Фильм Операция «Шаровая молния»

Entebbe
6.61
КиноПоиск 5.64
  • режиссура
  • сюжет
  • зрелищность
  • актёры
Подробнее о ivi.рейтинге
Режиссер
Жозе Падилья
Актеры
Розамунд Пайк, Даниэль Брюль, Эдди Марсан, Бен Шнетцер, Нонсо Анози, еще
Фильм рассказывает о событиях, произошедших в 1976 году. Четверо террористов, двое из которых состоят в леворадикальной палестинской организации НФОП, а двое других в немецкой организации «Революционные ячейки», захватывают рейс Air France 139, который следует из Тель-Авива (Израиль) в Париж (Франция) через Афины (Греция). По требованию террористов самолет совершает посадку в аэропорту Энтеббе в Уганде. Пассажиров и экипаж самолета террористы решают удерживать в старом здании аэропорта. Отделив евреев и израильтян от остальных, захватчики обещают убить их, если власти Израиля не выполнят их требования.

Съемочная группа

Продюсеры
Тим Беван, Эрик Феллнер, Рон Халперн, еще
Композитор
Родриго Амаранте
Оператор
Лула Карвальо
Сценарист
Грегори Бурк
Художники
Кейв Куинн, Чарло Далли, Сабина Дайгелер, еще

