Назад

Фильм Код «Красный»

Red Joan
Развернуть трейлер
8,1
рейтинг ivi
режиссура
сюжет
зрелищность
актёры

Тихая английская пенсионерка Джоан попадает под арест за связь с КГБ. Во время допроса Джоан вспоминает о событиях своей молодости – работе над ядерным оружием и романе с убежденным коммунистом. Режиссер Тревор Нанн («Леди Джейн», «Двенадцатая ночь или что угодно») и оскароносный продюсер Дэвид Парфитт («Влюбленный Шекспир») представляют шпионскую драму «Код "Красный"», основанную на реальной истории агента советской разведки Мелиты Норвуд. Неуловимую шпионку из Великобритании, которая сорок лет передавала в СССР секретную информацию, сыграла лауреатка премии «Оскар» Джуди Денч. В дом пожилой английской леди Джоан Стенли стучатся агенты секретной разведывательной службы MI6. Они предъявляют ей обвинение в преступлении, для которого не может быть скидок на возраст, – в государственной измене. Даже близкие Джоан не знали об ее двойной жизни, начавшейся еще в конце 1930-х годов. Накануне Второй мировой войны юная отличница из Кембриджа Джоан получила пропуск в закрытый отдел НИИ, где велись разработки ядерного оружия. В то же время она познакомилась с обаятельным эмигрантом и левым активистом Лео. Как выяснилось, ему было нужно от нее нечто большее, чем заверения в любви. Например, информация о новом мощном оружии, которое вскоре, к ужасу Джоан, было испробовано на Хиросиме и Нагасаки. Приглашаем посмотреть фильм «Код "Красный"» в нашем онлайн-кинотеатре.

Языки
Русский, Английский, Украинский
Максимальное качество

Фактическое качество воспроизведения будет зависеть от возможностей  устройства и ограничений правообладателя

Сюжет

Осторожно, спойлеры

Джоан Стенли читает статью в газете, где написано о бывшем главе министерства иностранных дел сэре Уильяме Митчелле, который был уличен в работе на светскую разведку.

Стук в дверь. Мы – полицейские из специального отдела. Вы арестованы по подозрению в разглашении государственной тайны.

Лондон, май 2000 года. На допросе следователь мисс Харт сообщает Джоан, что ей пригодится адвокат. Мне адвокат не нужен. Вас обвиняют в государственной измене, это дело связано с Уильямом Митчеллом. Поэтому вам стоит подумать о том, как вы построите свою защиту. Начнем с событий 1938 года, когда вы учились в Кембридже.

Флешбэк. Кембридж, студенты устраивают сбор средств в пользу республиканцев в Испании. Там идет борьба не на жизнь, а на смерть, там сражаются за свободу, там гибнут миллионы людей, там голодают дети!

Молодая Джоан делает лабораторную работу в учебной аудитории.

Вечером Джоан в своей комнате читает книгу. Раздается стук в окно. Джоан берет в руки клюшку для хоккея на траве и подходит к окну. Она видит за стеклом девушку, открывает ей окно. Девица забирается в комнату Джоан. Я на третьем этаже живу, я же не альпинистка! Была на такой крутой вечеринке! Тоже первокурсница? Дай угадаю: английская литература? Джоан: нет, естественные науки, физика. Меня сбили с толку вышивки на наволочках. Слушай, дай мне халатик. Если застукают – скажем, что я у тебя какао пила. Джоан открывает одежный шкаф. Незнакомка видит там норковую шубу. Джоан: она такая страшная! Ее привез мне мамин кузен. Нет, вовсе не страшная. Она необычная. Гостья примеряет шубку, вертится перед зеркалом. Ладно, халат верну тебе завтра. Девушка выходит из комнаты Джоан, после чего та обнаруживает, что ее гостья забыла свои туфли. Джоан надевает шубку, обувается в забытые туфли, кружится перед зеркалом.

На следующий день Джоан встречается со своей вчерашней гостьей. Ее зовут Соня. Она расспрашивает Джоан о ее родителях. Как они отнеслись к тому, что их дочь решила заняться физикой? Отец был очень доволен. А я сирота. Родители умерли от пневмонии уже давно, еще в России. Я поехала в Германию, куда перебрался мой кузен Лео Галич. Потом он переехал в Англию – я за ним. Он тоже учится здесь, в колледже Сент-Джонс (Оксфорд). Так что не удивляйся, что мы старше других студентов. Специализация – современные языки. Джоан: понятно – Россия, Германия, Англия. Соня: после того, как выучишь три первых языка – остальные даются значительно легче.

Соня угощает Джоан сигаретой, та затягивается, кашляет. Соня: пошли со мной сегодня на кино-вечеринку? Джоан: не смогу, у нас сегодня вечеринка с преподавателями.

