Политический триллер «Секретный агент» вызвал ажиотаж в Бразилии, да и в других странах картину смотрели с энтузиазмом. Достаточно упомянуть, что в премьерный уикенд посещаемость в национальном кинопрокате составила 273 тысячи зрителей – выше, чем у параллельно стартовавшего голливудского научно-фантастического боевика «Хищник: Планета смерти» /2025/! Для Клебера Мендонсы Филью кассовые сборы в размере $22,5 млн. (при производственном бюджете порядка $5 млн.) стали персональным рекордом. Это достижение представляется, пожалуй, не менее значимым, чем мощный художественный резонанс. Разумеется, присуждение сразу трёх наград на престижном Каннском МКФ (1), несколько номинаций на «Оскар», «Золотой глобус» и т.д. заинтригуют всякого, кто интересуется серьёзным кинематографом. Другое дело – рядовые зрители, которые бы вряд ли массово отправились на сеансы, если б фильм не затрагивал по-настоящему злободневную, не оставляющую равнодушным тему. Особенно в ситуации, когда (как грустно шутят авторы) многие кинотеатры давно переоборудованы под совсем иные – не связанные с искусством – нужды.
Повествование начинается с парадоксального, если не вопиюще абсурдного, инцидента. Автомобилист останавливается на автозаправке – и с ужасом замечает лежащего под открытым небом покойника, наспех прикрытого. Работник АЗС просит клиента не беспокоиться, поясняя, что того застрелили при попытке ограбления и что полиция уведомлена (правда, вот уже несколько дней не может прибыть на место происшествия). Дальше – больше. Внимание проезжавших мимо патрульных привлекает не валяющийся на земле труп, начавший разлагаться и притягивающий стаи бродячих собак, а машина, с водителя которой доблестные стражи порядка норовят вытянуть взятку. Незнакомец отделывается лёгким испугом, но… нетрудно представить себе, какое первое впечатление у него останется от города Ресифи.
Вступительный эпизод выполняет функции экспозиции, помимо представления главного героя – замечательно погружая нас в эмоциональную атмосферу действия. Позволяет прочувствовать, каково придётся Арманду Солимоешу. Мало-помалу выясняется, что он не просто приехал забрать маленького сына Фернанду, которого после смерти супруги Фатимы Насименто воспитывали пожилые тесть с тёщей. Цель мужчины, временно взявшего себе другое имя, Марсело, – найти сведения о покойной матери, чему должна поспособствовать служба в городском бюро по выдаче удостоверений личности. Ситуацию осложняет принадлежность Солимоеша к «политически неблагонадёжным» кругам: на физическую ликвидацию беглого университетского профессора выдан заказ двум наёмным убийцам.
Разумеется, соотечественникам режиссёра-сценариста проще считывать прозрачные (нередко – язвительные) намёки, щедро разбросанные на протяжении повествования. Полагаю, сенсационное газетное сообщение о почти сотне человеческих жертв во время карнавала они не приняли за чистую монету. Речь идёт, конечно же, о терроре, осуществлённом карательными отрядами под прикрытием пышного, жизнерадостного праздненства. Да и причудливая находка (человеческая нога в желудке пойманной тигровой акулы) неспроста вынудила Серхио и Арлиндо, детей начальника местной гражданской полиции Эуклидеса, подменить в морге улику. Пресса тут же начала резвиться, опубликовав серию ехидных статей об ожившей (и учинившей бесчинства) части тела. Всё это волей-неволей воспринимается с долей юмора – но лишь до появления в бюро Вильмара, привлечённого киллерами (так сказать, по субподряду) для непосредственной ликвидации Арманду.