Знаете ли вы, что

  • Фильм является экранизаций романа «Operation Thunderbolt: Flight 139 and the Raid on Entebbe Airport, the Most Audacious Hostage Rescue Mission in History» Сола Дэвида, впервые опубликованного 1 декабря 2015 года. В этой книге содержится информация, которая ранее никогда не публиковалась в текстах об операции «Шаровая молния» из-за того, что была засекречена.
  • Большая часть сцен была снята в Международном аэропорте в городе Лука (Мальта). Через день после завершения съемок настоящий угнанный ливийский самолет приземлился неподалеку от того места, где проходили съемки. Самолет угнали два человека, которые угрожали взорвать гранату. В итоге все закончилось тем, что угонщики отпустили всех заложников и были арестованы властями Мальты.
  • Даниэль Брюль и Дени Миноше ранее вместе снимались в фильме «Бесславные ублюдки» (2009) режиссера Квентина Тарантино.
  • Ранее об операции «Шаровая молния» уже снимались фильмы: «Рейд на Энтеббе» (1976) режиссера Ирвина Кершнера, «Победа в Энтеббе» (1976) режиссера Марвина Дж. Чомски и «Операция «Йонатан»» (1977) режиссера Менахема Голана.
  • Персонаж Йонатана Нетаньяху (его сыграл Анхель Бунани) - это старший брат Биньямина Нетаньяху, который с 31 марта 2009 года является премьер-министром Израиля. Оба брата служили в элитном отряде Сайерет Маткаль, который проводил операцию по спасению заложников, описанную в фильме.
  • Несмотря на то, что операция «Шаровая молния» в аэропорту Энтеббе считалась успешной, у неё было много неожиданных последствий, которые позднее имели большое историческое значение. Например, Биньямин Нетаньяху утверждал, что пошёл на государственную службу именно из-за своего брата Йонатана Нетаньяху, который был убит во время операции.
  • Продюсеры Тим Беван и Кейт Соломон не стремились стать экспертами в экранизации террористических атак, имевших место в реальности. Но так получилось, что именно они взялись за историю о трагическом захвате в Энтеббе. «Несколько лет назад РонХалперн из Studiocanalпредложил нам с Кейт подумать о захвате заложников в Энтеббе в качестве нового проекта. По его мнению, из этого могла бы получиться очень интересная история», – рассказывает Беван.
  • По первоначальному замыслу Халперн хотел рассказать о произошедших событиях глазами французских пилотов. Для этого Соломон отправилась во Францию, чтобы пообщаться с членами экипажа, которые стали очевидцами событий. Среди них был и Жак Лемуан, роль которого в фильме исполнил Дени Меноше. Кейт осталась под впечатлением от встречи: «Когда Жак рассказал мне о той неделе, которую он провёл в Энтеббе, я поняла, что из этого может получиться действительно интересная история». Особенно Кейт запомнился рассказ Лемуана о решающем моменте операции, когда он вместе с остальными заключенными лежал на полу, и террористы были вместе с ними: «Он лежал очень близко к Бёзе, немецкому террористу, когда тот отвёл оружие и велел Жаку пригнуться. В тот момент, пробыв с заложниками бок о бок целую неделю, террорист осознал, что не может убить их. Для меня эти воспоминания стоили того, чтобы о них рассказать».
  • Погружаясь всё глубже и глубже в события 1976 года, Беван и Соломон задумались о ещё более интересном взгляде на произошедшее: «О тех событиях сохранилось очень много документации, благодаря которой можно взглянуть на ситуацию с разных углов – с точки зрения захватчиков, израильских политиков, угандийцев. И мы подумали, что было бы здорово рассказать все эти истории в одном фильме».
  • После того, как сценарий был написан, продюсеры принялись за поиски режиссёра. Им нужен был постановщик, способный снять сложную драму о 7 днях в Энтеббе реалистично и напряжённо. Они обратились к ЖозеПадилье, лауреату нескольких премий за документальные работы и постановщику сериала «Нарко», получившего отличные оценки критиков. «Я видел документальную ленту ЖозеПадильи “Автобус 174” о захваченном в Бразилии автобусе. Снят он был очень захватывающе. Жозе умеет удерживать внимание зрителей, и ты никогда не знаешь, что тебя ждёт в следующую секунду. Его документальные фильмы держат тебя в напряжении. Потому я давно хотел поработать с ним».
  • В глазах Бевана, особый стиль и кинетическая сила предыдущих работ Падильи сделала его идеальным кандидатом для съёмок «Операции “Шаровая молния”»: «Его работы отличаются искрометной энергией. Взять, к примеру, криминальную драму “Элитный отряд” или телевизионный проект “Нарко”. Нам было важно, чтобы при изображении этих событий камера не стояла на месте. Мы искали профессионала, который с помощью движения камеры сможет придать вибрацию каждой сцене».
  • Падилья, который, безусловно, слышал о захвате заложников в Энтеббе, был впечатлён сценарием: «У меня сразу появилось несколько задумок, как развить историю. Но сам сценарий меня потряс – то, как в нём были показаны эти ужасные события. Грег обладает талантом писать интересные и реалистичные диалоги, которым веришь на 100%. Так что, прочитав сценарий, я сказал, что они могут на меня рассчитывать».
