Китай эпохи Тан. Целительница Е Пинъань славится своим умением проникнуть в душу человека, выведать его тайны. Судья Юань Шаочэн хочет раскрыть загадочное преступление. Чем же поможет судье Пинъань? Смотрите дораму «Убей мои грехи».
Любители китайских костюмных дорам прекрасно осведомлены о том, что именно на территории Поднебесной на протяжении то ли трех-, то ли пяти-, то ли десятитысячелетней истории народа Хань были сделаны практически все открытия, которые потом бессовестно присвоила себе наука западных варваров: бумажные деньги, макароны и атомная бомба – в их числе. И вот недавно была опровергнута еще одна байка подобного рода. Оказывается, отец психоанализа доктор Фрейд нагло экспроприировал открытия, которые за тысячу с лишним лет до него совершила китайская целительница-мозгоклюй Е Пинъань. Это неопровержимо доказывает сериал «Убей мои грехи».
Китай эпохи раннесредневековой империи Тан. Дорамейстеры Поднебесной почему-то любят изображать именно эти времена почти так же, как их южнокорейские коллеги эпоху династии Чосон. Нашему зрителю это пристрастие понять трудно, да и не нужно: нам что Тан, что Сун, что младшая Хань, что Мин – все едино. Народ будет щеголять в одинаковых нарядах, дома и улицы, танцы, музыка и обычай пить спиртное из чайников все те же. Вот, правда, в поздней Цин правящий класс косички носить начал, но современные китайцы не очень любят вспоминать о временах маньчжурской оккупации. Поэтому – да здравствует Тан! Тогда синтльмены носили длинные распущенные волосики или прятали их под металлическую гуань, и никаких тебе варварских косичек.
ГГ дорамы Е Пинъань (роль сыграла актриса Сесилия Лю) общается именно с такими мужчинами. Но те норовят ее почему-то казнить за преступление, которое дама не совершала. Особенно с этим усердствует судья Юань Шаочэн (Шон Доу). Но – не на ту напал! Мастерица психоанализа на старокитайский лад – настоящая ведьма. Она для вида гипнотизирует публику, используя маятник-медальончик, хотя на самом деле при помощи магии проникает в такие глубины подсознания, какие не снились Фрейду, Юнгу и Адлеру вместе взятым. И когда власти сталкиваются с необходимостью расследовать жутко запутанное преступление с коррупционной подоплекой (коррупцию, однако, тоже в Поднебесной изобрели), такие способности оказываются чрезвычайно востребованными. В дело вступает пара сыщиков: Пинъань и Шаочэн (им помогает еще и несколько второстепенных персонажей). Им приходится распутывать целый клубок замысловатых преступлений в условиях противодействия придворной камарильи и злобного невежества простецов.
Как всегда, дорамейстеры из Поднебесной не забывают насытить кадр милой сердцу российской публики китайской экзотикой. Интерьеры и аксессуары соответствуют вкусам потребителей и бюджету производителей. Кастинг тоже ничем не удивляет, кукольные главные герои отрабатывают все те же характеры: резвая дамочка и задумчивый господинчик. Она слегка (очень в меру) кривляется, он, как водится, суров-свиреп-благороден.
Собственно детективная канва достаточно изобретательна, чтобы сериал мог сравниться с западной кинопродукцией среднего уровня. А зритель, которому маловато будет чисто криминальной составляющей и визуального калейдоскопа, сможет позабавиться по поводу титулатуры, которая представлена его вниманию в субтитрах. Например, почему в «Убей мои грехи», как и во многих русско-озвученных дорамах, присутствуют важные дяденьки, занимающие должность канцлера? Это какой такой канцлер получается, который как Бисмарк, то есть глава правительства, или который Горчаков, то есть министр иностранных дел? И откуда в Китае взялись Бисмарк с Горчаковым? Наверное, Валентин Пикуль придумал. Так ведь канцлер в империи Тан, оказывается, бывает правый и левый! А еще там цензоры были. Не который Катон Старший и не тот, что Федор Иванович Тютчев. Это такие парни, который то ли судебные приставы, то ли следователи СК, то ли чины прокурорские не из самых высоких. Такая вот китайская грамотность получается.
Подобные попытки перевести китайские термины на русский лад кажутся, в лучшем случае, забавными. Но ведь пошутить можно было и потоньше. Например, как вам понравится «Сюцай левого мизинца божественной ноги хуанди» вместо правого канцлера? Так же напыщенно. Или «Чжурчжень второго класса, заместитель хунхуза восьмой категории» вместо столь же дурацкого цензора?
То есть чрезмерно европеизированную терминологию можно бы и окитаить. И с психоанализом танского извода стоило бы поступить примерно так же. Все равно фрейдизм в дораме получился какой-то некультяпистый: целительница душ шаманит, не добираясь до супер-эго. А ведь в Китае были такие гипнотизерши, что могли дать сто очков вперед маститым венским мозголомам. Это знаменитые лисички-оборотни, о которых так здорово писали Пу Сунлин (он же Ляо Чжай) и Пелевин (он же Виктор Олегович).
Чем еще интересна эта киноистория? Здесь переплетаются две повествовательные интриги: медицинская и юридическая. Обе по-своему интересны. Меня в большей степени заинтриговала вторая. Китайское правосудие для европейца всегда оставалось загадкой. Вспомните хотя бы классический рассказ Джека Лондона «Китаёза». Самым действенным следственным инструментом китайского правосудия на самом деле была… Впрочем, без спойлеров. Можете сами прочитать. Но признавались все.
