Надо очень внимательно смотреть хоррор «Хокум» (причём на языке оригинала), чтобы понять смысл названия, которое представители российской компании-дистрибьютора почему-то не стали переводить. На поверку вынесенное в заголовок слово не является ни именем собственным, ни, допустим, научным термином. «Hokum», – категорически, с подчёркнуто саркастичной интонацией заявляет Ом Боман, выслушав рассказ коридорного (и писателя-любителя по совместительству) Элби. Тем самым прославленный беллетрист даёт понять, что считает историю о встрече с ведьмой полной чушью, дешёвой выдумкой, уловкой в надежде привлечь к себе внимание. Между прочим, кембриджский словарь поясняет, что в Великобритании так отзываются о тех фильмах, пьесах и телевизионных передачах, что не отображают жизнь такой, какова она в действительности. Что в свою очередь можно счесть шуткой автора относительно собственного детища.
Впрочем, Дэмиэн МакКарти – не англичанин, а ирландец по происхождению. Трудно не восхититься упорством этого кинематографиста, который, с младых ногтей «заболев» фильмами ужасов (1), отучился в Центральном колледже им. святого Иоанна и свыше полутора десятилетий трудился электриком, параллельно снимая страшные короткометражки. Его усилия не остались незамеченными в профессиональной среде, а первые ленты, предназначенные для кинопроката («Предостережение» /2020/ и «Астрал. Медиум» /2024/), вызвали ажиотаж у любителей жанра. Наконец, с выходом «Хокума» заговорили об ощутимом коммерческом успехе, поскольку при производственном бюджете $5 млн. общемировые кассовые сборы оцениваются в $24 млн. (в том числе на СНГ пришлось RUB64,2 млн.).
Обязательно следует отметить продуманное, изысканное изобразительное решение, за которое отвечал оператор Колм Хоган. Вместе с тем ещё интереснее, что режиссёр-сценарист сумел выстроить многослойное повествование, смешав несколько мотивов, в равной степени важных для понимания экранных событий. Не успев заселиться, постоялец становится свидетелем странной сцены: старик на инвалидной коляске (как вскоре выяснится, владелец отеля) рассказывает двум маленьким мальчикам о Калех, уводившей заблудившихся путников на прогулку по преисподней. Кто бы мог подумать, что жуткая байка, основанная на древних кельтских (ирландских и шотландских) сказаниях, не является лишь плодом народной фантазии…
В данном отношении МакКарти вроде бы следует неиссякаемой моде на адаптацию мифологий разных культур (мифологий подлинных либо придуманных литераторами) к привычным современным реалиям. Вот только остроумный финал всё же не позволяет поставить «Хокум» в один ряд, скажем, с «Инферно» /1980/ Дарио Ардженто или со «Зловещими мертвецами» /1981/ Сэма Рэйми. Признание Элби заставляет усомниться в том, что же видел Боман (и, соответственно, видели мы) на самом деле. Быть может, прав чудаковатый Джерри, настаивающий, что принимаемые снадобья (отвар из галлюциногенных грибов) помогают открывать сознание и общаться с духами?..
Дэмиэн осторожно уходит от прямого ответа на лукавый вопрос, ограничившись намёком на то, что субъективная реальность не менее значима, чем объективная действительность – в том случае, когда оказывает непосредственное влияние на поведение человека. Ом не стал бы совершать попытку самоубийства (к счастью, не приведшую к летальному исходу), если б с одной стороны не был опоен, с другой – не терзался чувством вины в невольном убийстве матери… Несложно догадаться, что и сочинение популярных романов (читатели ждут заключительную часть трилогии «Конкистадор»), и визит в живописное местечко, чтобы развеять прах родителей под секвойей, продиктованы стремлением залечить саднящую душевную рану. Вот только искупить грех (даже совершённый невольно, в бессознательном юном возрасте) на поверку способно не творчество, а помощь ближнему.