  • Для Падильи было очень важно изобразить события «Операции ”Шаровая молния”» максимально приближенно к реальности: «Я стремился показать в фильме как можно больше достоверно известных деталей. Мы пообщались со многими очевидцами тех событий, в том числе 5-6 солдатами, которые участвовали в самой операции. Нашей целью было собрать сведения от реальных участников, а не тех, кто слышал о случившемся с чужих слов. Хочется верить, что благодаря проделанной работе мы рассказали правдивую историю».
  • Чтобы изобразить операцию «Молния» максимально аутентично, съемочная группа обратилась за помощью к военным консультантам, которые сами были в Энтеббе во время спасательной миссии. «Нам было очень важно заручиться помощью ветеранов операции в Энтеббе. Двое из них помогали тренировать наших ребят и присутствовали на съемочной площадке, когда мы снимали спасательную операцию. Это было потрясающе. Если у членов съемочной группы возникали вопросы о том, что происходило в тот или иной момент или как вели себя в конкретной ситуации солдаты, они тут же всё разъясняли», – рассказывает Соломон.
  • Помимо ветеранов и израильских политиков, создатели также обратились за помощью к нескольким заложникам: «Мы поняли, что у каждого участника тех событий – свой взгляд. Изучение показаний очевидцев не даёт вам полную картину, потому что в ключевых моментах истории разных людей существенно расходятся. Хотя мы стремились к максимальной правдивости, в нашей драме мы лишь показываем нашу версию. Мы старались как можно точнее приблизиться к реальности, но я сомневаюсь, что хоть один человек точно знает, что произошло в Энтеббе в 1976 году», – откровенничает Падилья.
  • Чтобы оживить отчаянных и опасных героев «Операции ”Шаровая молния”», создатели собрали международный актерский ансамбль. Кастинг драмы сформировался из актеров кино и телевидения, на счету которых не одна престижная кинонаграда.
  • Номинантка на «Оскар» Розамунд Пайк воплотила на экране немецкую террористку Бригитту Кульман. Заинтересованность ролью актриса объяснила желанием поработать с режиссером: «Когда я увидела Жозе, мне тут же бросилась в глаза его страсть к проекту. Сразу стало понятно, что он не ищет легких путей. И он не хотел показывать зрителю типичных героев и злодеев». Розамунд не привыкать к персонажам, которые сочетают в себе добро и зло. Поэтому она не могла упустить возможность сыграть такого многослойного персонажа, как Кульман: «Этот сценарий позволяет зрителю по-настоящему прочувствовать террористов, понять их мысли и поступки. В большинстве фильмов террористов изображают обезличенными и совершенно непонятными. Поэтому было особенно интересно понять, что же ими движет. Если мы всё сделали правильно, рано или поздно вы начнёте сопереживать Бригитте и Бёзе». Неоднозначность поступков Кульман стали ещё одной приманкой для Пайк: «В этой истории очень много двойных стандартов и неопределенности. Наш фильм поднимает вопрос морали. Как было правильно поступить? Моя героиня –интеллектуалка из левого крыла, которая чувствовала свою правоту. Но это не значит, что она была готова убить ради собственных убеждений. Эта неопределенность очень интересна».
  • Несмотря на то, что Падилья был заинтересован кандидатурой Розамунд Пайк, для него очень важным оставался языковой вопрос: «Я хотел, чтобы немецкие террористы говорили между собой по-немецки. Потому что именно так они себя вели в реальности. Поэтому изначально мы искали немецкоговорящих актрис. На первой встрече с Розамунд я спросил, знает ли она немецкий. На что она ответила, что может выучить его фонетически. Я не поверил своим ушам: “Как ты собираешься это сделать?”». Однако в итоге Пайк действительно заучила все необходимые для роли фразы: «У нас в команде был преподаватель немецкого языка, который очень интенсивно занимался с Розамунд, чтобы добиться как можно более совершенного произношения».
  • На роль немецкого террориста Вильфрида Бёзе продюсеры рассматривали Даниэля Брюля. Актер моментально заинтересовался сложным и психологически глубоким сценарием Бурка: «Впервые прочитав сценарий, я не находил слов, чтобы выразить свои эмоции. Я и раньше слышал об этой операции и даже смотрел более ранние фильмы о тех событиях. Но в сценарии Бурка было столько деталей, о которых я раньше и не догадывался! В нём скрупулёзно проработана мотивация каждого персонажа, отчего они становятся ближе и понятнее».
  • Пайк была захвачена возможностью оказаться с Брюлем на съемочной площадке: «Я мечтала поработать с ним с тех пор, как увидела его в фильме” Гуд бай, Ленин!”. Второй раз он покорил меня феноменальным изображением гонщика Ники Лауда в фильме” Гонка”».