Мендонса Филью (вообще-то правильнее – Мендонса-сын или Мендонса-младший) никогда не уклонялся от участия в идеологической борьбе, что, в частности, косвенно отразилось на судьбе его предыдущего игрового фильма, «Бакурау» /2019/. На сей раз кинематографист прямо обращается к недавнему прошлому, призывая вспомнить о печальном опыте пребывания страны под пятой военной диктатуры. Вместе с тем он нашёл не такую простую и однозначную метафору, как, допустим, аргентинец Хуан Хосе Кампанелья в пронзительной драме (тоже с элементами саспенса) «Тайна в его глазах» /2009/. Рискну предположить, что Клебера, родившегося именно в Ресифи в 1968-м году (то есть являющегося ровесником юного Фернанду), уязвляет до глубины души равнодушное отношение современников к тому периоду существования отчизны, который в своих худших проявлениях грозит вернуться. Достаточно лишь ослабить бдительность – и хлипкие демократические институты будут в мгновенье ока снесены…
Режиссёр-сценарист прибегает к необычному драматургическому решению, оставив гибель Арманду за кадром: мы узнаём о расправе лишь по заметке (очевидно, тенденциозной, насквозь лживой), обнаруженной современной исследовательницей. И это при том, что напряжённой (достойной таланта Альфреда Хичкока!) кульминацией фильма стало совершение Вильмаром покушения с последующим его преследованием заказчиком по людным улицам. Но гораздо сильнее удивляет категорическое нежелание сына профессора погружаться в прошлое. Фернанду (кстати, сыгранный тем же популярным актёром – Вагнером Моурой) давно вырос, выучился на врача и трудится в пункте сдачи крови, открытом в здании кинотеатра, где работал автомехаником его дедушка. Живёт и, как говорится, в ус не дует. Во всяком случае делает вид.
Кстати, кинематографические отсылки – не просто дань режиссёра, начинавшего на ниве кинокритики, своей первой профессии. В подборке фотографий соседствуют кадры из «Рабыни Изауры» /1976-1977/ и «Лусиу Флавиу, агонизирующего пассажира» /1977/, кошмары из «Челюстей» /1975/ и «Омена» /1976/ словно материализуются, и даже ироническое название навеяно рекламным роликом пародии «Великолепный» /1973/, где вымышленного секретного агента сыграл Жан-Поль Бельмондо. Целлулоидные грёзы основательно вытеснили из памяти куда как реальные ужасы, которые на самом-то деле – въелись Солимоешу-сыну (и миллионам его повзрослевших сверстников) в кровь.
_______
1 – Премии за лучшую режиссуру и исполнение мужской роли в основном конкурсе, а также приз ФИПРЕССИ (международной федерации кинопрессы).
Политический триллер «Секретный агент» вызвал ажиотаж в Бразилии, да и в других странах картину смотрели с энтузиазмом. Достаточно упомянуть, что в премьерный уикенд посещаемость в национальном кинопрокате составила 273 тысячи зрителей – выше, чем у параллельно стартовавшего голливудского научно-фантастического боевика «Хищник: Планета смерти» /2025/! Для Клебера Мендонсы Филью кассовые сборы в размере $22,5 млн. (при производственном бюджете порядка $5 млн.) стали персональным рекордом. Это достижение представляется, пожалуй, не менее значимым, чем мощный художественный резонанс. Разумеется, присуждение сразу трёх наград на престижном Каннском МКФ (1), несколько номинаций на «Оскар», «Золотой глобус» и т.д. заинтригуют всякого, кто интересуется серьёзным кинематографом. Другое дело – рядовые зрители, которые бы вряд ли массово отправились на сеансы, если б фильм не затрагивал по-настоящему злободневную, не оставляющую равнодушным тему. Особенно в ситуации, когда (как грустно шутят авторы) многие кинотеатры давно переоборудованы под совсем иные – не связанные с искусством – нужды. Повествование начинается с парадоксального, если не вопиюще абсурдного, инцидента. Автомобилист останавливается на автозаправке – и с ужасом замечает лежащего под открытым небом покойника, наспех прикрытого. Работник АЗС просит клиента не беспокоиться, поясняя, что того застрелили при попытке ограбления и что полиция уведомлена (правда, вот уже несколько дней не может прибыть на место происшествия). Дальше – больше. Внимание проезжавших мимо патрульных привлекает не валяющийся на земле труп, начавший разлагаться и притягивающий стаи бродячих собак, а машина, с водителя которой доблестные стражи порядка норовят вытянуть взятку. Незнакомец отделывается