Джоан и Соня на кино-вечеринке. Соня: вон там стоит Уильям Митчелл. Он то ли виконт, то ли кто еще. А разговаривает он с Караком. Он – махараджа. Джоан: так мы с тобой здесь единственные не титулованные особы? А это Лео, знакомься. Лео: Соня сказала, что ты ей жизнь спасла. Она преувеличивает.

Допрос. Вы в то время тесно общались с коммунистами, ходили на их собрания, смотрели пропагандистские фильмы. Джоан: туда все ходили. Это слово тогда не употреблялось, но это было в тренде. Мир был совсем другой. А ваш отец был социалистом? Мой отец был директором школы, то есть человеком консервативных взглядов. Но его всегда волновали судьбы людей. Тогда кто вас распропагандировал? Джоан: очень необычную формулировку вы используете. Это был век мудрости. И одновременно – век безумия.

Флешбэк. Антифашистский митинг. Лео произносит пламенную речь. Кто-то из слушателей спрашивает: войны хочешь? Лео: война уже идет, пора начинать действовать. Соня рассказывает Джоан, которая слушает выступление Лео: я ты знаешь, что фашисты его чуть не утопили? Избили до полусмерти и сбросили с моста в реку.

Лео и Джоан на берегу реки, сидят на траве. Лео читает вслух фрагмент их «Повести о двух городах» Диккенса: вот это – про настоящий социализм! Потом он спрашивает Джоан: почему ты избрала физику? Если бы мне хотелось соврать красиво, я бы сказала, что, после того, как в 1932 году был открыт нейтрон, мир поменялся, а я захотела принимать участие в этих переменах. А если честно – все произошло из-за головастиков. В детстве мы с сестрой занимались их изучением: ловили, потом старались их отмыть. В горячей воде. И один раз случайно они у нас заживо сварились.

Лео приводит Джоан на вершину башни университетского собора. Смотри, какой вид открывается. Если бы ты знала, что завтра мир погибнет, что бы ты хотела сохранить? Ну, пирамиды, Эйфелеву башню. А зачем? Может быть, на руинах старого мира лучше построить новый, дивный мир. Лео целует Джоан.

Собрание студенческой коммунистической ячейки. Зачитывается стенограмма процесса над Каменевым и Зиновьевым. Студенты спорят, давались ли показания обвиняемых добровольно, или их пытали. Лео активно отстаивает позицию Сталина.

Соня спрашивает Джоан: ты уже с ним переспала? А чего ты ждешь? Джоан: я считаю, что это нужно делать только по любви. Соня: если ты будешь дожидаться от Лео признания в любви – так и умрешь девственницей. Кстати, он через неделю уезжает.

Джоан разговаривает с Лео. Тот говорит, что на три месяца уезжает в Россию. Он будет там ездить по разным городам, выступать не предприятиях с лекциями. Это нужно ему для написания диссертации. Джоан: я буду скучать. Лео ее целует. Молодые люди ложатся в постель.

К Джоан приезжает ее сын Ник. Мне позвонили из уголовной прокуратуры, сослались на МИ-5. Они считают, что Уильям Митчелл, который недавно умер, был коммунистом, он был связан с кембриджской пятеркой. И тебя якобы считают причастной к этому. Но ведь это же нонсенс! Это просто смешно. Джоан: мне ограничили свободу передвижения. А сэра Уильяма я знала по Кембриджу, мы там учились в одно и то же время.

Флешбэк. Газетный заголовок: Великобритания вступает в войну! Джоан спрашивает Соню: есть новости от Лео? Он мне не пишет. Потом девушки обсуждают последние новости. Джоан говорит: теперь наши страны по разные стороны баррикад, вы пошли на союз с Гитлером. Соня: мы просто тянем время.

Возвращается Лео. Джоан спрашивает его: ты обо мне скучал? Да, чуть меньше, чем по ростбифу. А меня скоро вышлют из страны.

Допрос Джоан в присутствии Ника. Членом какой коммунистической группировки вы тогда состояли? Я не входила ни в какие группировки. Почему? Я не разделяла их взглядов. В 1940 году Соня уехала в Швейцарию, Лео был временно помещен на остров Мэн. Я потеряла с ним связь. Нет, вы с ним регулярно переписывались!

Флешбэк. Полиция берет под стражу Лео. С Джоан случается истерика, она кричит, что Лео чуть не утопили фашисты. Ей возражают: он – гражданин Германии.

Джоан приходит на собеседование в лабораторию. С ней беседует профессор Макс Дэвис. Он говорит, что ему нужна сотрудница для ведения делопроизводства, но она должна разбираться в науке. Мы берем только по личным рекомендациям. У вас диплом с отличием, специализация – теоретическая физика. Берем вас с испытательным сроком. Джоан подписывает обязательство о неразглашении государственной тайны. Макс говорит: даже в правительстве не все знают, чем мы тут занимаемся.