  • Для подготовки к роли Брюль прочел несколько книг о немецких радикальных революционных ячейках, а также смотрел документальные и художественные фильмы тех времён. Эти исследования помогли ему понять, как выглядели, говорили и двигались люди из окружения и его персонажа. Также Даниэль опирался на воспоминания бывшего солдата Офера, участвовавшего в миссии. «Очень будоражил тот факт, что вместе с нами на площадке находился очевидец событий. Конечно, у него была своя точка зрения на произошедшее. Хотя мне было безумно интересно общаться с ним, я держался на дистанции, чтобы как можно лучше вжиться в образ Бёзе. А потому я не мог полностью согласиться с его точкой зрения. Это было очень странно».
  • Актеры отмечают, что, несмотря на трагичность рассказываемой истории, Падилья сумел создать на площадке оптимистичную атмосферу: «С Жозе ты должен быть готов всегда. Он может подойти к тебе с какой-то новой идеей в последнюю минуту. Это очень бодрит. Ты экспериментируешь, пробуешь снять сцену так и эдак. Это очень “документальный” подход к съёмке. Но для актера такой опыт очень ценен», – делится своими впечатлениями от съемок Брюль.
  • Для ключевых ролей премьер-министра Ицхака Рабина и министра обороны Шимона Переса были приглашены израильский актер Лиор Ашкенази и британец Эдди Марсан. И хотя на экране их персонажи всё время противостоят друг другу, у актеров был очень схожий взгляд на свои роли. «Создать образ Рабина на экране – очень ответственная задача, ведь он был и остаётся важнейшей исторической фигурой», –рассуждает Лиор Ашкенази, номинированный на «Оскар» за драму «Примечание». – «Я не хотел делать копию или карикатуру Рабина. Вместо этого вместе с Жозе мы придумали, с помощью каких деталей можно оживить его образ. То, как он курил или поворачивал голову. Я даже попросил членов его семьи поделиться домашними видеозаписями Рабина. Удивительно, но Ицхак очень много снимал других членов семьи, но сам никогда не попадал в кадр». Как и коллега, Марсан также стремился избежать поверхностного изображения: «Было очень важно не пытаться сыграть архетипичногоШимона Переса. Моя задача была изобразить очень харизматичного человека, одержимого параноидальными мыслями и обладающего очень противоречивой натурой».
  • Стремление создателей снять максимально достоверную версию произошедших событий убедило Марсана принять предложение: «Я думаю, что “Операция «Шаровая молния»” – достойный ответ популизму, который слишком упрощает мир, населяя его плоскими героями и злодеями. Это одна из первых тем, которую мы обсуждали с Жозе. Каждый персонаж фильма видит и слышит ситуацию со своей, уникальной точки зрения».
  • Одной из сложнейших задач, возникших перед создателями, было найти локацию для съёмок заброшенного аэропорта в Энтеббе. «Мы рассматривали вариант строить аэропорт с нуля. Я предпочитаю документально достоверную картинку, поэтому стараюсь обходиться минимумов эффектов или совсем без них», – вспоминает Падилья. По словам продюсера Мишель Райт, решение их проблемы было найдено на острове Мальта: «Прежде чем мы нашли идеальный вариант, потребовались длительные поиски. Трудность заключалась в том, что мы должны были снимать очень большие самолеты. И Мальта дала нам такую возможность». Строительство аэропорта требовало огромной команды специалистов, трудящихся днем и ночью. Но результат, по признанию Райт, того стоил: «Наша команда на Мальте состояла из 138 человек. 60 из них были заняты непосредственно строительством. Они возвели совершенную копию аэропорта Энтеббе за 7,5 недель. Обычно такое строительство занимает куда больше времени. Команда приложила массу усилий, чтобы уложиться в такие сжатые сроки».
  • Продюсер «Операции “Шаровая молния”» Кейт Соломон убеждена, что время для рассказа этой истории выбрано как нельзя точно: «Мы продолжаем сталкиваться с террористическими актами. И отношения между Израилем и Палестиной по-прежнему накалены до предела. Но, вернувшись в прошлое и взглянув на произошедшую трагедию с разных точек зрения, мы можем найти выход и из сегодняшней ситуации». В подтверждение своих слов Кейт акцентирует внимание на финале фильма: «После освобождения всех заложников, Ицхак Рабин высказывает очень важную мысль. Если правительство не будет вести диалог с противником, ситуация никогда не улучшится. Это главное послание нашего фильма. Люди должны говорить друг с другом». Даниэль Брюль тоже находит параллели между событиями, показанными в фильме, и сегодняшним временем: «Поразительно окунуться в события далеких 70-х годов и увидеть, насколько актуальны эти же проблемы сегодня. Те проблемы, с которыми мы столкнулись тогда, до сих пор не решены. Но, возможно, взгляд в прошлое поможет нам решить их в настоящем». Тим Беван согласен с коллегами: «Наш политический триллер рассказывает о событиях в мире, который мало чем отличается от современности. И он позволяет взглянуть за политические кулисы, которые и по сей день не сильно изменились. Я надеюсь, что зритель по-настоящему проникнется рассказанной нами историей. И, хочется верить, что после просмотра людям будет о чем задуматься».