Китай эпохи Тан. Целительница Е Пинъань славится своим умением проникнуть в душу человека, выведать его тайны. Судья Юань Шаочэн хочет раскрыть загадочное преступление. Чем же поможет судье Пинъань? Смотрите дораму «Убей мои грехи». Любители китайских костюмных дорам прекрасно осведомлены о том, что именно на территории Поднебесной на протяжении то ли трех-, то ли пяти-, то ли десятитысячелетней истории народа Хань были сделаны практически все открытия, которые потом бессовестно присвоила себе наука западных варваров: бумажные деньги, макароны и атомная бомба – в их числе. И вот недавно была опровергнута еще одна байка подобного рода. Оказывается, отец психоанализа доктор Фрейд нагло экспроприировал открытия, которые за тысячу с лишним лет до него совершила китайская целительница-мозгоклюй Е Пинъань. Это неопровержимо доказывает сериал «Убей мои грехи». Китай эпохи раннесредневековой империи Тан. Дорамейстеры Поднебесной почему-то любят изображать именно эти времена почти так же, как их южнокорейские коллеги эпоху династии Чосон. Нашему зрителю это пристрастие понять трудно, да и не нужно: нам что Тан, что Сун, что младшая Хань, что Мин – все едино. Народ будет щеголять в одинаковых нарядах, дома и улицы, танцы, музыка и обычай пить спиртное из чайников все те же. Вот, правда, в поздней Цин правящий класс косички носить начал, но современные китайцы не очень любят вспоминать о временах маньчжурской оккупации. Поэтому – да здравствует Тан! Тогда синтльмены носили длинные распущенные волосики или прятали их под металлическую гуань, и никаких тебе варварских косичек. ГГ дорамы Е Пинъань (роль сыграла актриса Сесилия Лю) общается именно с такими мужчинами. Но те норовят ее почему-то казнить за преступление, которое дама не совершала. Особенно с этим усердствует судья Юань Шаочэн (Шон Доу). Но – не на ту напал! Мастерица психоанализа на старокитайский лад – настоящая ведьма. Она для вида гипнотизирует публику, используя маятник-медальончик, хотя на самом деле при помощи магии проникает в такие глубины подсознания, какие не снились Фрейду, Юнгу и Адлеру вместе взятым. И когда власти сталкиваются с необходимостью расследовать жутко запутанное преступление с коррупционной подоплекой (коррупцию, однако, тоже в Поднебесной изобрели), такие способности оказываются чрезвычайно востребованными. В дело вступает пара сыщиков: Пинъань и Шаочэн (им помогает еще и несколько второстепенных персонажей). Им приходится распутывать целый клубок замысловатых преступлений в условиях противодействия придворной камарильи и злобного невежества простецов. Как всегда, дорамейстеры из Поднебесной не забывают насытить кадр милой сердцу российской публики китайской экзотикой. Интерьеры и аксессуары соответствуют вкусам потребителей и бюджету производителей. Кастинг тоже ничем не удивляет, кукольные главные герои отрабатывают все те же характеры: резвая дамочка и задумчивый господинчик. Она слегка (очень в меру) кривляется, он, как водится, суров-свиреп-благороден. Собственно детективная канва достаточно изобретательна, чтобы сериал мог сравниться с западной кинопродукцией среднего уровня. А зритель, которому маловато будет чисто криминальной составляющей и визуального калейдоскопа, сможет позабавиться по поводу титулатуры, которая представлена его вниманию в субтитрах. Например, почему в «Убей мои грехи», как и во многих русско-озвученных дорамах, присутствуют важные дяденьки, занимающие должность канцлера? Это какой такой канцлер получается, который как Бисмарк, то есть глава правительства, или который Горчаков, то есть министр иностранных дел? И откуда в Китае взялись Бисмарк с Горчаковым? Наверное, Валентин Пикуль придумал. Так ведь канцлер в империи Тан, оказывается, бывает правый и левый! А еще там цензоры были. Не который Катон Старший и не тот, что Федор Иванович Тютчев. Это такие парни, который то ли судебные приставы, то ли следователи СК, то ли чины прокурорские не из самых высоких. Такая вот китайская грамотность получается. Подобные попытки перевести китайские термины на русский лад кажутся, в лучшем случае, забавными. Но ведь пошутить можно было и потоньше. Например, как вам понравится «Сюцай левого мизинца божественной ноги хуанди» вместо правого канцлера? Так же напыщенно. Или «Чжурчжень второго класса, заместитель хунхуза восьмой категории» вместо столь же дурацкого цензора? То есть чрезмерно европеизированную терминологию можно бы и окитаить. И с психоанализом танского извода стоило бы поступить примерно так же. Все равно фрейдизм в дораме получился какой-то некультяпистый: целительница душ шаманит, не добираясь до супер-эго. А ведь в Китае были такие гипнотизерши, что могли дать сто очков вперед маститым венским мозголомам. Это знаменитые лисички-оборотни, о которых так здорово писали Пу Сунлин (он же Ляо Чжай) и Пелевин (он же Виктор Олегович). Чем еще интересна эта киноистория? Здесь переплетаются две повествовательные интриги: медицинская и юридическая. Обе по-своему интересны. Меня в большей степени заинтриговала вторая. Китайское правосудие для европейца всегда оставалось загадкой. Вспомните хотя бы классический рассказ Джека Лондона «Китаёза». Самым действенным следственным инструментом китайского правосудия на самом деле была… Впрочем, без спойлеров. Можете сами прочитать. Но признавались все.