Дэвис обсуждает с коллегами проблему разделения радиоактивных изотопов. Джоан предлагает использовать для этих целей центрифугу. А это идея! Вот почему мне нужна была помощница, разбирающаяся в науке!

В лабораторию должна нанести визит солидная делегация, в состав которой входит первооткрыватель нейтрона нобелевский лауреат профессор Джеймс Чедвик. Джоан готовит для Дэвиса презентацию.

Джоан встречается с Митчеллом. Чем ты занимаешься? Не могу ничего говорить, это государственная тайна. Митчелл: можно, я к тебе как-нибудь заскочу? Джоан говорит, что не видит Митчелла в роли своего будущего мужа. Митчелл говорит: я уже занят. Помнишь Карака? Мы с ним много лет вместе.

Допрос. Вы ему сказали, чем занимаетесь? Нет. Я никому этого не говорила.

Приезжает Лео. Джоан приводит его к себе на квартиру. Хозяйке квартиры она говорит, что позвала кузена повесить полку. Лео просит Джоан рассказать, чем она занимается: мы ведь теперь на одной стороне. Черчилль обещал делиться с нами всеми технологиями и открытиями. Но потом забыл об этом обещании. Джоан отвечает отказом. Лео говорит, что вышел из партии. Почему? Чтобы мне можно было работать в Канаде, и чтобы меня оттуда не выслали как неблагонадежного. Ты должна нам помочь, нам нужны чертежи, документация. Джоан отказывается, предлагает Лео покинуть ее комнату. Лео на прощание дает Джоан адрес своей лондонской квартиры, ключи от нее, и номер телефона Сони: если передумаешь – можешь позвонить ей влюбое время.

Ник: так ты работала над бомбой? Я совсем тебя не знаю! А папа был в курсе? Да. Поэтому мы и уехали в Австралию. Ты была со мной правдива? В том, что касалось лично тебя – да.

После ознакомления с работой Дэвиса Чедвик предлагает ему отправиться в Канаду. Он говорит: нам нужна своя бомба, янки не подпускают к своему проекту иностранцев. Так что они будут распоряжаться супероружием самостоятельно. А нам нужна бомба, на которой красовался бы старый добрый Юнион Джек. У нас маловато урана, зато в Канаде его достаточно.

Джоан встречает Соню. Мы с тобой не виделись целых три года! Соня говорит, что вышла в Швейцарии замуж за англичанина. Джоан: а у меня пропала норковая шуба. Ты не ничего об этом не знаешь? А я еду в Канаду. Соня: а ты знаешь, что Лео сейчас в Монреале, в тамошнем университете?

Джоан и Дэвис плывут на военном корабле в Канаду. Дэвис рассказывает Джоан, что он женат, но его супруга едва ли заметит его пятинедельное отсутствие. Мы поторопились с женитьбой. Вы ее любили? Да… Нет… Не знаю. Джоан рассказывает, что в ее жизни тоже был любимый человек, но он не захотел на ней жениться. Дэвис говорит, что этот человек – просто дурак. Он целует Джоан, они занимаются сексом в каюте.

Дэвис говорит канадским коллегам, что атомными секретами надо было бы поделиться с русскими, ведь это они нас спасли. Мы едва ли смогли бы выдержать блицкриг, хорошо, что Гитлер вторгся к ним. Дэвису предлагают не озвучивать больше свою точку зрения по политическим проблемам.

Дэвис говорит Джоан, что его жена ни за что ему не даст развода. А он не хочет, чтобы их отношения походили на обычный роман: ты заслуживаешь большего.

Дэвис и Джоан отправляются на ознакомительную экскурсию в университет Монреаля. Там Джоан встречается с Лео, который подстерег ее в женском туалете: так нас никто вместе не увидит. Лео целует Джоан, снова заводит разговор об атомных секретах: бомба должна быть у всех, а мы теперь союзники. Джоан вырывается из объятий Лео, отвешивает ему пощечину.

Допрос. Вы встречались с Лео в Кембридже после войны?

Флешбэк. В лаборатории Дэвиса обсуждается новость: американцы провели успешное испытание атомной бомбы. Теперь они ее сбросят на японцев! Нет, лучше бы на фрицев. Джоан приходит в ужас от перспектив применения атомного оружия. Дэвис говорит ей: мы только ученые, решение пусть принимают политики.

Сообщение о применении американцами атомного оружия в Японии. В Хиросиме погибло 135 тысяч человек, 12 квадратных километров городской территории выгорело дотла. В Нагасаки убито 74 тысячи человек, еще столько же ранено.

Джоан из телефонной будки звонит Соне.

Допрос. Вы узнаете этот документ? Этот отчет о работе вашей лаборатории. Он был обнаружен в архивах КГБ, его нам передал перебежчик. Там сказано, что документы передала агент Лотта. Ник: так это ты агент Лотта? Зачем ты это сделала?

