Начало XX века. В семействе турецкого бизнесмена Шакир Паши происходит скандал за скандалом. Все начинается с того, что из-за границы возвращается наследник династии Джеват. Смотрите сериал «Династия Шакир Паши: Чудеса и скандалы».
Говорят, что новое – это хорошо забытое старое. А иногда новинкой может показаться даже повторение такого старья, с которым нынешние поколения вообще знакомы не были. И такие симулякры прекрасно публике заходят. Например, тех, кто в детстве не познакомился с Карлсоном и Незнайкой, истории про Гарри Поттера просто потрясают. Перипетии турецкого сериала «Династия Шакир Паши: Чудеса и скандалы» зрителям со стажем что-то неуловимо напоминают… Вот бы вспомнить!
Начало прошлого века. На острове в Мраморном море стоит роскошный особняк, набитый антиквариатом, деликатесами, фонтанами и обслуживающим персоналом. Здесь обитает великолепный Мехмет Шакир Паша (роль исполнил столь же великолепный актер Фират Таныш) со своим многочисленным семейством. Его надежа и опора – верная супруга Исмет-ханым (Вахиде Перчин). А источником чудес и скандалов, заявленных в заглавии картины, становится блудный сын Джеват (Джем Йигит Узюмоглу). Он возвращается из-за границы с прицепом: женой-итальянкой и их маленькой дочуркой.
Мало того, что девицу себе он отхватил не османского происхождения. Эта чужестранка еще и выросла в маргинальной среде. Но самый большой грех Аньезы заключается в том, что она – настоящая красавица, что называется, писаная. В буквальном смысле слова. Причем писали с этой натурщицы творцы изысканных ню. Чему имеются свидетельства: избранные картины, на которых красуется его благоверная, сумасброд Джеват привез в специальном сундучке. Оказывается, благородный Шакир Паша несмотря на уже почтенный возраст кое-что в себе не понимал. Есть такое русское слово: снохач, не знаю, как это по-турецки.
Справедливости ради: авторы сериала допустили один серьезный исторический ляп. Джеват по сюжету находился на Апеннинах аккурат в то время (1911 – 1912 годы), когда шла война между Османской империей и королевством Италия.
Но в целом у мастеров турдизи вышла довольно забористая штучка: набор ярких характеров, множество хорошо продуманных сценок, в которых персонажи занимаются настоящим вербальным фехтованием, обмениваясь едкими репликами и бросая друг на друга выразительные взгляды. Драматургия сериала напоминает прекрасно смазанный двигатель автомобиля представительского класса, который идет быстро и плавно, идеально вписываясь в самые крутые повороты. Но самое приятное – это интонация, которую прекрасно выдерживают авторы проекта: эдакая легкая усмешка, настолько ласковая, что заставляет подозревать авторов в симпатии буквально к каждому из своих персонажей, даже не самому положительному.
Так что это напоминает? Точно! Это ведь практически «Сага о Форсайтах» Джона Голсуорси! Нет, разумеется, турецкие киноделы не заимствуют сюжетные ходы у английского беллетриста (Голсуорси все же не Шекспир, а справедливо забытый классик второго ряда). Но вот само отношение авторов к скандалам, разгорающимся в почтенном семействе, во многом воссоздает туманную лондонскую атмосферу примерно тех же времен.
Кажется, Лондон как-то незаметно переместился на берега Босфора, а Темза теперь впадает в Мраморное море.
Начало XX века. В семействе турецкого бизнесмена Шакир Паши происходит скандал за скандалом. Все начинается с того, что из-за границы возвращается наследник династии Джеват. Смотрите сериал «Династия Шакир Паши: Чудеса и скандалы». Говорят, что новое – это хорошо забытое старое. А иногда новинкой может показаться даже повторение такого старья, с которым нынешние поколения вообще знакомы не были. И такие симулякры прекрасно публике заходят. Например, тех, кто в детстве не познакомился с Карлсоном и Незнайкой, истории про Гарри Поттера просто потрясают. Перипетии турецкого сериала «Династия Шакир Паши: Чудеса и скандалы» зрителям со стажем что-то неуловимо напоминают… Вот бы вспомнить! Начало прошлого века. На острове в Мраморном море стоит роскошный особняк, набитый антиквариатом, деликатесами, фонтанами и обслуживающим персоналом. Здесь обитает великолепный Мехмет Шакир Паша (роль исполнил столь же великолепный актер Фират Таныш) со своим многочисленным семейством. Его надежа и опора – верная супруга Исмет-ханым (Вахиде Перчин). А источником чудес и скандалов, заявленных в заглавии картины, становится блудный сын Джеват (Джем Йигит Узюмоглу). Он возвращается из-за границы с прицепом: женой-итальянкой и их маленькой дочуркой. Мало того, что девицу себе он отхватил не османского происхождения. Эта чужестранка еще и выросла в маргинальной среде. Но самый большой грех Аньезы заключается в том, что она – настоящая красавица, что называется, писаная. В буквальном смысле слова. Причем писали с этой натурщицы творцы изысканных ню. Чему имеются свидетельства: избранные картины, на которых красуется его благоверная, сумасброд Джеват привез в специальном сундучке. Оказывается, благородный Шакир Паша несмотря на уже почтенный возраст кое-что в себе не понимал. Есть такое русское слово: снохач, не знаю, как это по-турецки. Справедливости ради: авторы сериала допустили один серьезный исторический ляп. Джеват по сюжету находился на Апеннинах аккурат в то время (1911 – 1912 годы), когда шла война между Османской империей и королевством Италия. Но в целом у мастеров турдизи вышла довольно забористая штучка: набор ярких характеров, множество хорошо продуманных сценок, в которых персонажи занимаются настоящим вербальным фехтованием, обмениваясь едкими репликами и бросая друг на друга выразительные взгляды. Драматургия сериала напоминает прекрасно смазанный двигатель автомобиля представительского класса, который идет быстро и плавно, идеально вписываясь в самые крутые повороты. Но самое приятное – это интонация, которую прекрасно выдерживают авторы проекта: эдакая легкая усмешка, настолько ласковая, что заставляет подозревать авторов в симпатии буквально к каждому из своих персонажей, даже не самому положительному. Так что это напоминает? Точно! Это ведь практически «Сага о Форсайтах» Джона Голсуорси! Нет, разумеется, турецкие киноделы не заимствуют сюжетные ходы у английского беллетриста (Голсуорси все же не Шекспир, а справедливо забытый классик второго ряда). Но вот само отношение авторов к скандалам, разгорающимся в почтенном семействе, во многом воссоздает туманную лондонскую атмосферу примерно тех же времен. Кажется, Лондон как-то незаметно переместился на берега Босфора, а Темза теперь впадает в Мраморное море.