лёгким испугом, но… нетрудно представить себе, какое первое впечатление у него останется от города Ресифи. Вступительный эпизод выполняет функции экспозиции, помимо представления главного героя – замечательно погружая нас в эмоциональную атмосферу действия. Позволяет прочувствовать, каково придётся Арманду Солимоешу. Мало-помалу выясняется, что он не просто приехал забрать маленького сына Фернанду, которого после смерти супруги Фатимы Насименто воспитывали пожилые тесть с тёщей. Цель мужчины, временно взявшего себе другое имя, Марсело, – найти сведения о покойной матери, чему должна поспособствовать служба в городском бюро по выдаче удостоверений личности. Ситуацию осложняет принадлежность Солимоеша к «политически неблагонадёжным» кругам: на физическую ликвидацию беглого университетского профессора выдан заказ двум наёмным убийцам. Разумеется, соотечественникам режиссёра-сценариста проще считывать прозрачные (нередко – язвительные) намёки, щедро разбросанные на протяжении повествования. Полагаю, сенсационное газетное сообщение о почти сотне человеческих жертв во время карнавала они не приняли за чистую монету. Речь идёт, конечно же, о терроре, осуществлённом карательными отрядами под прикрытием пышного, жизнерадостного праздненства. Да и причудливая находка (человеческая нога в желудке пойманной тигровой акулы) неспроста вынудила Серхио и Арлиндо, детей начальника местной гражданской полиции Эуклидеса, подменить в морге улику. Пресса тут же начала резвиться, опубликовав серию ехидных статей об ожившей (и учинившей бесчинства) части тела. Всё это волей-неволей воспринимается с долей юмора – но лишь до появления в бюро Вильмара, привлечённого киллерами (так сказать, по субподряду) для непосредственной ликвидации Арманду. Мендонса Филью (вообще-то правильнее – Мендонса-сын или Мендонса-младший) никогда не уклонялся от участия в идеологической борьбе, что, в частности, косвенно отразилось на судьбе его предыдущего игрового фильма, «Бакурау» /2019/. На сей раз кинематографист прямо обращается к недавнему прошлому, призывая вспомнить о печальном опыте пребывания страны под пятой военной диктатуры. Вместе с тем он нашёл не такую простую и однозначную метафору, как, допустим, аргентинец Хуан Хосе Кампанелья в пронзительной драме (тоже с элементами саспенса) «Тайна в его глазах» /2009/. Рискну предположить, что Клебера, родившегося именно в Ресифи в 1968-м году (то есть являющегося ровесником юного Фернанду), уязвляет до глубины души равнодушное отношение современников к тому периоду существования отчизны, который в своих худших проявлениях грозит вернуться. Достаточно лишь ослабить бдительность – и хлипкие демократические институты будут в мгновенье ока снесены… Режиссёр-сценарист прибегает к необычному драматургическому решению, оставив гибель Арманду за кадром: мы узнаём о расправе лишь по заметке (очевидно, тенденциозной, насквозь лживой), обнаруженной современной исследовательницей. И это при том, что напряжённой (достойной таланта Альфреда Хичкока!) кульминацией фильма стало совершение Вильмаром покушения с последующим его преследованием заказчиком по людным улицам. Но гораздо сильнее удивляет категорическое нежелание сына профессора погружаться в прошлое. Фернанду (кстати, сыгранный тем же популярным актёром – Вагнером Моурой) давно вырос, выучился на врача и трудится в пункте сдачи крови, открытом в здании кинотеатра, где работал автомехаником его дедушка. Живёт и, как говорится, в ус не дует. Во всяком случае делает вид. Кстати, кинематографические отсылки – не просто дань режиссёра, начинавшего на ниве кинокритики, своей первой профессии. В подборке фотографий соседствуют кадры из «Рабыни Изауры» /1976-1977/ и «Лусиу Флавиу, агонизирующего пассажира» /1977/, кошмары из «Челюстей» /1975/ и «Омена» /1976/ словно материализуются, и даже ироническое название навеяно рекламным роликом пародии «Великолепный» /1973/, где вымышленного секретного агента сыграл Жан-Поль Бельмондо. Целлулоидные грёзы основательно вытеснили из памяти куда как реальные ужасы, которые на самом-то деле – въелись Солимоешу-сыну (и миллионам его повзрослевших сверстников) в кровь. _______ 1 – Премии за лучшую режиссуру и исполнение мужской роли в основном конкурсе, а также приз ФИПРЕССИ (международной федерации кинопрессы).