Лучше понять любопытный замысел позволит параллель с двумя немеркнущими кинопроизведениями, тем более что МакКарти не чурается реминисценций и прямых цитат из классики. Он словно мысленно сталкивает образы непохожих мастеров изящной словесности, оказавшихся волей обстоятельств запертыми в отеле и… медленно сходящих с ума. На чьей стороне правда: николсоновского Джека Торрэнса, набросившегося с топором на жену и ребёнка, или Бартона Финка, столкнувшегося с соседом-маньяком? На поверку дилемма оказывается ложной, поскольку Боману приходится и прятаться от призраков, и бороться с внутренними демонами, и одновременно – противостоять злу банальному, порождённому низменными человеческими мотивами. Тот факт, что он соглашается ознакомиться с рукописью коллеги (правда, не сию секунду, а завтра) и, главное, исправляет развязку собственного романа на оптимистичную, свидетельствует о достижении внутренней гармонии. Произведение искусства не может быть hokum, то есть ерундой и полной бессмыслицей, так как по меньшей мере раскрывает личность автора, служит своеобразным моральным камертоном.
Дэмиэн не скрывает, что при работе над фильмами решает сразу несколько задач. Разумеется, никуда не деться от учёта запросов широкой публики, готовой тратить деньги и время лишь на то зрелище, что не позволит скучать, вовлечёт эмоционально, а в идеале – заинтересует концептуально (заставит задуматься над предлагаемыми идеями). Но «Хокум» воспринимается ещё и примером того, что, погружаясь в процесс, творец углубляется в себя и одновременно – исследует окружающий мир. Вряд ли тут уместно вести речь об автобиографических мотивах как таковых, однако МакКарти не скрывает, что раз за разом возвращается к навязчивым образам и сюжетам. Так, костюм кролика, который Фиона надела в роковой для себя день, рифмуется с облачением ведущего из телепрограммы, по понятным причинам отпечатавшегося в подсознании Ома. Сам же Дэмиэн уверял, что на всю жизнь запомнил, как испугался до чёртиков, посмотрев в детстве мультфильм «Обитатели холмов» /1978/ о злоключениях пушистых зверьков.
_______
1 – Отец владел расположенным в городке Бантри пунктом видеопроката, обеспечивавшим семье доход на протяжении восьмидесятых и девяностых годов.
Надо очень внимательно смотреть хоррор «Хокум» (причём на языке оригинала), чтобы понять смысл названия, которое представители российской компании-дистрибьютора почему-то не стали переводить. На поверку вынесенное в заголовок слово не является ни именем собственным, ни, допустим, научным термином. «Hokum», – категорически, с подчёркнуто саркастичной интонацией заявляет Ом Боман, выслушав рассказ коридорного (и писателя-любителя по совместительству) Элби. Тем самым прославленный беллетрист даёт понять, что считает историю о встрече с ведьмой полной чушью, дешёвой выдумкой, уловкой в надежде привлечь к себе внимание. Между прочим, кембриджский словарь поясняет, что в Великобритании так отзываются о тех фильмах, пьесах и телевизионных передачах, что не отображают жизнь такой, какова она в действительности. Что в свою очередь можно счесть шуткой автора относительно собственного детища. Впрочем, Дэмиэн МакКарти – не англичанин, а ирландец по происхождению. Трудно не восхититься упорством этого кинематографиста, который, с младых ногтей «заболев» фильмами ужасов (1), отучился в Центральном колледже им. святого Иоанна и свыше полутора десятилетий трудился электриком, параллельно снимая страшные короткометражки. Его усилия не остались незамеченными в профессиональной среде, а первые ленты, предназначенные для кинопроката («Предостережение» /2020/ и «Астрал. Медиум» /2024/), вызвали ажиотаж у любителей жанра. Наконец, с выходом «Хокума» заговорили об ощутимом коммерческом успехе, поскольку при производственном бюджете $5 млн. общемировые кассовые сборы оцениваются в $24 млн. (в том числе на СНГ пришлось RUB64,2 млн.). Обязательно следует отметить продуманное, изысканное изобразительное решение, за которое отвечал оператор Колм Хоган. Вместе с тем ещё интереснее, что режиссёр-сценарист сумел выстроить многослойное повествование, смешав несколько мотивов, в равной степени