Ошибки в фильме

  • В фильме показан самолет Airbus A310, который является укороченной версией самолета A300b4, захваченного в реальности. A310 начал эксплуатироваться с 1978 года, в то время, как действие фильма происходит в 1976 году.
  • В фильме показан танец "Анафаза", который впервые появился в 1995 году, через 19 лет после событий фильма.
  • В сцене тренировки израильских солдат на фоне можно заметить вертолет Sea King. Данный вертолет никогда не стоял на вооружении израильской армии.
  • Израильские коммандос красят Мерседес в черный цвет обычными кистями. Но в следующих сценах можно увидеть, что этот Мерседес имеет заводскую блестящую окраску.

Сюжет

Осторожно, текст может содержать спойлеры!

В 1947 году ООН признала государство Израиль. И сразу же палестинцы начали борьбу за свои земли. К ним примкнули левые движения всего мира. Начались атаки на граждан Израиля. Палестинцы называют себя борцами за свободу, но в Израиле их называют террористами.

День первый, 27 июня 1976 года. Самолет компании Эйр Франс, направляющийся из Иерусалима в Париж, взлетает из аэропорта в Афинах. Сидящие в салоне бизнес-класса пассажиры – Бригитта Кульманн и Вильфрид Бёзе достают из сумок пистолеты, направляют оружие на пассажиров и заявляют о том, что происходит угон воздушного судна. К ним присоединяются двое палестинцев, один из которых заявляет, что у него граната. Бёзе врывается в кабину пилотов, приставляет пистолет к затылку командира экипажа: дернетесь – всех убьем! Всем пассажирам – в заднюю часть салона. Кто капитан? Я. Оставайся – остальные вон из кабины.

В Иерусалиме происходит заседание кабинета министров Израиля. Министр обороны Шимон Перес требует увеличения военных расходов на 10 процентов. Ему возражают, что не хватает денег на медицину и образование, что военные расходы и так составляют 31 процент от ВВП, что за последние четыре года они выросли на 10 процентов. Перес утверждает, что такой рост оборонных расходов в условиях, когда арабы и русские наращивают финансирование своих военных программ – это необходимый минимум, условие выживания государства Израиль. Сегодня возможности военной разведки Израиля крайне ограничены. Премьер-министру Ицхаку Рабину приносят записку: угнан самолет с израильскими гражданами. Рабин пишет вопросы: сколько израильтян, сколько угонщиков, куда летит самолет?

Бёзе под угрозой наказания требует, чтобы пассажиры сдали угонщикам паспорта и удостоверения личности. Некоторые из пассажиров прячут кулоны в виде звезды Давида.

Рабину докладывают: на борту самолета 239 пассажиров, из них 83 израильтянина. Перес говорит Рабину: вообще-то, это проблема французов. Но угонщики палестинцы, это их почерк. Рабин отвечает: значит, это моя проблема.

Самолет садится в аэропорту Бенгази в Ливии. Бёзе угрожает командиру экипажа: не вздумай шасси повредить, умрем вместе. Посажу, как перышко.

На летном поле возле самолета беседуют бортинженер и Бёзе. В чем причина задержки? Куда мы летим? От этого зависит количество необходимого топлива. Возвращайтесь на борт. Мне надо все проверить. И позаботьтесь о пассажирах. Они на борту уже 5 часов. Их нужно напоить и накормить. Сбежишь? Нет. А вы поосторожней со своей гранатой возле топливных баков.

Полгода назад. Франкфурт, Германия. Кульманн и Бёзе входят в конспиративную квартиру. Их встречает любовник Кульманн Хуан Пабло. Он знакомит друзей с представителем Народного фронта за освобождение Палестины. Вы говорите – угон. А в чем наша выгода? Вас в последнее время сильно прижали, многие ваши сидят в тюрьмах в Израиле. Вы можете потребовать освобождения 50 человек, а мы потребуем выпустить из заключения Ульрику Майнхоф. Они выполнят все наши требования.

Йемен, стрельбище в тренировочном лагере Народного фронта за освобождение Палестины. Бёзе стреляет по мишени из автомата Калашникова. Ему показывают газету, где написано о том, что Ульрика Майнхоф повесилась в тюремной камере. Руководитель палестинцев спрашивает Кульманн и Бёзе: вы готовы умереть? Вот Джабер, всех его родных убили в Ливане израильские солдаты. Он верен. А вы? Кульманн говорит, что Майнхоф убили. И нас тоже убьют. Главарь палестинцев говорит: я поеду в Уганду, договорюсь с Амином. А вы будьте поосторожней с пассажирами. С ними нельзя сближаться. Кульманн говорит: я революционерка.

В салоне захваченного самолете стюардессы разносят пассажирам воду. Одна пассажирка стонет. Что с вами? Мне плохо, у меня преждевременные роды. Террористы не позволяют медсестре оказать пассажирке помощь. Какой у вас срок? Два месяца. Палестинец говорит Бёзе: она тебя дурит. Тот возражает: мы гуманисты, лучше проявить милосердие. Женщину отпускают. Самолет взлетает. Командир пытается говорить по радио: надо сделать запрос. Нет. Полоса пустая, они знают.

