Тема рая и того, что происходит с душой после смерти, интересовала кинематографистов, начиная с классических ныне лент «Усталая смерть» (1921) Фрица Ланга и «Возницы» (1920) Виктора Шёстрёма и заканчивая драмами «Шестое чувство», «Куда приводят мечты» и «Милые кости». Мистическая мелодрама «Город ангелов» идет по стопам философии «Неба над Берлином», но осмысляет историю любви ангела к земной женщине на свой лад.
Во-первых, режиссер заливает пространство экрана солнцем и теплом. Словно опоенная отваром из осенних листьев, атмосфера лучится и светится.
Во-вторых, он выбирает на главные роли актеров, у которых, на первый взгляд, мало притяжения: Мег Райан – кудрявая хохотушка, вечная напарница Тома Хэнкса в неуклюжих и домашних до одури комедиях плюс Николас Кейдж, сыгравший на тот момент в нескольких боевиках и не шибко жалуемый в любовной лирике. На тот момент у Кейджа в багаже были две мелодрамы: «Во власти Луны», где Ник играл на пару с Шер и «Медовый месяц в Лас-Вегасе», где артисту пришлось ревновать Сару Джессику Паркер.
Но вместе Мег и Николас строят отношения удивительной пары: видно, это получилось потому что играли они, не дурачась и не кривляясь. Все чувства и мысли выражаются взглядами, а не ужимками. Эти скромность и робость отразились на пленке, когда зрители задерживали дыхание вместе с героями, когда те соприкасались на экране.
Это кино лучше всего увидеть впервые в молодости, когда еще веришь в чудеса (ну так, чуть-чуть и тайком), жаждешь любви, путешествий и приключений. Это очень целомудренное кино, во всех смыслах: насилие и секс обойдены по касательной. И нотка светлой грусти очень идет этой драме, заставляет призадуматься, остановить свой бег.
Тема рая и того, что происходит с душой после смерти, интересовала кинематографистов, начиная с классических ныне лент «Усталая смерть» (1921) Фрица Ланга и «Возницы» (1920) Виктора Шёстрёма и заканчивая драмами «Шестое чувство», «Куда приводят мечты» и «Милые кости». Мистическая мелодрама «Город ангелов» идет по стопам философии «Неба над Берлином», но осмысляет историю любви ангела к земной женщине на свой лад. Во-первых, режиссер заливает пространство экрана солнцем и теплом. Словно опоенная отваром из осенних листьев, атмосфера лучится и светится. Во-вторых, он выбирает на главные роли актеров, у которых, на первый взгляд, мало притяжения: Мег Райан – кудрявая хохотушка, вечная напарница Тома Хэнкса в неуклюжих и домашних до одури комедиях плюс Николас Кейдж, сыгравший на тот момент в нескольких боевиках и не шибко жалуемый в любовной лирике. На тот момент у Кейджа в багаже были две мелодрамы: «Во власти Луны», где Ник играл на пару с Шер и «Медовый месяц в Лас-Вегасе», где артисту пришлось ревновать Сару Джессику Паркер. Но вместе Мег и Николас строят отношения удивительной пары: видно, это получилось потому что играли они, не дурачась и не кривляясь. Все чувства и мысли выражаются взглядами, а не ужимками. Эти скромность и робость отразились на пленке, когда зрители задерживали дыхание вместе с героями, когда те соприкасались на экране. Это кино лучше всего увидеть впервые в молодости, когда еще веришь в чудеса (ну так, чуть-чуть и тайком), жаждешь любви, путешествий и приключений. Это очень целомудренное кино, во всех смыслах: насилие и секс обойдены по касательной. И нотка светлой грусти очень идет этой драме, заставляет призадуматься, остановить свой бег.