Флешбэк. Джоан в кафе встречается с Соней. Та беременна. Джоан: а что будет, если мы попадемся? В КГБ меня пристрелят. А если нас поймают здесь? В Англии за государственную измену вроде бы вешают. Но нас никто не заподозрит, мы ведь женщины. Соня: возьми подарок (мини-фотоаппарат). Встречаться будем только в людных местах, если обнаружишь за собой слежку – заходи в дамский магазин, ни один мужчина туда точно не сунется. Нам нужны чертежи, диаграммы.

Дэвис собирает сотрудников: одного из наших коллег в Канаде уличили в том, что он советский шпион. Нужно удвоить осторожность и утроить бдительность. После совещания Дэвис просит остаться Джоан. Мне сказали, что Лео Галича подозревают в том, что он курьер советской разведки. Я видел это имя в твоем личном деле. Это тот самый человек, который на тебе не захотел жениться? Джоан говорит, что давно не видела Лео. Дэвис: в своем рапорте я не стал его упоминать.

В лабораторию приходит полиция, проводится осмотр помещений, документов, личных вещей сотрудников. Джоан прячет фотоаппарат в упаковку с прокладками. Полицейский, досматривая ее сумочку, не открывает коробку, просит у Джоан прощения.

К Джоан приходит Лео. Она говорит: ты в списках МИ-5. Лео говорит, что работает в колледже в Лондоне. Ты для нас очень важна, будь осторожнее. Лео остается у Джоан переночевать. На прощанье он дарит ей медальон. На нем изображен святой Альберт, покровитель ученых. Носи его всегда с собой. В медальоне спрятана игла, кончик которой обмазан ядом кураре. Достаточно легкого укола в сгиб локтя – наступает смерть. Лео говорит, что у него тоже есть такой медальон, только на нем изображен святой Кристофер, покровитель странников.

Допрос. У вас возобновился роман с Лео? Джоан говорит, что она устала. Допрос прерывается. Джоан спрашивает сына: ты возьмешься за мою защиту в суде? Я свою вину признаю. Ник кричит на мать, ругает ее за то, что она передала бомбу диктатору. Но мы ведь тогда этого не знали! Так ты будешь меня защищать? Не знаю. Джоан падает в обморок.

Флешбэк. Лео говорит Джоан, что хочет вернуться в Россию. Ты со мной поедешь? Нет, там у вас репрессии. Тогда почему ты нам помогаешь? Я за равенство возможностей. Джоан говорит Лео, что больше его не любит, они расстаются.

Джоан звонит Лео, тот не отвечает. Джоан едет в Лондон, открывает своим ключом дверь в квартиру Лео, обнаруживает его висящим в петле. Джоан с криком выбегает из квартиры.

Допрос. Джоан лежит на больничной койке. Следователь: по официальной версии это было самоубийство, но это явно дело рук КГБ. После ухода следователей Ник спрашивает мать: как много знал об этом отец? Достаточно.

Флешбэк. Джоан встречается с Митчеллом. Тот говорит, что Лео утратил веру в Сталина. Джоан: чушь, он хотел вернуться в Россию. Больше я не буду вам помогать. Наши страны теперь враги. Что будет, если я попадусь? Митчелл: я тебе помогу, вывезу из страны. Я теперь занимаю высокий пост. Даже женился недавно на своей секретарше. Отличное прикрытие для Карака!

Джоан звонит Соне. Та не берет трубку. Джоан едет к дому Сони, стучит в дверь, никто не открывает. Она заходит в дом через черный ход. Там никого нет. Джоан открывает одежный шкаф и обнаруживает там свою норковую шубу. Там же она находит коробку с фотографиями. На одной целующиеся Митечлл и Карак. На нескольких фотографиях мальчик, похожий на Лео.

Дэвис приглашает Джоан в бар. Он признается ей в любви, говорит, что снова попросит развода у жены.

В лабораторию приходят полицейские. Дэвис говорит Джоан: в МИ-5 считают, что утечка идет от нас. Русские испытали бомбу, а ведь они плелись у нас в хвосте.

Полицейские берут под стражу Дэвиса. У нас есть сведения, что вы в Канаде высказывали прокоммунистические взгляды.

Ник упрекает мать в том, что она не любит свою страну. Та говорит, что спасала миллионы жизней: если бы атомное оружие было только у союзников, они бы его использовали во зло. И я была права, посмотри, уже 50 лет атомное оружие не используется.

Джоан приходит в тюрьму на свидание к Дэвису. Охранник за взятку позволяет им провести несколько минут наедине. Джоан признается Дэвису, что это она передавала информацию в Россию. Почему ты это сделала? Из-за Хиросимы. Дэвис говорит, что его жена согласилась дать ему развод: стоило только попасть в тюрьму! Джоан предлагает Дэвису уехать в Австралию. Тебя ведь выпустят, у них против тебя ничего нет.