важных для понимания экранных событий. Не успев заселиться, постоялец становится свидетелем странной сцены: старик на инвалидной коляске (как вскоре выяснится, владелец отеля) рассказывает двум маленьким мальчикам о Калех, уводившей заблудившихся путников на прогулку по преисподней. Кто бы мог подумать, что жуткая байка, основанная на древних кельтских (ирландских и шотландских) сказаниях, не является лишь плодом народной фантазии… В данном отношении МакКарти вроде бы следует неиссякаемой моде на адаптацию мифологий разных культур (мифологий подлинных либо придуманных литераторами) к привычным современным реалиям. Вот только остроумный финал всё же не позволяет поставить «Хокум» в один ряд, скажем, с «Инферно» /1980/ Дарио Ардженто или со «Зловещими мертвецами» /1981/ Сэма Рэйми. Признание Элби заставляет усомниться в том, что же видел Боман (и, соответственно, видели мы) на самом деле. Быть может, прав чудаковатый Джерри, настаивающий, что принимаемые снадобья (отвар из галлюциногенных грибов) помогают открывать сознание и общаться с духами?.. Дэмиэн осторожно уходит от прямого ответа на лукавый вопрос, ограничившись намёком на то, что субъективная реальность не менее значима, чем объективная действительность – в том случае, когда оказывает непосредственное влияние на поведение человека. Ом не стал бы совершать попытку самоубийства (к счастью, не приведшую к летальному исходу), если б с одной стороны не был опоен, с другой – не терзался чувством вины в невольном убийстве матери… Несложно догадаться, что и сочинение популярных романов (читатели ждут заключительную часть трилогии «Конкистадор»), и визит в живописное местечко, чтобы развеять прах родителей под секвойей, продиктованы стремлением залечить саднящую душевную рану. Вот только искупить грех (даже совершённый невольно, в бессознательном юном возрасте) на поверку способно не творчество, а помощь ближнему. Лучше понять любопытный замысел позволит параллель с двумя немеркнущими кинопроизведениями, тем более что МакКарти не чурается реминисценций и прямых цитат из классики. Он словно мысленно сталкивает образы непохожих мастеров изящной словесности, оказавшихся волей обстоятельств запертыми в отеле и… медленно сходящих с ума. На чьей стороне правда: николсоновского Джека Торрэнса, набросившегося с топором на жену и ребёнка, или Бартона Финка, столкнувшегося с соседом-маньяком? На поверку дилемма оказывается ложной, поскольку Боману приходится и прятаться от призраков, и бороться с внутренними демонами, и одновременно – противостоять злу банальному, порождённому низменными человеческими мотивами. Тот факт, что он соглашается ознакомиться с рукописью коллеги (правда, не сию секунду, а завтра) и, главное, исправляет развязку собственного романа на оптимистичную, свидетельствует о достижении внутренней гармонии. Произведение искусства не может быть hokum, то есть ерундой и полной бессмыслицей, так как по меньшей мере раскрывает личность автора, служит своеобразным моральным камертоном. Дэмиэн не скрывает, что при работе над фильмами решает сразу несколько задач. Разумеется, никуда не деться от учёта запросов широкой публики, готовой тратить деньги и время лишь на то зрелище, что не позволит скучать, вовлечёт эмоционально, а в идеале – заинтересует концептуально (заставит задуматься над предлагаемыми идеями). Но «Хокум» воспринимается ещё и примером того, что, погружаясь в процесс, творец углубляется в себя и одновременно – исследует окружающий мир. Вряд ли тут уместно вести речь об автобиографических мотивах как таковых, однако МакКарти не скрывает, что раз за разом возвращается к навязчивым образам и сюжетам. Так, костюм кролика, который Фиона надела в роковой для себя день, рифмуется с облачением ведущего из телепрограммы, по понятным причинам отпечатавшегося в подсознании Ома. Сам же Дэмиэн уверял, что на всю жизнь запомнил, как испугался до чёртиков, посмотрев в детстве мультфильм «Обитатели холмов» /1978/ о злоключениях пушистых зверьков. _______ 1 – Отец владел расположенным в городке Бантри пунктом видеопроката, обеспечивавшим семье доход на протяжении восьмидесятых и девяностых годов.