СССР во времена застоя, 1984 год. У девочки Оли по прозвищу Оливка – счастливое детство, она живет в деревне и дружит с козой Муркой, овчаркой Рексом и мальчиком Игорьком. Смотрите комедийный сериал для всей семьи «Оливка, Игорёк и Рекс».
Знающие люди утверждают, что нынешняя стадия антропогенеза характеризуется нарастанием в нас градуса бесхитростного умиления. Соцсети буквально залакированы потоками котиков и песиков. Эти стада плюшевых игрушек сегодня пополняются все более экзотическими видами животных, скоро дойдет черед до тех же тараканов. А пока место шестиногих очаровашек занимают создания более традиционные. Например, козы. Как это происходит в мимимишном сериале «Оля, Игорёк и Рекс».
На экране идет 1984 год, но тревожные коннотации, порождаемые этой датой, в нашем случае неуместны, ведь действие сериала разворачивается не в мрачной фантастической Англии Джорджа Оруэлла, а в солнечной фэнтезийной стране под названием СССР, порожденной неуемным воображением большой группы сценаристов под управлением одного очень креативного продюсера Рубена Оганесяна.
Главная героиня истории семилетняя девочка Оля (роль исполнила юная актриса Оливия Минц) предпочитает, чтобы ее называли Оливкой, так звучит интересней, а заодно выдает принадлежность этой особы к страте вундеркиндов, ведь обычные советские дети не имели ни малейшего представления, что это за фрукт-овощ такой, оливка: они употребляли квас из бочки, газводу из автомата, а мартини их дожидался до эпохи перестройки.
Но героиня особенная: ее мама-папа врачи (Елизавета Арзамасова и Алексей Золотовицкий), сейчас айболитят в Африке, а девочка проживает в деревне у бабушки-дедушки, которые стали экологически чистыми профессорами-на-пенсии. И у Оливки имеется главная фишка: коза Мурка. Плюс собака Рекс и мальчуган Игорек (Артур Искандарян).
Пейзанская пастораль Оливки завершается с прибытием на родину миклухо-маклаистых родаков. Они ради вящей социализации перетаскивают девчушку в город. Та, естественно, брыкается, но через некоторое время соглашается с урбанизацией своего существования, поскольку кое-кто из ее деревенских друзей вместе с ней проходит социализацию на городских улицах. Начинаются миленькие детские приключеньица.
Нет, сказки, конечно, придумывать, писать и снимать нужно, а сказка, как известно – ложь. Но все же с этим делом перебарщивать не стоит. Тем более, когда взрослые дяди и тети пытаются свои ностальгические аберрации выдать за правдивую картину из прошлого, с которым маленькие потребители их фантазий абсолютно не знакомы. А потому «Оливка, Игорёк и Рекс» – идеальный сериал для семейного просмотра. После того, как малыши насладятся сказочными похождениями героев, их мамы-папы и дедушки-бабушки (если им память телик и соцсети еще не окончательно отшибли) расскажут, как оно было на самом деле.
Отец лжи, как ему и полагается, кроется в мелочах. Буквально в дебюте сериала закадровый голос Оливки сообщает народу о том, что любимый напиток ее поколения был квас из бочек, но кваса там, как правило, не было. Поздравляем вас, господа креативщики, соврамши! Квас в бочках бывал практически всегда, до тех пор, пока жаждущая публика его не выпивала, разумеется. А вот с пивом проблемы случались постоянно… Впрочем, это уже история для другой целевой аудитории.
И еще, малыши, не стоит понимать слишком буквально радостные стоны при воспоминании о вкусе советского пломбира: когда вас родители в следующий раз вывезут в Италию, попросите пару порций тамошнего джелато. С возрастом вкусовые рецепторы у людей отмирают, сценаристы сериала – не исключение. Уличение инициаторов проекта в подобных неточностях и нелепицах позволит взрослым зрителям неплохо провести время при просмотре, пока их детки-внучатки будут с нетерпением дожидаться, когда Оливка встретится с Чебурашкой.
Плохая память – не самый большой недостаток авторов проекта. Их постоянно подводит чувство меры, такта и вкуса. Отсюда масса фальшивых интонаций при оркестровке в целом приличного сценария. Оливка задумана как девочка-вундеркинд. Значит, ее почти тезке Оливии Минц приходится регулярно озвучивать зубодробительные скороговорки, якобы почерпнутые чудо-ребенком в книгах профессорской библиотеки.