Джоан добивается встречи с Митчеллом. От него она узнает, что Соня была резидентом советской разведки, это она приговорила к смерти Лео. Теперь она вернулась в Москву. А мальчик на снимке – сын Лео и Сони. Джоан требует, чтобы Митчелл сделал ей и Дэвису надежные документы и достал билеты на корабль до Австралии. Но это невозможно! Джоан показывает Митчеллу фотографию, на которой он запечатлен целующимся с Караком: если не поможешь – одно фото будет у твоей жены, а вторая копия – в газете.

Джоан и Дэвис садятся на пароход.

Джоан выводят из ее дома двое полицейских. Ее встречает толпа репортеров. Джоан зачитывает заявление для прессы. В нем она признается в том, что передавала атомные секреты русским. Журналисты и зеваки осыпают Джоан оскорблениями. Та говорит, что не предавала свою страну, просто добилась равных возможностей для разных стран. Если бомба будет у нас и у них – никто ее не применит. К Джоан подходит Ник. Он берет мать за руку и объявляет, что берет на себя ее защиту в суде: я ее адвокат, я ее сын. Теперь все вопросы – ко мне.

Финальные титры. В основе событий, показанных в фильме, лежит история Мелиты Норвуд, которая на девятом десятке была разоблачена как «последний советский агент в Британии вXX веке». Она в 40-е годы передавала атомные секреты русским. В силу преклонного возраста Норвуд была освобождена от уголовной ответственности. «Бабуля-шпионка» умерла в возрасте 93 года.

