Грузин Бенжамен Глонти, «гуляка праздный» и Человек
Фильм «Не горюй!» — не столь популярный, как другие работы Георгия Данелии: «Мимино», «Афоня», «Осенний марафон», «Кин-дза-дза»... Это экранизация романа французского писателя Клода Тилье (начало XIX в.), действие перенесено в Грузию конца XIX в. Поначалу фильм кажется фольклорной опереттой: под веселую песню, прикладываясь к бурдюку с вином и обмениваясь шутками с попутчиком, отучившийся в Петербурге юный врач Бенжамен Глонти возвращается домой, где, конечно же, его ждут новые застолья с песнями и лезгинкой. Но неунывающему герою предстоит пройти через испытания — и в них зрителю открываются новые грани его характера. Это и достоинство — герой в исполнении Вахтанга Кикабидзе не может не отомстить за нанесенное ему оскорбление, и благородство — Бенжамен интересуется, нравится ли он девушке, за которую его сватают, прежде чем принять решение о женитьбе, и нестяжательство — доктор, за которым охотится кредитор, готов оплатить лекарства для женщины из бедной семьи. И конечно, талант друга — не случайно его так ценит старший друг, богатый лекарь Леван Цинцадзе (в исполнении Серго Закариадзе). Да и врач Бенико неплохой, судя по немногочисленным эпизодам, где показана его практика. После пройденных испытаний в характере неунывающего доктора, как поначалу кажется — стопроцентно опереточного персонажа, открывается глубина. Именно он на последнем торжественном обеде своего друга, затрудняясь найти слова, поет песню «Ты есть лоза» («Шен хар венахи» — старинная грузинская песня — обращение к Богородице, является одной из молитв и одновременно может исполняться как хоровая застольная песня). И друг, которому осталось жить несколько дней, уходит умиротворенным. А поступок доктора Глонти в конце фильма вряд ли оставить зрителя равнодушным. Это поступок Человека, а не опереточного гуляки.
Тем не менее в конце фильма звучит та же веселая песенка, что и в начале: испытания — не повод быть мрачным, радость жизни — благодарность ей. И даже к смерти можно относиться с улыбкой — не отрицая неизбежности ее прихода. Внешняя легкость, за которой глубина и сила — такой видел душу народа Георгий Данелия. И сегодня, на фоне геополитических и прочих распрей между представителями бывших республик большой страны, этот фильм звучит современно. Ведь народ не может быть плохим, что бы там ни говорили отдельные его представители. Наверное, не случайно в далеком 1970-м картина получила Специальный приз за лучший фольклорный фильм на X МКФ в Мар-дель-Плата в Аргентине.
Фильм «Не горюй!» — не столь популярный, как другие работы Георгия Данелии: «Мимино», «Афоня», «Осенний марафон», «Кин-дза-дза»... Это экранизация романа французского писателя Клода Тилье (начало XIX в.), действие перенесено в Грузию конца XIX в. Поначалу фильм кажется фольклорной опереттой: под веселую песню, прикладываясь к бурдюку с вином и обмениваясь шутками с попутчиком, отучившийся в Петербурге юный врач Бенжамен Глонти возвращается домой, где, конечно же, его ждут новые застолья с песнями и лезгинкой. Но неунывающему герою предстоит пройти через испытания — и в них зрителю открываются новые грани его характера. Это и достоинство — герой в исполнении Вахтанга Кикабидзе не может не отомстить за нанесенное ему оскорбление, и благородство — Бенжамен интересуется, нравится ли он девушке, за которую его сватают, прежде чем принять решение о женитьбе, и нестяжательство — доктор, за которым охотится кредитор, готов оплатить лекарства для женщины из бедной семьи. И конечно, талант друга — не случайно его так ценит старший друг, богатый лекарь Леван Цинцадзе (в исполнении Серго Закариадзе). Да и врач Бенико неплохой, судя по немногочисленным эпизодам, где показана его практика. После пройденных испытаний в характере неунывающего доктора, как поначалу кажется — стопроцентно опереточного персонажа, открывается глубина. Именно он на последнем торжественном обеде своего друга, затрудняясь найти слова, поет песню «Ты есть лоза» («Шен хар венахи» — старинная грузинская песня — обращение к Богородице, является одной из молитв и одновременно может исполняться как хоровая застольная песня). И друг, которому осталось жить несколько дней, уходит умиротворенным. А поступок доктора Глонти в конце фильма вряд ли оставить зрителя равнодушным. Это поступок Человека, а не опереточного гуляки. Тем не менее в конце фильма звучит та же веселая песенка, что и в начале: испытания — не повод быть мрачным, радость жизни — благодарность ей. И даже к смерти можно относиться с улыбкой — не отрицая неизбежности ее прихода. Внешняя легкость, за которой глубина и сила — такой видел душу народа Георгий Данелия. И сегодня, на фоне геополитических и прочих распрей между представителями бывших республик большой страны, этот фильм звучит современно. Ведь народ не может быть плохим, что бы там ни говорили отдельные его представители. Наверное, не случайно в далеком 1970-м картина получила Специальный приз за лучший фольклорный фильм на X МКФ в Мар-дель-Плата в Аргентине.