Рабину докладывают: в Ливии самолет дозаправили, отпустили. Так, Каддафи тоже не нужны проблемы. На сколько им хватит топлива? На пять часов. Перес говорит: до Израиля хватит. Они прилетят в аэропорт Бен Гурион, в Тель-Авив, чтобы все всё видели. А еще они отпустили девушку.

Допрос девушки, отпущенной террористами. Там два араба и два немца, мужчина и женщина. Почему вас отпустили? Я им солгала, что беременна. Куда они направляются? Девушка не знает.

Флешбэк. Хуан Пабло говорит Кульманн: это же безумие, Иди Амин сумасшедший, он людей крокодилам скармливает! Кульманн отвечает: в Уганде мы будем в безопасности. У Израиля не будет выбора, им придется договариваться. Это шах и мат. Или мы убьем заложников. Хуан Пабло интересуется: немцы – евреев? Вы представляете, что это такое? Ульрика погибла из-за меня. Если сомневаешься – уходи. Кульманн целует Хуана Пабло.

Самолет приземляется в аэропорту Энтеббе в Уганде. Бёзе говорит по громкой связи пассажирам: добро пожаловать в Уганду. Франция сотрудничает с Моссад, помогала Израилю делать атомную бомбу, поставляет ему самолеты. У палестинцев нет атомной бомбы, поэтому мы призываем все революционные движения мира уничтожить сионистско-фашистское государство Израиль, преемника нацистов. Ночь вы проведете на борту самолета, потом вас переведут в терминал. Вы могли выбрать другие авиалинии. Спасибо, что выбрали Эйр Франс. Теперь вы знаете, что думает сумасшедший немецкий революционер. Двери самолета открываются, Бёзе встречают еще двое палестинцев, они приветствуют друг друга. ВыходитКульманн. Ты бы видел лица пассажиров, когда ты к ним обращался! Они были в ужасе.

День второй. Пассажиров перемещают в терминал. Их приветствует Иди Амин: добро пожаловать в Уганду! Я ее пожизненный президент, герой Африки, ваш герой, назначен Господом вашим спасителем. Вы в хороших руках. Повсюду стоят угандийские солдаты с автоматами.

Джабер говорит Бёзе и Кульманн: переговоры с Израилем будем вести мы, мы их лучше знаем. Ваше дело – охранять пленников.

Рабин отдает приказ Пересу: разработайте план проведения операции в Африке. Это четыре тысячи километров от нас. Если это дело рук Хаддада – он потребует выпустить всех террористов из наших тюрем. Но это – политическое самоубийство.

Пассажиры получают горячую еду. Хорошо крокодилы уварились! Бортинженер обращает внимание Бёзе на то, что в терминале грязно. А у нас – дети. Не волнуйтесь, я скажу – здесь уберут, принесут матрасы. Почему я должен верить безумному немецкому революционеру?

Пассажиров устраивают на ночь. Бортинженер пытается выключить в помещении свет. Палестинец ему приказывает снова включить рубильник. Темноты боитесь? К голове летчика приставляют пистолет.

Флешбэк. Кульманн говорит, что Израиль – фашистское государство. Хуан Пабло предлагает ей прекратить эти лозунги. Кульманн продолжает: немцы не способны понять суть конфликта на Ближнем Востоке, их парализует чувство вины. Западная Германия – фашистское общество. Там у власти те же люди, что и при нацистах. Их чувство вины Израиль конвертирует в капитал для создания империалистической базы. Ты боишься? А я боюсь только прожить бессмысленную жизнь.

Ночью с пожилой пассажиркой случается истерика: где я? Помогите! К ней подходит Бёзе, пытается успокоить. Женщина сует ему деньги, тот отказывается, выводит ее на свежий воздух, садится рядом с ней на лавочку, замечает на руке у женщины татуировку с лагерным номером.

Рабин ночью сидит на краю постели, курит. Просыпается его жена. Ты им ничем сейчас не поможешь, поспи хоть немного.

В офисе военной разведки Израиля идет обсуждение планов освобождения заложников. Ночью приземлиться без посадочных огней? Может быть, парашютный десант? Но парашютистов отнесет в разные места. А если на поверхность озера Виктория, а потом на резиновых лодках к берегу? А вы знаете, что в этом озере крокодилы? А если отряд коммандос захватит аэропорт? Генерал Мотта, начальник генерального штаба, говорит: подсчитайте, сколько нужно задействовать солдат. Завтра мне нужен план операции. Перес рассуждает: Рабин не хочет, чтобы мы ему представили разумный план. Потом он во всем обвинит меня. Это – политика.

