаще всего замкнутого в четырёх стенах. Но надо отдать должное начинающему кинорежиссёру (пусть это - телепродукция), умеющему увлечь живым рассказом о далёких для большинства зрителей проблемах. Впрочем, бесконечный израильско-палестинский конфликт, ныне вспыхнувший с новой силой, проецируется без особых усилий на другие ситуации острого противостояния народов и стран. Каждый способен подставить под это нечто схожее.