На невинное замечание бабули будущая Мария Кюри выдает сведения о твердости фарфора. При этом юное чудо памяти почему-то не может поставить в дательный падеж числительное 2300. Невольно задаешься вопросом: у кого проблемы с русским языком, у Оливки или у многолюдной команды под управление господина Оганесяна? Когда Оливка излагает приятелю антропологические приключения Миклухо-Маклая, она путает папуасов Новой Гвинеи с аборигенами Австралии. Тот же вопрос: у кого эрудиция хромает на обе лапы, у придуманного вундеркинда или у всамделишних авторов текста?
А вот дедушка с бабушкой совместными усилиями решают проблему кормежки сурового пса. И на радостях старички делают пятюню. Прикольно, ведь это им вроде не по взрасту. А еще это им (и всем прочим героям сериала) не по времени. Сей приветственный жест в 1984 году еще не был в широком употреблении: американская массовая культура не так обильно просочилась в общественное сознание советского человека. Мелкие фальшивые детальки изрядно портят впечатление.
Это отражается и на работе актеров, которые не могут натурально исполнить заведомо неестественные телодвижения, убедительно изрекать предлагаемые им сценарием благоглупости. К примеру, мальчик Игорек, опершись локтем на мотоцикл, принимает позу роденовского Мыслителя. Или девочка Оливка, сидя под столом и подслушивая разговоры взрослых, изображает отчаяние при помощи жеста рука-лицо. Юных исполнителей жалко, за режиссера – стыдно.
Светлое пятно на этом мрачноватом фоне – работа Оливии Минц. Десятилетняя актриса умудряется каким-то образом обходить многочисленные ловушки, построенные для нее режиссером и сценаристами! Она чем-то неуловимо напоминает Галю Буданову, исполнительницу роли Самохи в гениальном фильме Ролана Быкова «Внимание, черепаха!» (1970). И это несмотря на разницу в темпераменте сыгранных ими персонажей. Может быть, во всем виновата беретка, которую носят обе барышни? Экранную Оливку отличают удивительно живые, светящиеся лукавством глазенки, обаятельная улыбка, от которой, если девице удастся сохранить ее хотя бы лет пять, начнут сходить с ума мужчины, угловатая и в то же время грациозная пластика…
Причем ни один из коллег-ровесников вундер-Минц не смог бы пройти кастинг у Быкова, ведь работа с актерами-детьми сегодня находится на удручающе низком уровне. Каким-то чудом по-хорошему сказочный ребенок появился в истории, рассказанной волшебниками-недоучками.
СССР во времена застоя, 1984 год. У девочки Оли по прозвищу Оливка – счастливое детство, она живет в деревне и дружит с козой Муркой, овчаркой Рексом и мальчиком Игорьком. Смотрите комедийный сериал для всей семьи «Оливка, Игорёк и Рекс». Знающие люди утверждают, что нынешняя стадия антропогенеза характеризуется нарастанием в нас градуса бесхитростного умиления. Соцсети буквально залакированы потоками котиков и песиков. Эти стада плюшевых игрушек сегодня пополняются все более экзотическими видами животных, скоро дойдет черед до тех же тараканов. А пока место шестиногих очаровашек занимают создания более традиционные. Например, козы. Как это происходит в мимимишном сериале «Оля, Игорёк и Рекс». На экране идет 1984 год, но тревожные коннотации, порождаемые этой датой, в нашем случае неуместны, ведь действие сериала разворачивается не в мрачной фантастической Англии Джорджа Оруэлла, а в солнечной фэнтезийной стране под названием СССР, порожденной неуемным воображением большой группы сценаристов под управлением одного очень креативного продюсера Рубена Оганесяна. Главная героиня истории семилетняя девочка Оля (роль исполнила юная актриса Оливия Минц) предпочитает, чтобы ее называли Оливкой, так звучит интересней, а заодно выдает принадлежность этой особы к страте вундеркиндов, ведь обычные советские дети не имели ни малейшего представления, что это за фрукт-овощ такой, оливка: они употребляли квас из бочки, газводу из автомата, а мартини их дожидался до эпохи перестройки. Но героиня особенная: ее мама-папа врачи (Елизавета Арзамасова и Алексей Золотовицкий), сейчас айболитят в Африке, а девочка проживает в деревне у бабушки-дедушки, которые стали экологически чистыми профессорами-на-пенсии. И у Оливки имеется главная фишка: коза Мурка. Плюс собака Рекс и мальчуган Игорек (Артур Искандарян). Пейзанская пастораль Оливки завершается с прибытием на родину миклухо-маклаистых родаков. Они ради вящей социализации перетаскивают девчушку в город. Та, естественно, брыкается, но через некоторое время соглашается с урбанизацией своего существования, поскольку кое-кто из