Знаете ли вы, что

  • Прототипом героинь Софи Куксон и Джуди Денч стала Мелита Норвуд (Melita Norwood), агент советской разведки, которая 40 лет передавала Советскому Союзу секретные документы, связанные с британской ядерной программой. Ее отцом был латышский политэмигрант большевик Александр Сирнис, а матерью – англичанка, активистка женского социалистического движения.
  • По данным газеты Independent, Мелита Норвуд с 1937 по 1971 год передавала информацию СССР. В это время она была секретарём главы Британской ассоциации исследований цветных металлов, работавшей над ядерными технологиями. Мелита Норвуд передавала данные СССР под псевдонимом «Хола». Она согласилась работать только по идейным соображениям, категорически отказываясь от любого материального вознаграждения. В 1972 году Норвуд прекратила отношения с советской разведкой.
  • Имя Норвудстало известно лишь в сентябре 1999 года, когда лондонская Times вышла с большой фотографией Мелиты на первой полосе и статьей, в которой сообщалось о ее работе на разведку СССР. Журналисты узнали об этом из только опубликованной книги «Архив Митрохина: КГБ в Европе и на Западе», авторами которой были профессор Кембриджского университета Кристофер Эндрю и бывший сотрудник КГБ Василий Митрохин, бежавший в Британию.
  • Сильный актерский состав во главе с Джуди Денч и характерной для неё мощной игрой воплощает на экране адаптацию отмеченного наградами романа, который, в свою очередь, был вдохновлен поразительной реальной историей. Он воскрешает особый мир «Шпионов из Кембриджа», которые делились секретами с русскими во время Второй мировой.
  • «Код «Красный» дал выдающемуся режиссеру Тревору Нанну возможность воплотить на экране увлекательный рассказ о шпионаже, пронизанный романтикой, опасностью, драмой и нравственными дилеммами.Признанный театральный режиссер разглядел в романе потенциал для полнометражной картины, едва взглянув на его обложку в книжном магазине. «От него было не оторваться», – вспоминал он позднее.–Дочитав книгу до конца, я увидел не только биографическую справку об авторе, но и ее электронный адрес для обратной связи. Я воспользовался им, чтобы написать: «Я абсолютно уверен, что права на экранизацию давно проданы, но по книге определенно нужно снять фильм». Почти сразу я получил ответ от писательницы Дженни Руни: «Нет, права на экранизацию ещё никто не купил, и я буду безмерно счастлива предложить их Вам». Заинтригованный Тревор связался с продюсером Дэвидом Парфиттом, среди множества успешных фильмов которого есть и оскароносный «Влюблённый Шекспир». «Я предложил идею Дэвиду, и он немедленно откликнулся с большим энтузиазмом. А потом он прочёл книгу и проникся ещё большим энтузиазмом», – говорит режиссер. «Он вошёл в мой кабинет, излучая энергию, как Тревор умеет, – вспоминает Дэвид. – «Эта книга так и просится на экран! Ты обязан её прочесть». Я прочёл и подумал, что он совершенно прав».
  • Роман Руни, хоть и вымышленный, но был вдохновлен выдающейся и противоречивой реальной историей Мелиты Норвуд, британской учёной и государственной служащей, которая в течение четырех десятилетий выдавала русским секреты, связанные с ее работой на предприятии, занимавшемся созданием атомной бомбы. «Мы знакомимся с Джоан в 2000 году, когда ей слегка за восемьдесят. Она живет праздной жизнью в собственном миленьком пригородном доме, когда туда неожиданно заявляется MI5, берет ее под арест и увозит на допрос, – рассказывает Дэвид.–Оказывается, что она училась в Кембридже вместе с человеком по имени сэр Уильям Митчелл, который недавно скончался и которого считают одним из членов Кембриджской пятерки. Обнаружена некая связь между Джоан, Уильямом и КГБ. Наша история представляет собой допрос пожилой Джоан, переносящий нас через ее воспоминания в годы с 1938 по 1947. Это история ее жизни, сначала как студентки Кембриджа, а затем как учёной, работавшей над сверхсекретным проектом «ТьюбЭллойс».
  • Главной темой фильма является то, что Джоан соглашается шпионить не потому, что увлекается коммунистической идеологией, а потому что ее приводят в ужас бомбардировки Хиросимы и Нагасаки, и она хочет, чтобы в будущем такое никогда не повторилось. Если у всех стран будут одни и те же секреты, считает она, жить в мире будет безопасней. Кроме того, совершенно очевидно, что никто не замечает исходящей от нее угрозы, потому что она женщина. «Эта мысль пронизывает весь фильм: в то время женщины служили неприметным фоном, их игнорировали, они терялись в тени, благодаря чему их без труда можно было вовлечь в шпионаж и, как знать, во что ещё, – говорит Дэвид.– Я сделал для себя невероятные открытия. Я ничего не знал о том мире Кембриджа, но, например, прекрасный колледж Ньюнхем окончило множество умнейших женщин, получивших при этом лишь сертификат. Им не присваивал ученую степень, как мужчинам. Поразительно. И ситуация изменилась только после окончания войны». «Сегодня такая дискриминацияшокирует, но действительно, изучив вопрос, я обнаружил, что подобное разделение продолжалось до 1951 года, – добавляет Тревор. – Женщины не получали равноценного мужчинам признания, несмотря на то что сдавали точно такие же экзамены».
  • Хотя фильм развивает тему сериала «Шпионы из Кембриджа», это в первую очередь история Джоан. «Я кое-что слышал о Кембриджской пятерке. Они следовали своим коммунистическим убеждениям, шпионя в пользу России. Наш рассказ не об этом. Позиция Джоан предельно ясна – её не особенно интересует собственно коммунизм, ей просто встретился очень привлекательный его приверженец. Она же, напротив, сопротивляется любым попыткам обратить её в эту веру. В итоге, все сводится к тому, насколько этично ведение войны с применением ядерного оружия. Все, что она делает и чего не делает, вытекает из этой нравственной дилеммы, а не из ее политических взглядов», – утверждает Дэвид. «Если выражаться максимально просто, мы в своём фильме едва коснулись гигантской по своей значимости темы, – рассказывает Тревор. – Вы знакомитесь с очень правдоподобными персонажами в четко определенный период времени, и поэтому способны сопереживать их слабостям, мечтам и стремлениям».