День третий. Пассажирам приказывают собрать все вещи и переместиться в один конец терминала. Приходят солдаты и кувалдами проламывают дыру в соседнее помещение. Палестинцы приказывают перейти туда всем гражданам Израиля и евреям. Бёзе волнуется: мы так не договаривались с Хаддадом, мы не наци! Среди пассажиров поднимается паника. Кульманн стреляет в потолок: заткнитесь все! Пристрелю тех, кто дернется! У одного пассажира обнаруживается удостоверение личности Израиля и паспорт Франции. Он настаивает, что он француз, палестинцы утверждают, что он шпион.

Заседание кабинета министров Израиля. Нужен крупный отряд, сначала спецназ обеспечит безопасность заложников, потом их должны поддержать около тысячи солдат. Ты хочешь захватить Уганду, Шимон? Вернем ее, когда закончим, Ицхак. Но ведь невозможно такой большой отряд перебросить на такое расстояние, нельзя атаковать страну члена ООН, Организации африканских государств. Мотта говорит: я тренировал армию Амина, много раз с ним встречался. Но он – законченный безумец. Рабин предлагает Мотте позвонить Амину. Мотта выполняет просьбу премьер-министра. Разговор слушают все члены кабинета. Рядом с Амином сидит главарь палестинцев. Амин говорит израильскому собеседнику: они согнали всех евреев в старый терминал аэропорта, заложили повсюду взрывчатку, даже на себя нацепили. Передай: я ничем не могу помочь. Но это же ваша страна! Вы можете войти в историю. Вам дадут Нобелевскую премию мира. И не слушайте палестинца, который рядом с вами сидит. Амин прекращает разговор. Как они узнали про тебя? Догадались. Духи говорили моей маме, что нельзя обижать Израиль. Послушаемся маму, выпустим часть заложников. Нужно успокоить Францию и США.

Члены израильского кабинета обсуждают вопрос: почему террористы выбрали Уганду? Видимо, так выгодно Амину. Он хочет показать арбам и СССР, что он на их стороне. Перес говорит, что в неофициальной беседе Киссинджер посоветовал ему не идти на переговоры с террористами. Пусть хоть все заложники погибнут. Рабин возражает: американцев это касается еще меньше, чем французов.

Палестинцы избивают «шпиона». Бёзе говорит Кульманн: они его убьют. Я здесь не для того, чтобы лагерь охранять. Они нас кинули, они нас всегда подставляли. Прекрати истерику. Немцы начинают ругаться. Бёзе требует, чтобы Кульманн не злоупотребляла таблетками, ей надо хоть немного поспать.

Перес просматривает кадры кинохроники. Вот, на таком черном «Мерседесе» ездит Амин! Если наши на таком лимузине подъедут к терминалу – их пропустят. Нужно погрузить его на «Геркулес», еще две роты, бронетехнику, тяжелое оружие. Итого – четыре самолета. За работу!

День четвертый. Амин провожает часть заложников, их усаживают в автобус. Монахиня отказывается ехать, требует, чтобы ее поменяли на еврея. Ее силой запихивают в автобус. Амин обращается к евреям: ваше правительство молчит. До конечного срока осталось 24 часа. Они сердятся не на вас, а на ваше фашистское государство. После истечения срока начнут убивать по двое детей в сутки. Если хотите воевать – у нас сеть солдаты, воюйте с ними.

Выпуск телевизионных новостей: 48 освобожденных заложников прибыли в Париж. В плену осталось еще 209 человек.

День пятый. Стюардесса жалуется командиру экипажа: воды нет, канализация не работает. Грязные немцы! Бортинженер осматривает систему водоснабжения на крыше терминала и беседует с Бёзе. Вы кто – не солдат? Нет, я издатель, издавал революционную литературу. Ведь достоинство дает свободу. Вода и канализация – вот свобода. Один сантехник стоит десяти революционеров. Вот я инженер, делаю вещи. Один инженер стоит пятидесяти революционеров.

Выпуск телевизионных новостей: родственник заложников прорываются в резиденцию премьер-министра Израиля, требуют начать переговоры. Рабин звонит по телефону, отдает указание просить угонщиков о переносе конечного срока.