ее деревенских друзей вместе с ней проходит социализацию на городских улицах. Начинаются миленькие детские приключеньица. Нет, сказки, конечно, придумывать, писать и снимать нужно, а сказка, как известно – ложь. Но все же с этим делом перебарщивать не стоит. Тем более, когда взрослые дяди и тети пытаются свои ностальгические аберрации выдать за правдивую картину из прошлого, с которым маленькие потребители их фантазий абсолютно не знакомы. А потому «Оливка, Игорёк и Рекс» – идеальный сериал для семейного просмотра. После того, как малыши насладятся сказочными похождениями героев, их мамы-папы и дедушки-бабушки (если им память телик и соцсети еще не окончательно отшибли) расскажут, как оно было на самом деле. Отец лжи, как ему и полагается, кроется в мелочах. Буквально в дебюте сериала закадровый голос Оливки сообщает народу о том, что любимый напиток ее поколения был квас из бочек, но кваса там, как правило, не было. Поздравляем вас, господа креативщики, соврамши! Квас в бочках бывал практически всегда, до тех пор, пока жаждущая публика его не выпивала, разумеется. А вот с пивом проблемы случались постоянно… Впрочем, это уже история для другой целевой аудитории. И еще, малыши, не стоит понимать слишком буквально радостные стоны при воспоминании о вкусе советского пломбира: когда вас родители в следующий раз вывезут в Италию, попросите пару порций тамошнего джелато. С возрастом вкусовые рецепторы у людей отмирают, сценаристы сериала – не исключение. Уличение инициаторов проекта в подобных неточностях и нелепицах позволит взрослым зрителям неплохо провести время при просмотре, пока их детки-внучатки будут с нетерпением дожидаться, когда Оливка встретится с Чебурашкой. Плохая память – не самый большой недостаток авторов проекта. Их постоянно подводит чувство меры, такта и вкуса. Отсюда масса фальшивых интонаций при оркестровке в целом приличного сценария. Оливка задумана как девочка-вундеркинд. Значит, ее почти тезке Оливии Минц приходится регулярно озвучивать зубодробительные скороговорки, якобы почерпнутые чудо-ребенком в книгах профессорской библиотеки. На невинное замечание бабули будущая Мария Кюри выдает сведения о твердости фарфора. При этом юное чудо памяти почему-то не может поставить в дательный падеж числительное 2300. Невольно задаешься вопросом: у кого проблемы с русским языком, у Оливки или у многолюдной команды под управление господина Оганесяна? Когда Оливка излагает приятелю антропологические приключения Миклухо-Маклая, она путает папуасов Новой Гвинеи с аборигенами Австралии. Тот же вопрос: у кого эрудиция хромает на обе лапы, у придуманного вундеркинда или у всамделишних авторов текста? А вот дедушка с бабушкой совместными усилиями решают проблему кормежки сурового пса. И на радостях старички делают пятюню. Прикольно, ведь это им вроде не по взрасту. А еще это им (и всем прочим героям сериала) не по времени. Сей приветственный жест в 1984 году еще не был в широком употреблении: американская массовая культура не так обильно просочилась в общественное сознание советского человека. Мелкие фальшивые детальки изрядно портят впечатление. Это отражается и на работе актеров, которые не могут натурально исполнить заведомо неестественные телодвижения, убедительно изрекать предлагаемые им сценарием благоглупости. К примеру, мальчик Игорек, опершись локтем на мотоцикл, принимает позу роденовского Мыслителя. Или девочка Оливка, сидя под столом и подслушивая разговоры взрослых, изображает отчаяние при помощи жеста рука-лицо. Юных исполнителей жалко, за режиссера – стыдно. Светлое пятно на этом мрачноватом фоне – работа Оливии Минц. Десятилетняя актриса умудряется каким-то образом обходить многочисленные ловушки, построенные для нее режиссером и сценаристами! Она чем-то неуловимо напоминает Галю Буданову, исполнительницу роли Самохи в гениальном фильме Ролана Быкова «Внимание, черепаха!» (1970). И это несмотря на разницу в темпераменте сыгранных ими персонажей. Может быть, во всем виновата беретка, которую носят обе барышни? Экранную Оливку отличают удивительно живые, светящиеся лукавством глазенки, обаятельная улыбка, от которой, если девице удастся сохранить ее хотя бы лет пять, начнут сходить с ума мужчины, угловатая и в то же время грациозная пластика… Причем ни один из коллег-ровесников вундер-Минц не смог бы пройти кастинг у Быкова, ведь работа с актерами-детьми сегодня находится на удручающе низком уровне. Каким-то чудом по-хорошему сказочный ребенок появился в истории, рассказанной волшебниками-недоучками.