  • Джоан начинает снабжать Россию информацией, занимая должность секретаря при сверхсекретном проекте «Тьюб Эллойс», цель которого – разработка атомной бомбы. «Ее приглашают на собеседование, что само по себе загадочно, так как это требует чьей-то личной рекомендации, для работы над проектом под кодовым названием «ТьюбЭллойс», – говорит Тревор. – Ей сразу дают понять, что даже собеседование представляет собой государственную тайну, предлагая на подпись Официальный акт о неразглашении». Она узнает, чему именно посвящен проект, благодаря связи со своим руководителем, Максом. Британские ученые спешат опередить в своих исследованиях немцев, которые занимаются похожими разработками для Гитлера. «В том, чтобы их работа дала результаты, есть безотлагательная необходимость, – добавляет режиссер.– То, чем они занимаются, должно изменить ход мировой истории. Или предотвратить ее катастрофическийконец. Думаю, больше всего завораживаетэто различие в масштабе между чем-то незначительным, но показанным вблизи и достоверно, и чем-то, что, по сути своей, глобально».
  • Чтобы перенести «Код «Красный» на экран, продюсеры обратились к опытному сценаристу Линдсэй Шаперо, которая сразу же увлеклась глубиной, сложностью и потенциалом романа Дженни Руни. «У Дженни Джоан показана человеком, который действует из принципиальной пассивности, руководствуясь скорее логикой, чем идеологией. Думаю, из-за этого её персонаж вызывает симпатию, ей сопереживаешь. Ее характер лучше раскрывается, она не просто двухмерная коммунистка», – говорит Шаперо. «Она гениально поработала над структурой. В написании сценария структура важнее всего. Тут две временные линии. Есть настоящее время, где мы пытаемся понять, шпионка она или нет. Это дает потрясающую возможность постоянно возвращаться к прошлому, раскрывать историю по мере продвижения вперед, – рассказывает режиссер. – Во временной линии, показывающей настоящее, нужно следить за тем, чтобы одна и та же сцена не повторялась снова и снова. «Вы делали это?» «Нет». Нужно по капле вливать в эти сцены информацию, которая меняет наше видение персонажа.Нужно постепенно вводить важные элементы предыстории. В настоящем времени мы видим новый взгляд на то, что произошло в далеком прошлом. Вот чем так полезны две временные линии».
  • Помимо структуры, Линдсэй Шаперо привлекли сложность нравственной дилеммы героини в романе и сюжет, в особенности – роман между Джоан и Львом, привлекательным и резким молодым русским, с которым у нее развиваются отношения. «Все видят этот фильм по-разному. Для меня он был о том, любит ли Лев Джоан? Умеет ли он любить вообще? Лев – фантастически сложный персонаж. Это фильм о любви, о долге и о деле. Это мои ощущения, но думаю, у других после просмотра может сложиться иное мнение, и это очень увлекательно, – продолжает автор сценария. - Я думаю, фильм также рассказывает о том, как обычного человека, такого же, как все, втягивают во что-то по-настоящему экстремальное. Надеюсь, мы добились этого эффекта. Что зритель поймет, как молодая женщина пришла к тому, что многие из нас назвали бы изменой. Как можно принять экстремистскую точку зрения, не будучи при этом экстремистом». Линдсэй Шаперо добавляет, что Денч в роли пожилой Джоан очень ей помогла передать нравственные страдания: «Она оказала мне неоценимую помощь, потому что в её исполнении любой персонаж может вызвать эмпатию. Она великая актриса, обладающая огромной харизмой. Для меня большая честь, что она произносит мои слова, и ты понимаешь, что в устах человека такого калибра твои слова звучат весомо».
  • Поскольку действие происходит в двух очень разных мирах и более чем в трех периодах времени, для съемочной группы было очень важно, чтобы прошлое и настоящее выглядело по-разному и аутентично. Продюсер Дэвид Парфитт хотел, чтобы картина отражала реальность и дилеммы, с которыми сталкивались женщины вроде Джоан: «Я считаю, что это исторически достоверная картина, хоть речь в ней и не идет конкретно о Кембриджской пятерке. Мы освещаем большие отрезки войны, и, по-моему, после просмотра люди начинают лучше понимать тот период истории. Но еще больше мы хотим донести до зрителей суть этих совершенно реальных нравственных дилемм и то, что многие женщины были вовлечены в невероятно важную работу». «Кембридж очень важен для истории, – добавляет Тревор Нанн. – Царивший там дух, сознание того, что в Кембридже учились молодые и страстные идеалисты-коммунисты, очень важны для него. Но не менее важно и понимание того, что юная Джоан учится в колледже Ньюнхем. Этот колледж был предназначен только для женщин, то есть в университете существовало разделение между женщинами и мужчинами, а значит, и строгий моральный кодекс вследствие такого устройства». «Нам очень понравилось снимать внутри и вокруг Ньюнхема. Но поскольку Дженни Руни гораздо позже училась в колледже Сент-Джонс, в ее книге есть сцена, когда юный Лев приводит юную Джоан на вершину Сент-Джонс-Тауэр. Она, очевидно, знала об узеньком потайном проходе, который вел на самый верх и откуда открывался весь Кембридж, а впечатление было такое, что ты охватываешь взглядом весь мир. Поэтому она и поместила туда одну из самых важных сцен, где Лев говорит о том, каким представляет совершенно новый мир», – продолжает режиссер.