Бёзе радуется: мы это сделали! Кульманн говорит: но нам теперь нельзя домой. Полетим в Багдад. Ты не представляешь, каково там женщинам. Ничего, там арабы при социализме живут.

Джабер упрекает Бёзе за то, что тот расслабился, оставляет без присмотра оружие. Он не верит израильтянам. Считает, что переговоры – это ловушка. Как только в этом убедимся – сразу убиваем заложников. Ты готов убивать? Ты здесь потому, что свою страну ненавидишь. А я свою люблю. Евреи помнят, как вы их убивали, они свой позор принесли на нашу землю, начали поступать с нами так же, как вы с ними. И они готовы убивать.

Перес докладывает Рабину, как будет проходить полет. Топлива не хватит, придется дозаправиться на обратном пути в Кении. Мотта говорит: это лотерея, просто фантастика! И я отвечаю за гибель своих солдат. Перес: нет, это солдаты Израиля. За них отвечает премьер-министр.

День шестой. Новости: в знак доброй воли угонщики переносят крайний срок и отпускают всех французов. Командир экипажа Мишель Бако говорит команде, что они не могут покинуть пассажиров, это вопрос этики.

На военную бузу в Израиле доставлен лимузин. Но он же коричневый!Другого цвета не было. Срочно перекрасить! Командир группы подполковник Йонатан Нетаньяху отдает последние указания бойцам: главное неожиданность и скорость. Репетируйте!

День седьмой. В кабинете министров идет голосование. Большинство поддерживает решение о начале операции «Шаровая молния».

Рабин пишет прошение об отставке, передает помощнику. Отправишь, если миссия провалится. А что будет считаться провалом? Если погибнет меньше 25 человек – это будет успех.

Израильские самолеты приземляются в аэропорту Энтеббе. Автомобили с бойцами едут к терминалу. Им преграждают дорогу угандийские солдаты, их снимают из пистолетов с глушителями, потом добивают из автоматов. Угонщики слышат выстрелы, коммандос ведут перестрелку с угандийцами, засевшими на диспетчерской вышке. Пуля попадает в горло Йонатану Нетаньяху, он погибает. Коммандос врываются в терминал. Бёзе вначале берет под прицел заложников, но затем стреляет только в солдат. Бой длится чуть больше минуты, убиты все угонщики, и палестинцы, и немцы.

Рабин получает радиосообщение: мы летим домой, на борту с нами 102 заложника.

Перес: я вас поздравляю с успехом, господин премьер-министр! Я вас тоже. Но надо начинать переговоры, иначе война никогда не закончится.

Документальные кадры встречи заложников в Израиле.

Финальные титры: в ходе операции «Шаровая молния» погибло 4 заложника, 45 угандийских солдат, 5 палестинцев, 2 немца. Среди израильских солдат был убит только командир группы Йонатан Нетаньяху. Его брат Беньямин после этого пошел в политику и стал премьер-министром в 1996 году. Ицхак Рабин был убит в 1996 году иудейским экстремистом после заключения мирного соглашения между Израилем и Палестиной. Шимон Перес тоже стал приверженцем мира и умер в преклонном возрасте в 2016 году. На данный момент (март 2018 года) мирные переговоры между Израилем и Палестиной не ведутся.

Отзывы о фильме «Операция «Шаровая молния»»

  • 0
    фильм о том одна страна может проводить военные и иные операции в любой точки мира без резолюций.кто тогда террорист.
  • viacheslav 1
    серьёзный фильм, достаточно. 7 из 10

Рецензии на фильм «Операция «Шаровая молния»»

  1. Рецензия на фильм «Операция «Шаровая молния»»
  2. B I Правила размещения рецензии
  • Оценка фильма
    6 из 10

    Мы уже обо всем для вас позаботились...

    Премьера новой ленты "Операция "Шаровая молния" (или "7 дней в Энтеббе" в международном прокате) режиссера Жозе Падилья (сериал "Нарко", "РобоКоп") состоялась в феврале этого года в рамках внеконкурсной программы Берлинского кинофестиваля. Работавший над сценарием к этой ленте Грегори Бурк ("71"), очевидно, был одержим идеей развенчания левацких идеалов марксистов из Европы в середине 70-х годов прошлого века, иначе как тогда понять множество тех разговоров по ходу развития сюжета, в ходе которых проясняется мотивация угона самолета Air France рейса 139 "Тель-Авив-Париж" самозванными революционерами из Германии… Читать далее
Оформить подписку