  • Другие сцены, включая прогулки по знаменитым улочкам Кембриджа того времени, пикник у реки Кэм, протекающей по территории колледжа Сент-Джонс, где виден Мост Вздохов во всем своем великолепии, также передают ощущение времени и пространства. «Ключевым моментом для нас было рассказать историю Кембриджа, – объясняет директор по натурным съёмкам Том Ховард. – Мы хотели создать ощущение пребывания в том городке. Но мы также работали с разными временными периодами – до войны, во время и после войны. Большая часть действия разворачивается в Кавендишской лаборатории, и нам нужно было найти место для съемок тех интерьеров. Нам нужно было воспроизвести их и реконструировать.Нам пришлось связаться с различными колледжами, фигурирующими в фильме. И договориться о датах, которые устроили бы всех, а это было самым сложным из-за того, что эти колледжи собой представляют. Все это требует времени. Как на любом производстве, у нас были планы и сроки, и нам приходилось их согласовывать».
  • Показывая разные периоды, главный оператор Зак Николсон и его команда применили довольно тонкий подход, подчеркивая прошлое и настоящее не очень заметными, но значимыми способами. «Я чувствовал, что это произойдет само собой, поскольку сами периоды очень далеки друг от друга. Когда мы работали над флэшбэками, кадрирование, расположение камеры и освещение менялись так, чтобы чуть более драматично показать события прошлого. Сделать их более выпуклыми. Сравнивать и противопоставлять двух Джоан очень увлекательно. А вне кадра интересно наблюдать за разными подходами Джуди и Софи. Они естественным образом вплетаются в их игру и в то, как мы их снимаем. За этим очень любопытно наблюдать через объектив камеры. Чувствуется, что юная Джоан живет настоящим, а пожилая Джоан больше вспоминает, оглядывается назад. Мы пытались отразить это через свой подход к съемке, – говорит оператор. – Сам Кембридж, конечно, не является персонажем, но его присутствие в фильме весьма ощутимо. Когда большая часть материала уже была отснята, нам было приятно просто находиться среди этих старинных зданий. Мы придаем форму миру, который они реально занимают. Картинка очень богатая, красивая, и в ней много истории».
  • Создавая костюмы для фильма «Код «Красный», художник по костюмам Шарлотта Уолтер также избрала довольно умеренный подход, и, тем не менее, результат получился ярким и эффектным. «Я сочла стиль Джоан довольно лаконичным. Она как будто и не носит ничего, как выражается сама Софи, ничего слишком броского. Она одевается стильно, но не вычурно», – рассказывает Шарлотта.
  • Изменения, происходящие в жизни Джоан, отражаются в дизайне ее костюмов. «Мы начинаем с юной Джоан в Кембридже, с несколько наивной девушки в скромных блузках и юбках, прямиком со школьной скамьи. Потом она устраивается на работу, и, соответственно, становится более взрослой, – продолжает художник по костюмам. –Мы с Софи проделали огромную работу. Мы начали примерки с костюмов конца 1930-х для очень молодой Джоан. Я также сразу подобрала комплект для финальной сцены, и затем нам оставалось заполнить промежуток между этими двумя моментами. Поскольку это история о Джоан, и Софи присутствует почти во всех сценах, можно сказать, что мы создавали ее образ вместе».
  • Шарлотта также была очень увлечена мыслью о том, что ей впервые за всю карьеру предстоит одеть Джуди Денч. «Работа с Джуди доставила мне непередаваемое удовольствие. Она дала мне все, о чем только можно мечтать, и даже больше. Она примеряла одежду и – да, именно такой она ей мысленно и представлялась». Цвета перекликаются с теми цветами, которые я выбирала для юной Джоан. На мой взгляд, светлая палитра подошла обеим Джоан. Возникает чувство, что эти две Джоан составляют одно целое».
  • Художник по гриму Сэлли Джей работала вплотную с костюмерами, чтобы создать единый образ: «В настоящем мы видим Джуди в течение семи последовательных дней. Сначала она выглядит нормально, постепенно становясь все более растрёпанной, но временной промежуток очень невелик», – объясняет она. – «А в ретроспективе проходят годы, с 1938 по 1947, то есть изменения довольно серьезные. В конце Софи выглядит совсем не так, как в начале».
  • Поскольку в то время женщины в основном сами делали себе прически, Сэлли старалась, чтобы укладка была незаметной: «Я люблю, чтобы все выглядело аутентично. Я хотела, чтобы ее прическа смотрелась так, будто она сама ее сделала. Я просмотрела много фотографий студенток Кембриджа того периода для сравнения.Мы меняли ее облик по мере ее взросления и становления более опытной женщиной. Мы добивались, чтобы ее прическа выглядела естественно и соответствовала своему времени, поэтому мы ориентировались на стиль Лорен Бэколл. Софи позволяла нам стричь, завивать и окрашивать свои волосы, потому что тоже хотела выглядеть соответственно времени».
  • Сэлли старалась, чтобы Джоан в исполнении Джуди выглядела безобидным и непритязательным персонажем, а для этого нужно было спрятать дерзкую мальчишескую стрижку актрисы. «Она великолепна. Настоящий профессионал и истинная леди с восхитительным чувством юмора. Впервые войдя в автобус гримеров, она уже через минуту знала всех по имени. Она, действительно, необыкновенный человек, – говорит Сэлли о Джуди. –В фильме она носит парик, так как своя прическа у нее очень стильная – пикси на коротких волосах, а выглядеть она должна была безвредной милой старушкой из пригорода, которая и мухи не обидит. Она не выдавала себя тем, как она выглядела, поэтому мы добивались того, чтобы она походила на самую обыкновенную бабушку».
  • Оформить подписку